Это была очень-очень длинная история, но, что странно, было такое чувство, будто не прошло и секунды с начала её рассказа.

Наверное, потому что мы застряли в этом месте. Или потому что всё рассказанное Харукой так затянуло меня, что я забыл о течении времени.

Когда он закончил, Харука мягко вздохнул и посмотрел на меня.

— …Прости, что заняло столько времени.

Я повертел головой и тоже попытался что-то сказать, но в голове была пустота. Прямо как тогда, если так подумать. Когда Харука рассказал мне о своей болезни. В тот момент мне тоже было нечего сказать. Я просто застыл на месте.

Прошло два года, а я ничуть не повзрослел.

Но всё-таки я должен был кое-что произнести. Я выбрал несколько слов и они сошли с моих губ.

— Э-эм… Это потрясающе. Не могу поверить, что это ты был Конохой…

Он застенчиво отвёл взгляд. «Прости, я не мог рассказать тебе отсюда», — прозвучало извинение. Да и судя по его истории, не думаю, что у него вообще могла бы появиться такая возможность. У Конохи теперь была своя личность. Сейчас он перемещался в теле Харуки.

Во время прослушивания истории Харуки моя память немного восстановилась. Я начал вспоминать примерные очертания событий того, как я оказался здесь.

Того, как я жил два года после его смерти.

Я бросил школу. Закрылся в своей комнате. Эномото каким-то образом превратилась в этот злосчастный комок энергии и поселилась в моём компьютере. Я всё ещё не простил её за это. Затем я встретил Ослеплённую банду… Пока я вспоминал всё это, то не мог поверить, что вообще умудрился забыть обо всём. Это казалось таким сюрреалистичным.

А, точно. Я даже вступил в Банду. И теперь мне надо живо вернуться к ним, чтобы помочь с «Операцией: Захватить Кагеро Дейз», или как она там называлась…

Я должен был выбраться отсюда как можно быстрее. Но я упускал одну важную деталь. Финальную подсказку, которую не мог вспомнить.

День, когда мы отправились домой к Мари. Все мои воспоминания после того посещения… по какой-то причине, были просто в тумане. Что настораживало меня.

— …Синтаро, я же сказал тебе вначале, что надо кое-что «прояснить». Помнишь?

— Да… Да, ты говорил. Твоя история как-то относится к этому?

— Нет, никак. А вот сейчас поговорим об этом…

Харука остановился, собираясь с мыслями, и заговорил вновь:

— Ты сказал, что не помнишь, почему оказался здесь. Это… на самом деле так?

На самом деле так? Я нахмурил брови.

— Э-э, конечно. Ты что, сомневаешься во мне? С чего такой вопрос?

Его лицо моментально помрачнело.

— Имею в виду, ты никак не мог не вспомнить этого в тот момент, когда взглянул на моё лицо. Тебе не надо обманывать, чтобы успокоить меня…

— А-а-а? Нет… Я серьёзно не понимаю, о чём ты говоришь. И правда хочу знать!

— Кроме того, ты всё это время вёл себя очень странно. Ты же видишь, в каком паршивом месте мы находимся. Как ты можешь вести себя так сдержанно? Это странно.

…Всё в порядке, Харука. Не надо говорить этого.

— Ну же, Синтаро. Ты должен вспомнить. Ведь…

…Нет. Пожалуйста, не говори. Ты не можешь!.. Моё остановившееся сердце было сжато в тиски, в нём отдалась нестерпимая боль.

Будто он пытался предостеречь меня никогда не забывать об этом.

— Поэтому, пожалуйста, Синтаро. Ты должен убить Коноху… Ты должен убить меня. До того как вся история закончилась «Гейм Овером»…

И тогда Харука заплакал, прямо как в тот летний день.

Я неподвижно стоял посреди Кагеро Дейза.

Что, чёрт возьми, я вообще мог сделать? Я не смог спасти никого из них. И что теперь?..