Контент удален!

Может, он хочет заставить меня делать уборку? А вдруг реально наденет ошейник и заставит быть собакой? Ну нет, это уже перебор.

Пока цифры этажей быстро мелькали на табло, её светлые глаза нервно бегали туда-сюда. Вскоре звякнул колокольчик лифта. Ханетт на автомате шагнула вслед за выходящим Кайроном и тут же впечаталась лбом во что-то твёрдое. Это оказалась его широкая, накачанная спина.

— Ой, — Ханетт испуганно вскинула голову.

Кайрон полностью загородил собой узкий дверной проём лифта и смотрел на неё сверху вниз. Его внушительная фигура заполнила всё пространство, и на секунду ей даже показалось, что стало нечем дышать.

— Ну и до каких пор ты собираешься за мной таскаться?

— ...А?

— Зачем ты прёшься ко мне домой?

Он смерил Ханетт таким взглядом, словно подозревал её в самых грязных намерениях.

— Решила затащить меня в постель?

— Чего-о?! — тут же возмутилась Ханетт.

Она, конечно, никого в жизни в постель не тащила, но прослыть охотницей за мужской невинностью ей вообще не улыбалось. Отчаянно замахав руками, она затараторила:

— Да ни в коем разе! Понятия не имею, с чего вы это взяли, но я просто пошла за вами за компанию!

— Прямо ко мне домой?

— Ну, вы же не сказали мне идти куда-то ещё...

— Отмазки, — фыркнул он, словно услышал самую нелепую ложь в мире.

Ханетт стало до жути обидно. Но она уже не раз видела (и на своей шкуре испытывала), что бывает, если продолжать оправдываться перед этим парнем, когда он того явно не хочет.

— Честное слово, поверьте! Вы мне в этом смысле вообще не нравитесь!

— В каком таком смысле?

— Ну... в физическом?..

Брови Кайрона угрожающе изогнулись, и ровно в этот момент двери лифта поехали. Они слишком долго стояли открытыми и теперь закрывались на автомате. Ханетт, стоявшая ближе к панели, уже потянулась к кнопке, но тут...

Плавно скользящие створки вдруг со скрежетом тормознули, словно наткнулись на невидимую стену. Ханетт неловко опустила зависшую в воздухе руку и покосилась на парня, стоявшего снаружи. Обе его руки были спрятаны в карманы — походу, в дело пошёл телекинез.

— Ну и чего замолчала? — Кайрон чуть склонил голову набок.

Скрррррч. Из щели между дверьми, сдавленными невидимой силой, вырвался такой душераздирающий звук, будто металл визжал от боли. И это ей не показалось. Перед ней стоял чувак, который при желании мог бы оборвать тросы этого лифта как ниточки, а настроение у него менялось быстрее, чем погода весной.

Осознав это, она не на шутку струхнула. На всякий случай мёртвой хваткой вцепившись в поручень — вдруг и правда полетит вниз — Ханетт торопливо выпалила:

— Клянусь, даже если случится апокалипсис и вы останетесь последним мужиком на Земле, мне такое и в голову не придёт! Так что можете расслабиться! Вашу честь до свадьбы я точно сберегу!

Пока она это тараторила, из неё так и пёрла искренность. Хоть она и делала вид, что старается быть милой, её внутреннее отторжение никуда не делось. То, как она потихоньку вжималась в угол, защищаясь от него, говорило само за себя. Переводя взгляд с образовавшейся между ними дистанции на её побелевшие костяшки, вцепившиеся в поручень, Кайрон издал издевательский смешок.

— Чушь собачья.

— ...

— Размечталась. Мне такое добро и даром не сдалось.

Выдав это, Кайрон развернулся и ушёл, даже не оглянувшись. Двери, больше не сдерживаемые невидимой силой, плавно сомкнулись. Ханетт пару секунд пялилась в щель на его удаляющуюся спину. А как только створки полностью закрылись, она подняла дрожащую руку и от души показала ему средний палец.

Сидеть в пустом офисе и ждать его у моря погоды — теперь это осталось в прошлом. Раньше он мог забить на её существование и вообще не появляться, но во второй половине дня Кайрон снова нарисовался в кабинете.

Прямо как в обед, он вломился без предупреждения. Правда, прикид у него сменился: парень успел переодеться и теперь щеголял в боевой экипировке.

— На выход.

Ханетт по привычке дёрнулась было за ним, но тут же затормозила. Вспомнился тот самый гениальный совет Мота насчёт «реакции».

— ...Опять? — она остановилась и настороженно покосилась на него.

Но это длилось лишь секунду. Кайрон, вальяжно привалившийся к дверному косяку, вскинул бровь с таким видом, мол, «ты что, мелочь, бунтовать вздумала?», и у Ханетт в голове тут же завыла сирена инстинкта самосохранения.

— В смысле, я так рада снова вас видеть, что аж бегу... — пролепетала она максимально жалкую отмазку и тут же послушно засеменила следом.

— Ну да, конечно, — саркастично хмыкнул Кайрон и пошёл вперёд.

Ханетт пришлось чуть ли не бежать трусцой, чтобы поспевать за его широкими шагами. На бегу она думала о том, что совет Мота, может, был и неплох, вот только цель для экспериментов она выбрала явно не ту. Одно неверное движение — и можно лишиться слишком многого. Уж лучше не бесить его лишний раз, а покорно кивать и соглашаться, пока он не спустит пар.

— ...

Но тащиться за ним непонятно куда тоже было стрёмно. Она ещё не забыла, как он отшил её у лифта, заявив, что она преследует его до самого дома. Наступать на те же грабли дважды? Ну уж нет.

— Эм, Эспер, а мне точно туда можно? — осторожно поинтересовалась Ханетт, зайдя за ним в лифт.

— Я что, слишком добр к тебе?

— ...А?

— Раз ты вопросы задавать начала.

— Извините.

Ханетт тут же захлопнула варежку.

Лифт мигом домчал их до 41-го этажа. Здесь располагалась боевая тренировочная зона. Ханетт много о ней слышала, но вживую видела впервые. Потолки тут были просто нереальной высоты — вот почему на панели лифта отсутствовали кнопки 42 и 43 этажей. Это гигантское пространство, объединившее сразу три яруса, было спроектировано специально для блокировки способностей, с мощной защитой от вибраций и разрушений. А ещё здесь вообще не было окон, так что казалось, будто они спустились в какой-то бункер.

Выглядело это всё, конечно, круто, но неприятный холодок по спине всё равно пробежал. Какого чёрта он вообще её сюда притащил? Почему именно в тренировочный зал? Поскольку задавать вопросы ей было запрещено, Ханетт просто уставилась на Кайрона взглядом, полным подозрений и паранойи.

— Что, боишься, что я тебя тут прикончу?

К её единственной и неповторимой жизни он относился с такой лёгкостью, будто это пластиковая игрушка. Стало жутковато. Ханетт отчаянно замотала головой и силой натянула на лицо улыбку.

— ...

Отвечать было опасно. Скажешь «нет» — выбесишь его тем, что строишь из себя всезнайку. Скажешь «да» — он радостно исполнит твоё желание и тут же шарахнет какой-нибудь способностью.

Она изо всех сил пыталась изобразить максимально безобидную улыбку, чтобы показать, что не представляет для него никакой угрозы. Но, как обычно, лицевые мышцы жили своей отдельной жизнью и отказывались её слушаться.

— Ой, ну и рожа.

Он уставился на её нелепую гримасу — то ли улыбку, то ли судорогу — и наклонился, чтобы быть с ней на одном уровне. Между ними ещё оставалось приличное расстояние, но Ханетт вдруг обдало таким ледяным холодом, что она со свистом втянула воздух и инстинктивно попятилась. Кайрон не стал её преследовать. Он просто выпрямился и тихонько заржал.

— Если б я хотел тебя грохнуть, давно бы это сделал.

Отбежав на безопасную дистанцию, Ханетт закивала с полным согласием. Когда её отпустило, лицо само собой просветлело без всяких усилий.

— Иди поиграй, — Кайрон кивнул куда-то в сторону.

Это была комната наблюдения. Проследив за его взглядом, Ханетт непонимающе склонила голову.

— Кто-то мне тут ляпнул, что хозяин всегда должен держать свою собаку при себе.

— ...

— Хотя ты, Багет, наверное, не в курсе. Ты ж только бродячих псов видела.

Это был явный стёб над её именем, но Ханетт сейчас было плевать на его яд. Она тревожно посмотрела на парня.

— Собаки по природе своей хвостиком бегают за хозяином.

— ...

— Въехала? — тихо переспросил Кайрон, чуть склонив голову.

Он вытащил руку из кармана и лениво размял шею. Жест был расслабленным, но вот его взгляд — пронизывающим до костей. Это был даже не вопрос, а приказ, требующий лишь одного ответа — слепого подчинения.

Короче говоря, это означало: больше не сиди в офисе, а таскайся за мной везде, как привязанная.

Кто? Кто вообще дал ей этот идиотский совет?

С того самого дня Ханетт частенько проклинала человека, чьего лица и имени даже не знала. Кто бы это ни был, чтоб он облысел к чертям! Собака должна сидеть дома и охранять будку, какого фига этот «советчик» решил всё усложнить и устроить ей такую подставу?

А ещё почему-то красивое личико Шона с каждым днём становилось всё более помятым и осунувшимся. Сталкиваясь с ними в коридорах, Шон видел Ханетт, покорно плетущуюся за Кайроном, и тут же спешно ретировался, словно это зрелище причиняло ему физическую боль. В такие моменты Ханетт провожала его сочувствующим взглядом. Ей казалось, что этому бедняге приходится ещё хуже, чем ей.

Если подумать, она-то получит свободу, когда этот психованный аристократ спустит пар. А вот Шону придётся терпеть его выходки, пока он не уволится с поста директора.

Впрочем, сейчас ей было не до чужих проблем.