Когда ее разум очистился от наваждения, Жасмин наконец-то смогла сложить два и два. Она находилась в гостиной общежития в тот момент, когда на нее наложили заклинание иллюзии, заставившее ее поверить, что она сгорает живьем. Затем она каким-то образом очутилась здесь.

Едва открыв глаза, она увидела большую группу девушек, которые обступили ее. Она хотела было спросить у них, что случилось, но ее остановили холодные мурашки, что пробежали по коже. Опустив голову, она моментально завизжала от ужаса.

- А! Что такое?! Что со мной?! - она отчаянии обхватила руками грудь. Сквозь ее лифчик виднелись соски. Вся ее одежда настолько промокла, что стала почти прозрачной.

Как такое возможно?! Как она могла дойти до такого?! Это наверняка дело рук Цзи'эра с Фэн У! Эта парочка расчетливых демонов сговорилась, чтобы ей навредить!

Сердце Жасмин наполнила ненависть. "Я убью их! Убью!"

- Не бойся. Вот, накинь этот плащ, - сверху до Жасмин донесся наполненный теплотой голос. Она почувствовала, как ей на плечи мягко опустился плащ, а когда подняла взгляд, то увидела перед собой девушку с встревоженным выражением на лице. Ее спасительницей оказалась прекрасная девушка с фиолетовыми волосами.

Кто еще это мог быть, кроме Цзы Чэн?

- Спасибо, - благодарность, которую испытывала по отношению к ней Жасмин, усиливал и тот факт, что это стало первое тепло, полученное ей после стольких психологических травм. Это проявление доброты оставило неизгладимый след в ее сердце.

- Не стоит благодарности. Мы же с тобой обе - маги. Разве мы не должны выручать друг друга в беде? - улыбка, просиявшая на личике Цзы Чэн, сделала ее похожей на ангела.

Цзы Чэн проходила мимо, когда ей в глаза бросилась толпа девушек. Почувствовав любопытство, она подошла посмотреть и обнаружила там пребывающую в беспамятстве девушку, лежащую на земле в одежде, которая почти ничего не скрывала.

Девушка очень скоро пришла в себя. По выражению страха и панике, отразившимся у нее на лице, стало понятно, что та стала жертвой чьих-то происков. Ни один человек, находящийся в здравом уме, не сотворил бы это с собой, поэтому Цзы Чэн пробралась через толпу, чтобы помочь.

Анника тоже пробилась через толпу, зовя Жасмин. Увидев ее в плаще, она спросила, все ли с ней в порядке.

- Все хорошо. Давай вернемся в общежитие, - она не хотела оставаться здесь и подвергаться насмешкам толпы. Поднимаясь, она еще плотнее закуталась в плащ. Затем она с помощью Цзы Чен вернулась назад в общежитие.

В опустевшем общежитии казалось, что произошедший раньше конфликт ей только привиделся.

Жасмин сразу же поднялась наверх, чтобы переодеться, пока Анника отправилась за водой для них всех. После всего случившегося ей не хотелось заваривать чай.

- Анника, что произошло? Почему Жасмин стала такой? - спросила Цзы Чэн, приняв у нее чашку с водой.

- Даже не знаю, с чего начать, - Аннике не хотелось об этом расказывать. Случившееся ранее ее сильно расстроило. Обычно жизнерадостная, сейчас эта девушка могла только хмуриться.

- Я бы тоже хотела это узнать. Что сделал со мной Цзи'эр? Как я очутилась на улице? - переодевшаяся в школьную форму Жасмин остановилась на верхней ступеньке лестницы. Она больше не испытывала смущения. В ее глазах сияли лишь ненависть и обида.

Анника вздохнула. Она не хотела ничего говорить в присутствии Цзы Чэн, все-таки та была посторонней, но раз уж Жасмин настаивала, у нее не оставалось иного выбора, кроме как обо всем рассказать.

Анника заговорила, как только Жасмин спустилась в гостиную:

- Жасмин, тот крошечный цветок вишни влетел тебе в лоб, после чего у тебя исказилось лицо, словно ты испытывала сильную боль. Я все звала и звала тебя, но ты мне не отвечала.

- Сначала ты закричала, потом принялась кастовать водные заклинания и поливать себя водой, а затем, словно обезумев, вылетела из общежития. Я погналась за тобой, но ты уже убежала чересчур далеко, и я потеряла тебя из виду. Ты оказалась в таком унизительном состоянии перед толпой девушек, но хотя бы к мужскому общежитию не побежала. Они наверняка бы воспользовались тобой.

- Цзи'эр! Я никогда тебе этого не прощу! Я определенно убью тебя! - Жасмин по большей части уже догадалась, что с ней случилось, но услышанное заставило ее попросту обезуметь. Она так рассердилась, что разбила чашку об пол, вдребезги разбив хрупкий фарфор.

- Жасмин! Не надо так! Ты только поранишься! - Анника взяла Жасмин за руки и осторожно подвела ее к дивану, чтобы та нечаянно не поранилась.

- Где Фэн У и Цзи'эр? И Си. Где они? - Жасмин, казалось, взяла себя в руки.

- Как только ты убежала, Цзи'эр увел Фэн У. Си отправилась на твои поиски. Понятия не имею, куда она ушла после того, как мы нашли тебя.

Анника знала, насколько гордой была Жасмин, и что та смотрела свысока на простых людей вроде Фэн У, поэтому в ее голосе прозвучала тревога. А еще она была уверена, что Цзи'эр тоже об этом знал и именно поэтому так сильно унизил Жасмин. Она прекрасно понимала, что тем самым он пытался помочь Фэн У, и это Жасмин затеяла спор, но ему все-таки не следовало использовать такой способ.

Жизнь Жасмин оказалась бы загублена, убеги она в общежитие для парней. Даже если бы она достигла немалых успехов в качестве мага воды, этот случай навсегда остался бы пятном на ее репутации.

То, как раньше поступил Цзи'эр, было верхом бессердечия! И Фэн У тоже, она оказалась такой бесчувственной. Она могла бы что-нибудь сказать, чтобы остановить Цзи'эра, не позволив ему причинить вред Жасмин, но предпочла промолчать.

В этой мысленной обличительной речи Анника совершенно забыла, что именно Жасмин заварила всю эту кашу.

- Хорошо! Отлично! Одна - потаскушка, а другой - друг этой потаскушки! Они стоят друг друга! - вгзляд Жасмин наполнился ненавистью, а злоба, звучащая в ее голосе, была поистине ошеломляющей. Она явно желала убить Фэн У и Цзи'эра. В том же списке оказалась и Си.

- Я чего-то не понимаю. Откуда между Жасмин и Цзи'эром такая сильная неприязнь? - Цзы Чэн уловила суть дела, но ее не покидало чувство, что в этой головоломке еще не хватает кусочков.

Она слышала о Цзи'эре. Тот был сильным магом огня, который смог стать представителем первого курса после победы над сильнейшим из представителей курса второго. Она не могла сказать точно, насколько силен этот юноша. Даже учась в одном классе, они практически не общались, поскольку обычно он придерживался собственной группы. На основании своих наблюдений она считала его гордым и высокомерным.