Онлайн чтение книги Последствия прокачки второстепенного любовного интереса What Happens When the Second Male Lead Powers Up
Глава 83 - Не то чтобы злодейка (1)

- Чего?

- С ума сойти, с ума сойти…

Пока я пытался осознать происходящее, Кристель подкралась сбоку. С одним конвертиком на троих…

- Ой!

- Ауч!

Мы все ударились головами. Имперский принц Седрик слегка нахмурился, пока мы с Кристель яростно потирали лбы. У меня аж в ушах звенело. Вы, ребятки, просто врезались в меня одного, а я столкнулся с каждым из вас, так что кому тут еще должно быть больно.

- Хотите сказать, что Бенджамин – автор «Разума, чувств и святости»? Серьезно? – воскликнул Ганаэль, подавшийся вперёд, чтобы посмотреть, что происходит. У вице-капитана Элизабет отвисла челюсть.

Кристель легонько застучала по моему плечу, бормоча «боже ж ты мой» и «что творится-то».

После этого, ну…в вагоне начался полный бардак.

***

- Бенджамин, то есть сообщения, которые вы отправляли куда-то каждую неделю, были рукописями?

- Прошу прощения за мои слова о том, что я хочу взять герцога Хитклиффа за шиворот. Но можно хотя бы выплеснуть немножко воды ему в лицо?

- Меня не особо интересовали любовные романы, но… Я прочту вышедшие главы, когда вернусь домой. В последнее время королевская стража сходила с ума из-за «РаЧуСа» .

Ганаэль, Кристель и леди Элизабет заговорили наперебой. К этому моменту они уже успели затронуть, наверное, сотню идей относительно «РаЧуСа». Бенджамин сидел со слегка смущённой улыбкой, которую я раньше у него не видел.

Заботиться обо мне и управлять дворцом Джульетты, должно быть, непросто. Это восхитительно, что в перерывах между всем этим он непрерывно писал и отправлял рукопись каждую неделю. Внезапно я вспомнил своего брата, оставшегося там, дома, и я не смог сдержать улыбки.

У Чон Хёнсо (32 года, автор веб-новелл), который ежедневно выпускал главы романа о боевых искусствах, дела обстояли немного иначе, но все равно было удивительно и приятно, что рядом со мной был писатель даже после перемещения в другой мир.

- Вы меня удивляете, Бенджамин. Знай я заранее, выделил бы вам больше времени для писательства.

- Поэтому я и не сказал вам об этом, Ваше Высочество. Знал, что вы бы стали проявлять деликатность, - мужчина средних лет мягко улыбнулся от моих слов.

- Это просто увлечение, так что не стоит на этом зацикливаться. Скорее, меня стоит наказать за то, что я впустил постороннего в императорскую карету. По этому поводу у меня нет оправданий. Прошу прощения, Ваше Императорское Высочество. И вы тоже, принц Джесс, примите мои глубочайшие извинения, -- Бенджамин крайне уважительно попросил прощения у нас с имперским принцем. Только теперь я обернулся к Седрику с легкой нервозностью.

Бенджамин рассказал что-то касательно императорской семьи не какому-то там дворянину, а журналисту вроде Сары Беллиард, и это я еще не знал, разрешены ли слугам императорского дворца подработки. Кристель, Ганаэль и леди Элизабет тоже уставились на принца. Тот повернул своё безэмоциональное лицо к окну и коротко ответил:

- Он твой слуга, тебе и решать.

- Мне?

Я захлопал глазами от неожиданного ответа. Погоди, так это же ты глава дворца Джульетты, не я.

- Тогда все отлично, Бенджамин! – радостно улыбнулась Кристель.

Все разворачивалось хорошо, так что и я повеселел.

- Ничего не имею против, Бенджамин. Знаю, Беллиард может быть весьма настойчива. Но, пожалуйста, убедись, что подобного больше не повторится. Я тебя поддержу.

- … Большое спасибо, Ваше Высочество.

Бенджамин снова поклонился. Остальные трое, кроме нас с Седриком, снова стали заваливать дворецкого вопросами.

- Как вы начали писать? Вас что-то на это вдохновило?

- Я заинтересовался писательством ещё в юности. А «Разум, чувственность и святость» начал писать для своего старшего племянника. Это дитя привлекают любовные истории.

- Ого! Так РаЧуС -- ваша дебютная работа?

- Моя дебютная работа… До этого я как-то писал сочинения.

- И как же они назывались?

- «Что Боже впредь дал нам узреть».

- Это же книга, которую Ганаэль принёс мне в мой первый день во дворце, - вмешался я.

Подумать только -- знаменитый сборник сочинений, полный религиозных откровений, название которого, как мне показалось, намеренно рифмуется, был написан Бенджамином. Ганаэль тоже удивился моей реакции и прикрыл рот рукой. Так у Бенджамина было больше одного псевдонима.

- То была моя первая книга. Непросто была писать, хотя тема мне нравилась, - спокойно ответил Бенджамин. Я кивнул.

Нечто подобное было у моего брата, так что я мог понять. Мой старший, погружённый в боевые искусства с тех пор, как работал в видео-прокате, не смог отказаться от них даже после перевода в компанию. Сначала он просто писал в свободное время, но в итоге это стало его полноценной профессией, хотя он часто говорил, что нелегко писать даже о том, что тебе действительно нравится. Однако и в этом аспекте он достиг неплохой стабильности после того, как взялся за длинный роман.

- Тогда что насчёт того, чтобы писать для кого-то другого? – спросил я. Бенджамин ненадолго умолк, прежде чем ответить?

- Это так же сложно, Ваше Высочество. Однако…

Кто-то постучал в дверь кареты. Ее открыла леди Элизабет, сидевшая ближе всех к выходу, предварительно взглянув на каждого из нас. Снаружи оказался до жути знакомый привлекательный мужчина.

- Боже мой, так вы все здесь!

- Маркиз Дюгем? Что-то случилось?

- Ах, Ваше Высочество. Ничего серьёзного, но… Не могли бы вы передвинуть вашу карету, если вас не затруднит?

Я не смог сдержать смех, пока Бенджамин удерживал юную графиню от избиения маркиза Дюгема. Кристель тоже залилась смехом, а имперский принц тихо вздохнул.

- Элизабет, я серьёзно! У меня широкая карета, так что я не могу проехать!

Кто же ещё в этом мире подойдет с таким вопросом к императорской карете.

***

- Бенджамин, все просто с ума сходят! Как вы додумались до такого развития…

- Т-с-с.

Ганаэль всё никак не мог успокоиться и продолжал болтать, пока мы направлялись в храм императорского дворца. Бенджамин осторожно прикрыл мальчику рот. Идя перед ними, я улыбнулся. Прошла уже неделя с тех пор, как Бенджамин рассказал нам о своей подработке. Конечно, это было секретом для сэра Хайнеса и Санта, которых в тот день не было в карете. Но Сант был не в силах сдержаться после прочтения свежего выпуска «Еженедельника Ристера».

Рубрика вопросов и ответов с Дидье Хюрмиком, писательским псевдонимом Бенджамина, была интересной, но…

«Юный герцог Хитклиф вызвал Джейн на дуэль! Боже мой, все кончено!»

Это произошло после недавнего эпизода, в котором герцог вызвал на дуэль Джейн, оскорбившую его возлюбленную Катерину. Джейн не в силах была сохранять самообладание, когда собственный жених вызвал её на дуэль, и выплеснула воду, которую пила, ему в лицо. В следующем эпизоде состоялась битва между мужчиной и женщиной, которые являлись мастерами меча шестого уровня.

Прочитав этот эпизод, Кристель сказала:

- Какая-то нелепость исторического уровня. Но это так увлекательно. Автор даже учёл моё мнение. Надо будет отправить ему немного спонсорских денег.

Только я казался шокированным тем фактом, что Бенджамин, по сути, писал на ходу с тех пор, как смог сразу же получать обратную связь по поводу своей работы. Я вежливо поклонился рыцарям, открывшим передо мной дверь храма, и продолжил путь. Что ж, думаю, у моего брата тоже особых проблем не было.

- Подпишите, пожалуйста, мой сборник сочинений в следующий раз, - шепнул я Бенджамину. Улыбнувшись, он согласился.

- Деми, твоему братишке надо поработать. Будь хорошим мальчиком и подожди меня.

Деми взвизгнул в ответ, и я передал его Ганаэлю, прежде чем войти в исповедальню. Деми почему-то заметался, будто отказываясь, хотя он никогда так раньше не делал. Наверное, расстроен, что я оставил его во дворце на время дуэли имперского принца, чтобы не дать ему увидеть кровь.

Рея и Перри всё ещё спали в моей комнате, свернувшись калачиками, но Деми, в отличии от них, явно побывал на улице. Я даже не представлял, где Туксим был с тех пор, как ушёл этим утром. Надеюсь, он не прочищает пёрышки в кровати имперского принца.

- Что такое? Хочешь пойти со мной?

Визг.

 - Будешь хорошим мальчиком? Нельзя будет ничего говорить, когда будут заходить люди.

Еще один визг, выражавший полное принятие. Он выглядел таким отчаявшимся, протянув ко мне свои передние лапки, что у меня не было выбора, кроме как сдаться и взять его обратно на руки.

Я взял корзинку с закусками у Ганаэля и вошёл в исповедальню, взглянув на чистое деревянное окошко и плетённую декоративную верёвку. И когда они только успевают менять их?

- Ты ведь здесь впервые, Деми.

Здесь было темновато, но Деми все так же энергично визжал мне в ответ. Усмехнувшись, я погладил его по спинке.

С утра у меня был урок с кардиналом, потом обед и занятие имперского принца и Кристель, а сейчас настало время принимать исповеди. В последнее время кающихся стало гораздо меньше, вероятно, потому, что я старался совершать это таинство, как только у меня появлялось свободное время. Большинство людей были также заняты из-за подготовки к коронации имперского принца, которая пройдёт в августе.

- Стоит ли нам почитать книгу, пока никто не пришёл? У нас есть роман, который тоже написал дядющка Бенджамином.

Деми тихонько пискнул, устроившись у меня на коленях, и я открыл еще не дочитанный «Еженедельник Ристера». Вместо того, чтобы включать лампу, я выпустил свой эфирный круг, и красная панда распушила кончик хвоста в виде колокольчика, словно была невероятно довольна.

«Ну-ка посмотрим».

[…Так и закончилось великолепное приключение юного герцога Роберта Бланкира. Согласно моим источникам на востоке, его травмы неизлечимы, но и не серьезны. Герцогский дом Бланкиров не ответил на моё просьбу дать комментарии по поводу произошедшего. Однако герцогиня Бланкир, как поговаривают, стыдится неуважительного поведения своего наследника. Также ходят слухи о том, что муж герцогини отправил своему сыну письмо, в котором написано, что юному герцогу стоит быть благодарным Его Императорскому Высочеству за проявленное великодушие.]

Я внимательно прочитал статью леди Беллиард о дуэли имперского принца с юным герцогом. К счастью, в ней не было ни слова о том, что имперский принц не убил герцога Бланкира, потому что я так сказал.

Статья была посвящена красоте и великодушию имперского принца, а также рассказывала о его способностях святого рыцаря, которые он продемонстрировал перед знатью имперской столицы. Леди Беллиард снова написала то, что было выгодно мне. Уверен, она сделала это только после тщательных расчетов, но всё равно…

[Кроме того, выступление трёх определённо уважаемых персон было достаточно эффектным. Его Императорское Высочество Седрик, юная леди Кристель де Сарнез и принц Джесс из Святого Королевства Венециан заставили людей обратить на себя взоры. С этого момента они…]

«Ничего подобного. У меня нет никаких планов на будущее с этими двумя. Наверное».

Я нахмурился и потёр грудь, смутно ощущая маленький кристальный колокольчик в своём кармане. Записка от «Усиля», эм-м-м, крон-принцессы Элизы, была сожжена сразу же после того, как я переписал её в свой блокнот. Теперь я знал, кто и зачем отправил её, а иметь такое при себе было бы еще опаснее.

Раздавшийся щелчок оторвал меня от раздумий. Видимо, пока я читал статью, в комнату вошёл кающийся. Услышав шорох рукавов, я, естественно, убрал святые владения и закрыл книгу. Деми слегка приподнял свой хвост, обнаружив незнакомого человека, но не стал шуметь.

- Здравствуй, дорогой верующий. Когда была твоя последняя исповедь?

- Я здесь не за этим.

Этот властный тон заставил меня рефлекторно прикусить язык. Чую, сегодня дела мои будут плохи, если первый же посетитель оказался вот таким.

- Прошу прощения, но, пожалуйста, уходите, если вы пришли не ради исповеди. Мне нужно выслушать других верующих.

- Однако у меня вопрос. Вы собираетесь играться с Его Императорским Высочеством и юной леди Сарнез и их чувствами так, будто это безделушки?

- Кого, что?

Я был настолько поражён, что заговорил неформально, и, несколько раз похлопав себя по щекам, покачал головой. Это не первый раз, когда ты встречаешь сумасшедшего во время исповеди, Чон Джесс. Спокойствие, только спокойствие.

- О уважаемый верующий, это святой храм. Пожалуйста, воздержитесь от сплетен.

- Тогда почему юная леди, у которой еще нет духовного партнера, отказала во встрече архиепископу, а Его Императорское Высочество остановил свою атаку, стоило прозвучать одному вашему слову? Ваши намерения, принц Джесс, вызывают подозрения.

- Я более не собираюсь отвечать вам. Если не уйдете самостоятельно, буду вынужден позвать храмовых рыцарей.

- Ха!

Юный и мягкий голос дрогнул. Кажется, я его уже где-то слышал, но трудно сказать точно, ведь я выслушал так много кающихся. По крайней мере, девушка, казалось, собиралась покинуть исповедальню сама, ведь уже, судя по звуку, встала.

Почувствовав жажду, я достал стеклянную бутылку и залпом выпил кукурузный чай, который положил мне Ганаэль. А когда я протянул Деми кусочек маринованного в сахаре лепестка розы…

Дверь в исповедальню распахнулась. Вышедший с той стороны человек ворвался ко мне. Я вылупил глаза.

Рыжие и кудрявые, как лапша в рамёне, волосы, раскрасневшиеся от необузданного гнева щеки, слегка затуманенные слезами тёмно-коричневые глаза…

- …юная леди Ева Бланкир?

Это же младшая сестра юного герцога?

- У меня не выйдет ни стать герцогиней, ни выйти замуж за Его Королевское Высочество. А мой последний шанс преуспеть был упущен из-за вас, принц Джесс. Вы мне не нравитесь! - подрагивая, говорила девушка.

Я лишь открывал и закрывал рот, не зная, что сказать.

- Эм-м, для начала.

- Хлебните этого и отстаньте от Его Королевского Высочества и юной леди!

Ева наклонила в мою сторону бутылку с водой. Ты тоже уже прочитала последнюю главу «РаЧуСа»?!

Раздался всплеск, и Деми, взвизгнув, выпустил огромный лист, чтобы заблокировать воду!