Время близилось к обеду.
Кан Хён Сок усердно стучал по клавиатуре, заполняя шаблон документа.
Динь!
«Помощник Кан! Ты уже пил утренний кофе? Если нет, может, выпьем по чашке?»
На сообщение, выскочившее в правом нижнем углу монитора, Кан Хён Сок поднял голову.
Вставшая с места Син Джон А направлялась в комнату отдыха, и их взгляды встретились.
— Хм.
Кан Хён Сок коротко усмехнулся и поднялся со стула только после того, как Син Джон А полностью вышла из офиса.
Двоим одновременно двигаться в рабочее время всё равно выглядит не очень.
Дверь распахнулась.
Открыв дверь на крышу, он первым делом увидел Син Джон А, прикуривающую сигарету.
— У вас что-то есть мне сказать?
— Погода хорошая. Иногда и так надо.
Какая погода.
По глазам было отчётливо видно, что есть что сказать.
— Как раз кстати. У меня тоже было что сказать начальнику отдела.
Когда Кан Хён Сок это сказал, Син Джон А круглыми глазами уставилась на него.
Шорох.
— Вот. Возьмите.
— Что это?
Взяв бумажку, Син Джон А изогнула одну бровь.
— Адрес дома шаманки. Если понадобится помощь, зайдите.
— Дом шаманки?
Только что едва улыбавшееся лицо Син Джон А застыло.
Дом шаманки, которому она доверяла, оказался недоучкой, и совсем недавно эта недоучка её обманула.
— Нет, не надо. Я на какое-то время завязываю с домами шаманок.
— Возьмите.
Кан Хён Сок, даже не взглянув на бумажку, которую протягивала Син Джон А, продолжил.
— Это дом шаманки, где живёт та, кого я называю учительницей.
Син Джон А не знает.
Какой шаманкой является Ли Гым Гён.
И какая это большая честь — когда Кан Хён Сок знакомит с домом шаманки.
— …Она сильная шаманка?
— Очень.
Син Джон А, похоже, не могла даже представить, и Кан Хён Сок улыбнулся, приподняв уголок губ.
— Самая известная в этих краях. К ней едут со всей страны, так что и записаться трудно.
— А, а?
— Если назовёте моё имя, сможете попасть без записи. Я хорошо попросил её ученицу.
Только теперь Син Джон А, похоже, поняла, что Кан Хён Сок о ней позаботился.
И широко распахнутые глаза, и растерянность, застилавшая зрачки, исчезли, словно их смыло.
— А… я и подумать не могла, спасибо.
— Если скажете, что пришли по моей рекомендации, может, и скидку сделают.
Когда Кан Хён Сок шутя добавил это, Син Джон А тоже рассмеялась.
— А что она за человек, если конкретнее?
— Ну, то, что вы сейчас воображаете, — правильно.
Син Джон А, обдумав его слова, неловко усмехнулась с лицом, где соседствовали восхищение и растерянность.
Реакция понятная.
Человек, ходивший в дома шаманок, может представить, каков статус сильного дома шаманки.
Сильная шаманка нужна многим людям.
Тем, у кого есть деньги.
Тем, у кого есть власть.
Или тем, кто стремится к деньгам и власти.
Такие люди слетаются, как косяк карпов, нашедший корм.
— Тогда и политики приходят?
Кан Хён Сок с горьким лицом покачал головой.
— Нет. Таких она не принимает.
— А? Почему?
— Говорят, запросы приходят часто, но она не берёт.
Ли Гым Гён была такой.
Она очень гордилась тем, что она шаманка, у неё были принципы, и она чётко разделяла, что можно делать, а что нельзя.
Клиентов, которых она никогда не принимает, было двое.
Один — те, кто насылает порчу или заказывает янбап, другой — те, кто связывается с политиками.
— Она считает, что шаманка должна оставаться шаманкой. Так что, даже если зайдёте, просто не ошибитесь.
— А… да.
Когда Син Джон А ответила с некоторой неловкостью, Кан Хён Сок с улыбкой добавил:
— Ну, в общем, я имел в виду, что не надо приносить подарочные корзины и всё такое.
— Эй! Я же это понимаю!
Это была шутка, и Син Джон А, похоже, поняла это, повысив голос со смеющимся лицом.
— Чего вы такие весёлые?
Удивлённый Квак Ён Хо открыл дверь и вошёл.
— Начальник, нет, ничего.
— Напугали. Ничего не случилось?
— Конечно!
Син Джон А спрятала бумажку, которую дал Кан Хён Сок, за спину и сунула в задний карман.
Квак Ён Хо это тоже заметил, но, видимо, не счёл важным, поэтому не спросил.
— Помощник Кан тоже здесь? Срочного ничего нет?
— Есть кое-что, что надо доделать, но не срочное.
— Вот как?
Квак Ён Хо сказал это так, будто это кстати, и достал сигарету. Прикурил и перевёл взгляд на Син Джон А.
— Начальник отдела Син ничего отдельно не говорила?
— Нет. Говорите вы, начальник.
Реакция Син Джон А была такой, будто то, что она собиралась сказать, тоже касалось Квак Ён Хо.
— Вам есть что сказать?
— Ничего особенного. Фуу! Так что срочных дел, которые надо решить прямо сейчас, нет?
Это был вопрос Квак Ён Хо, ухмылявшегося с сигаретой между пальцев.
Кан Хён Сок подумал, что ответить надо осторожно.
Син Джон А, наблюдавшая за ним сбоку, тоже послала взгляд, будто соглашаясь.
— Пусть начальник решит.
— Ого?
Квак Ён Хо отреагировал так: «Смотри-ка».
— Дела есть, но не срочные, могу закончить до обеда. Если хотите поручить что-то срочное, начну с началом послеобеденных дел.
У Квак Ён Хо был взгляд человека, которого это даже тронуло.
— Вот это да. Тогда съезди-ка с помощником Ли в Касондон.
— Касондон — это ведь место, где склад логистики?
— Договор недавно закончился. Планировали продлить, но не вышло, знаешь ведь?
— Да.
Проблема была в том, что сменился владелец здания.
Прежний хозяин умер от старости, и молодой сын унаследовал право собственности.
А потом, набравшись наглости, потребовал более высокую плату, и в итоге из-за этого продлить договор не удалось.
— Надо заключить новый договор на складское здание. Съезди вместе с помощником Ли Джин Пхёном.
— С помощником Ли Джин Пхёном… вот как.
— Что? Не хочешь?
— Нет. Разве может быть.
Квак Ён Хо усмехнулся, будто всё понимая.
— Человек он немного нелюдимый, но не плохой. Хорошо его направь.
Кан Хён Сок не был его начальником, но раз Квак Ён Хо просил так, значит, у Ли Джин Пхёна репутация была не блестящая.
Всё из-за того, что он слишком молчалив.
Если сказать по-хорошему — интроверт, если по-плохому — человек, чьи мысли не прочтёшь, до тошноты замкнутый. Таким был Ли Джин Пхён.
— Тогда считай, что едешь проветриться, и съезди хорошо. Служебную машину помощник Ли уже подготовил, так что отдельно ни о чём думать не надо. Понял?
— Да, понял.
Кан Хён Сок поклонился и первым спустился по лестнице.
Было слышно, как Син Джон А и Квак Ён Хо о чём-то шепчутся, но атмосфера была не та, чтобы сплетничать, и он решил не обращать внимания.
* * *
Обед, как всегда, прошёл в столовой компании.
Как в крупной корпорации, выбора между европейской и корейской кухней нет, но всё равно куда лучше, чем школьные обеды.
Хотя надо покупать талон, сумма почти символическая, так что Кан Хён Сок иногда скучает по этой столовой даже в выходные.
Так или иначе, покончив с насущным обедом, он взял сумку и вышел на парковку.
Сумку он взял потому, что заканчивать работу будет на месте.
Для пятничного послеобеденного расписания лучше не придумаешь.
— Помощник Ли!
Хотя Кан Хён Сок вышел на пять минут раньше, Ли Джин Пхён ждал его на парковке.
— Ждали бы в машине, зачем вышли?
— Думал, не найдёте.
Низкий, бормочущий голос.
Да, это Ли Джин Пхён.
Кан Хён Сок улыбнулся, приподняв уголок губ, и перевёл взгляд на ноги Ли Джин Пхёна.
«Сегодня всё как всегда».
Там было нечто, видимое только человеку с открытым духовным взором.
Белый шпиц, которого Ли Джин Пхён, наверное, держал в прошлом.
Хвост склонён набок, и, в отличие от хозяина, выглядит общительным.
Он, встретившись взглядом с Кан Хён Соком, подбежал, виляя хвостом, и принялся ластиться.
Если бы не Ли Джин Пхён перед ним, он бы, может, и сделал вид, что гладит его по голове.
— Я поведу.
— Что? А, да.
Нелюдимый Ли Джин Пхён естественно сел за руль, и Кан Хён Сок сел на пассажирское место.
Собака?
Сначала она села на пассажирское место вместе с Кан Хён Соком, а потом забралась на колени Ли Джин Пхёна.
У неё самое счастливое лицо на свете, но каждый раз, когда эта собака так себя ведёт, становится её жаль.
Потому что тот, кто больше всех хочет видеть эту сияющую улыбку, — хозяин, а он как раз её не видит.
«Ты ведь тоже, наверное, не не знаешь, но всё равно улыбаешься».
Глядя, как шпиц, устроившийся на коленях хозяина, трётся головой о живот Ли Джин Пхёна, Кан Хён Сок проглотил горькое чувство.
Прррр!
Как и подобает служебной машине, которой пользуются многие, двигатель завёлся с натужным звуком.
Касондон находится между Пхёнтхэком и Йонином.
Надо выбраться из Осанa на окраину и долго ехать по дороге, где там и сям стоят самосвалы и невысокие здания.
Кан Хён Сок прихлёбывал кофе, принесённый из комнаты отдыха, и время от времени заговаривал с Ли Джин Пхёном.
— Про склад, куда мы едем, говорят, он в порядке?
— Не знаю.
Ли Джин Пхён ответил невнятно.
И всё же Кан Хён Сок не выказывал недовольства.
Он знал, что Ли Джин Пхён такой по натуре и зла не держит.
— Слышал, прежний владелец склада требует поскорее вывезти вещи, так что хорошо бы всё сложилось. Иначе, кажется, опять придётся мотаться туда-сюда.
— Да.
Кан Хён Сок говорил больше, чем обычно.
Потому что даже когда Ли Джин Пхён отвечал нелюдимо, он не выглядел недовольным.
— А ведь аренду, говорят, назначили очень низкую? Видимо, склад староват.
— Я тоже еду впервые…
— Вот как? Значит, со стороны компании это первый визит.
Кан Хён Сок вбил в приложение карт на телефоне адрес пункта назначения.
Собирался посмотреть хотя бы просмотр улиц, но воронье карканье за окном притянуло его взгляд.
Кар, кар, кар.
Небо было полно ворон — столько, что замутняло обзор.
— Говорят, в стороне Осана много ворон…
Это было бормотание себе под нос, и Ли Джин Пхён не ответил.
Кан Хён Сок положил телефон на колени и прищуренными глазами посмотрел на стаю ворон.
«Что это? Отчего так…»
Не по себе.
Может, оттого, что увидел слишком много ворон.
Ощущение сильного дежавю, будто он когда-то уже переживал такое, заставило Кан Хён Сока перевести взгляд на сумку, лежавшую впереди.
Сразу после этого.
Варарарарарарарара!
Шаманский бубенец в сумке предупредил об опасности.