Онлайн чтение книги
Путешествие Цветка
The Journey of Flower
Экстра. Азартные игры: академия Чан Лю. Часть 3
Контент удален!
С самого утра Шень Сяо Мо поднял на ноги Хуа Цянь Гу, чтобы она привела себя в порядок, нарядилась, нанесла на лицо слой белой пудры и намазалась красными румянами. Она переоделась в новую одежду, вставила в волосы жемчужную шпильку, повесила на шею золотое ожерелье и надела на запястье изумрудный браслет. Хуа Цянь Гу чувствовала себя хозяйкой дома, но будучи хозяйкой она не могла позволить себе на завтрак даже одной маньтоу; боясь, что она на пол пути решит пропустить занятия, Шень Сяо Мо специально нанял паланкин, и пара крепких мужчин довезли ее до самых ворот академии.
Хуа Цянь Гу хотелось плакать, но она не могла выдавить ни слезинки, выйдя из паланкина дыша на ладан.
Окружающие не могли удержаться от перешептываний и хихиканья, обсуждая, какой богатой семьи эта барышня, выросшая такой толстой, что едва могла ходить.
Хуа Цянь Гу посмотрела вверх на новехонькие четыре больших иероглифа, написанные золотой краской на черном фоне— академия Чан Лю.
Ну и ладно, учиться так учиться, в любом случае, раньше она несколько дней ходила в школу, и отец также научил ее нескольким иероглифам, пускай учиться ей не нравилось, но и отвращения она не испытывала.
Ученикам вокруг нее было от шести до тридцати лет, но большинство из них было примерно ее возраста. По слухам эта академия раньше называлась академия Бодхи, и возглавлял ее старый Цинь Сю Цай, но с годами учеников становилось все меньше и вскоре академия закрылась. Не так давно в нее вложили большие средства, пригласили много потрясающих педагогов и людей с хорошей репутацией для преподавания, в придачу много знатных и высокопоставленных лиц участвовали в церемонии открытия, агитация престижности академии была колоссальной, и на этот раз к началу учебного года многие богатые торговцы Ханчжоу отправили сюда своих детей, и Хуа Цянь Гу была одним из них.
Она не понимала, почему отец придавал такое большое значение обучению в академии, вероятно, он гнушался ее и рассчитывал, что тут она скорее встретит хорошего человека и выйдет замуж. Большинство людей, отправляющих сюда своих детей учиться, думали именно так.
Новичков было около сотни, все они собрались на площади, чтобы их пересчитали и путем жеребьевки разделили на четыре класса — Слива, Орхидея, Бамбук и Хризантема.
Хотя академия сменила названия, директором по-прежнему оставался Цинь Сю Цай. Он был уже в летах, и по сравнению с группой преподавателей, пришедших по приглашению или явившихся без него, сидевших рядом с ним, выглядел очень внушительно.
Сначала он поприветствовал новых студентов и заверил, что академию ждет светлое будущее, а затем начал представлять преподавателей. Помимо четырех книг и пяти канонов, которые являлись обязательными предметами в академии, можно было выбрать дополнительные занятия с другими преподавателями.
— Это мастер из столицы — Янь Вэнь, он будет читать лекции в вам в будущем. Это Донг Фанг Ю Цин, он будет преподавать…
— Каллиграфию. — Донг Фанг Ю Цин прервал его, вежливо и утонченно улыбаясь, в зрительном зале послышался единый вздох.
У Хуа Цянь Гу от голода кружилась голова, у нее не было сил даже поднять глаза, чтобы посмотреть на него, а утреннее солнце было таким жарким, что на лбу выступил пот.
Затем все преподаватели кратко представились.
— Меня зовут Ли Хо, и я научу вас кулинарному мастерству. — Внизу раздалось множество удивленных голосов.
— Меня зовут Лей Инь, и я буду учить вас медицине и акупунктуре. — Снизу донеслось еще одно удивление зрителей.
— Цин Лю, я обучаю хмелеварению и распитию алкоголя.
На этот раз даже директор Цинь не смог удержать от того, чтобы не сморщить свое старое лицо и бесшумно спросить:
— Мы должны обучать распитию алкоголя?
— Конечно, застолье — важное место для общения с людьми.
— А ведь это действительно так… — Директор Цинь погладил свою бороду.
— Меня зовут Ло Ши Хи, добро пожаловать в мою ассоциацию по разведению маленьких животных.
— Этого старика зовут Ло Хэ Донг, я специализируюсь на убийстве демонов и ловле призраков! — Его голос был подобен раскату грома, все ученики остолбенели: эта академия действительно отличается от остальных, тут обучают всему!
— Мо Бин, обучение живописи. — Студенты вздохнули с облегчением, наконец-то появился нормальный преподаватель.
В этот момент на сцене появилась рыжеволосая женщина, похоже, иностранка:
— Можете звать меня Бей Хай, я пока не могу придумать, чему вас научить, поэтому давайте начнем с урока плавания. — Все пораженно застыли, здесь действительно преподает женщина, и не одна. Как только она закончила говорить, другая женщина тоже открыла рот.
— Меня зовут Ша Цянь Мо, вы можете спрашивать меня о вышивке, пошиве одежды, макияже, уходе за собой и подборе гармоничного образа, обо всем, что связанно с красотой, можете спрашивать меня.
Бей Хай уже можно было считать очаровательной, но по сравнению с этой женщиной разница прямо-таки была слишком велика. Все в толпе зашумели, даже мальчики приняли решение выбрать ее занятия.
Ша Цянь Мо несколько раз оглядел толпу, но так и не смог найти любимую всей душой Малышку.
Он хотел принять участие в пари, но отказывался показать людям заурядное лицо, что, по его мнению, означало уродливое, причем уродливое без какой-либо изюминки! Он полдня торговался с Донг Фанг Ю Цином и в конце концов они договорились, что он может появиться с внешностью лучше, но первые три месяца должен быть женщиной.
Мышление Ша Цянь Мо всегда был простым, он подумал, что прежде Малышка уже принимала его за старшую сестру, к тому же у него не было особых надежд на победу в пари, он здесь просто ради развлечения и саботажа Донг Фанг Ю Цина. Ах, подумаешь, проиграл Бай Цзи Хуа, ну и ладно, в любом случае, он искренне примет поражение, но, если он проиграет оборванцу-ученому, как он сможет смириться. Таким образом, даже в женском облике Ша Цянь Мо все равно хотел быть самым красивым из всех!
Затем представились еще больше людей, среди них были действительно всевозможным учителя. Ушу, кулачный бой, скрытое оружие, посадка овощей, резьба по дереву…не говоря уже о студентах внизу, даже директор Цинь непрерывно утирал пот, в конце концов, он пригласил целую шайку людей!
Хуа Цянь Гу была голодна и устала, прежде чем выйти из дома, Шень Сяо Мо, прилагая силу девяти быков и двух тигров, запихнул ее в кусок того, что она называла «одежда для похудения», внутренние пояс был настолько тугими, что перехватывало дыхание и рябило в глазах. Девушка рядом с ней доброжелательно придерживала ее.
— Ты в порядке?
Хуа Цянь Гу махнула рукой, она даже не могла говорить, а ее лицо стало цвета свиной печени, и в этот момент она услышала освежающий голос.
— Меня зовут Бай Цзи Хуа, я объясню вам, что такое терпение.
Голос, словно чистый поток, впадающий в сердце, принес немного ощущения прохлады, но, прослушав это вступление, она уже знала, что в будущем хорошего дня не жди. Изначально она думала, что цель поступления в академию — изучение каллиграфии и живописи, а также чтение четырех книг и пяти канонов, но неожиданно здесь оказалось столько мучений.
Было более тридцати преподавателей, и после того, как все они представились, началась перекличка и жеребьевка по классам.
В это время все присутствующие навострили уши, потому что никто из них так и не понял, где находиться Хуа Цянь Гу, за исключением, разумеется, Донг Фанг Ю Цина, который все время слегка обмахивался своим веером.
— Нан Сян.
— Тут. — Ученик, чье имя было названо, вышел вперед и вытянул жребий, который затем передал Ло Ши Хи.
— Класс Сливы. — Услышав свой класс, ученик направился к своей группе.
— Хо Си, класс Бамбука.
— Лю Хо, класс Бамбук.
— Ру Шун, класс Орхидеи.
***
Как и планировалось, Ю Руо, Хо Си, Ву Цин Ло, Тан Бао и еще несколько учеников Чан Лю и других школ пошли в класс Бамбука вместе с Хуа Цянь Гу, но, в отличие от преподавателей, у большинства из них были стерты воспоминания. Наконец послышалось знакомое имя: — Хуа Цянь Гу. Люди на сцене затаили дыхание, после пятнадцати лет ожидания игра наконец началась. После двух окриков со сцены не последовало никакого ответа, но Ло Ши Хи продолжил звать. Хуа Цянь Гу еле держалась на ногах и была на грани обморока, и в этот момент она поняла, что подошел ее черед. С трудом переставляя свои маленькие толстые ножки, она вышла из очереди и пошла к Ло Ши Хи, тот онемел и с полуоткрытым ртом глупо уставился на нее. — Малышка! — Веер в руке Ша Цянь Мо упал на землю, когда он встал со своего места. Прищурив глаза, он посмотрел налево и направо, хотя она была толстой и выглядела иначе, но чьим это могло быть маленьким личиком, как не Хуа Цянь Гу. Она шла спотыкаясь и едва не теряя сознание, к счастью Мо Бин Сянь бросился поддержать ее, также с широко раскрытыми от недоверия глазами. Вокруг воцарилась странная тишина, Хуа Цянь Гу, совершенно не думая, вытянула жребий и посмотрела на него, класс Бамбук. Она вздохнула с облегчением, наконец, все почти закончилось, она быта так голодна, что едва держалась. Пошатываясь, она направилась к своему классу, совершенно не замечая, что все взгляды на сцене, направленные на нее, полны боли. Солнцу, казалось, было невыносимо на это смотреть, и оно спряталось в облаках, подул прохладный ветерок, от которого зачесалось в носу, и Хуа Цянь Гу широко раскрыла рот. — Апчхи! Раздался звук, похожий на треск рвущегося предмета. Она замерла, почувствовав спиной холодный воздух, шов разошелся и образовалась большая дыра, одежда для похудения погибла славной смертью, а ее мяско рвалось выбежать наружу. Внезапно все тело расслабилось, Хуа Цянь Гу глубоко вздохнула, но тело уже не повиновалось, и она потеряла сознание, черт побери. Три секунды все молчали, прежде чем отреагировать, Ло Ши Хи и Мо Бин Сянь бросились первыми. Затем они увидели, как Ша Цянь Мо засучил рукава и выругался: — Чтоб ты сдох, Шень Сяо Мо, я буду драться! Когда Хуа Цянь Гу проснулась, на улице уже стемнело, а она лежала в собственном дому. — Отец! Я хочу есть! — Это было первое, что она выкрикнула. — Подожди. Вскоре Шень Сяо Мо принес ей миску с кашей, и Хуа Цянь Гу с удивлением обнаружила в ней несколько зерен риса и два кусочка овощей, которые она поспешно проглотила. — Отец! Я все еще голодна! — Голодна, голодна, голодна! Каждый день ты кричишь, что голодна! Я говорил тебе прилежно учиться, но в первый день учебного года ты выставила меня дураком перед всей академией! — Шень Сяо Мо не удержался и ткнул ее в лоб. Хуа Цянь Гу с кислым выражением лица обняла его за рукав, попутно вытирая об него рот, затем она подняла глаза и поняла, что что-то не так. — Отец, что с твоим лицом? — Такой большой глаз, как у панды! Шень Сяо Мо в раздражении схватился за грудь: — Ударил! Без стеснений посмела спросить, это ее вина, Ша Цянь Мо вернул ее, неся на свой спине, и, как только вошел в дом, ударил кулаком. Увы, да, он даже не мог ее поднять, но не вес был проблемой, не ее объемы, когда только и можно, что взвалить ее на спину, словно мешок с песком, а лицо Ша Цянь Мо, позеленевшее от злости. Но как можно винить его, в любом случае, есть — это преступление, но и не есть — тоже преступление. Ему даже в голову не приходило, что величественный Достопочтенный Ученый превратиться в няню, ну и ладно, но вопреки ожиданиям, его еще без причины избили, а он не смог ответить, тьфу-тьфу… На следующий день Хуа Цянь Гу отправилась в академию, она всеми возможными способами пыталась уговорить его позволить ей съесть одну маньтоу, прежде чем выйти из дома. В классе она полными надежды глазами смотрела на девочку, что сидела рядом и ела кунжутное печенье, и сглатывала. — Хочешь? — Эта была та девушка, что помогла ей вчера, прелестная и милая. Хуа Цянь Гу безцеремонно взяла кунжутное печенье и с жадностью съела. — Меня зовут Ю Руо, ты вчера потеряла сознание, сейчас с тобой все хорошо? — Ничего страшного. — Хуа Цянь Гу покачала головой. — Я просто мало ела, отец хочет, чтобы я похудела. Изящная и хрупкая девушка в зеленом перед ней обернулась: — У меня еще осталось немного персиковых пирожных, хочешь? Хуа Цянь Гу беспрерывно благодарила, чуть не плача, оказалась, эта академия довольно неплохая, ведь вначале она переживала, что над ней будут издеваться. — Меня зовут Тан Бао, а тебя? — Хуа Цянь Гу. — Ты не хочешь похудеть? — Хочу, но еще больше я хочу есть. — Тогда в будущем я буду приносить немного вкусной еды, чтобы ты поела. — Я тоже тебе принесу. — Ю Руо прищурилась в улыбке и протянула руку, чтобы ткнуть Хуа Цянь Гу в лицо, тыкая и тыкая она пристрастилась к этой забаве: один тычок, одна ямка. Хуа Цянь Гу благодарно кивнула. Через несколько дней Хуа Цянь Гу познакомилась с окружающими ее людьми, оказалось, завести друзей не так сложно, как она думала, некоторые из них все еще насмехались над ней, потому что она толстая, но вскоре обнаружили, что как бы сильно они не смеялись, Хуа Цянь Гу не злилась и простодушно улыбалась, вскоре этим людям стало скучно, и они сдались. Все энергия в основном была сосредоточена на преподавателях. Занятия в основном были дополнительными, Хуа Цянь Гу сама выбрала уроки кулинарии Ли Хо и уроки живописи Мо Бин Сяня, затем Тан Бао потащила ее в класс Донг Фанг Ю Цина, а Ю Руо в класс Бай Цзи Хуа, и, наконец, нагрянул Ша Цянь Мо и заставил ее выбрать и его класс, что заставило ее теряться в догадках. Поначалу так много людей пришли сюда, чтобы с воодушевлением принять участие в пари, на самом деле желая воспользоваться возможностью подставить подножку между Бай Цзи Хуа и Хуа Цянь Гу, эти бессмертные хотели показать, насколько они привлекательны и могут превзойти Верховного Бессмертного Чан Лю, однако, увидев Хуа Цянь Гу, половина из них сдалась меньше, чем через день. Они больше не соревновались, а просто наблюдали со стороны. Среди оставшихся наиболее вероятными победителями считались Бай Цзи Хуа, Донг Фанг Ю Цин, Ша Цянь Мо и Мо Бин Сянь, но, за исключением Ша Цянь Мо, который каждый день кружил вокруг Хуа Цянь Гу, водил ее на храмовые фестивали, запускал с ней воздушных змеев, а также обедал в ресторанах, остальные вообще не сдвинулись с места. Поскольку пройдет не менее трех месяцев, прежде чем он сможет сказать Хуа Цянь Гу, что он мужчина, Ша Цянь Мо, боясь упустить свой шанс, изо всех сил старался быть с ней милым, пытаясь выиграть с помощью чувства глубокой привязанности. Хуа Цянь Гу также внезапно обнаружила, что окружена множеством людей, от чего ей было немного не по себе. Впрочем, кроме еды, ее мало что волновало. Когда изредка она получала от кого-то цветы или любовные письма, то считала это розыгрышем. Конечно, она оставляла себе еду, а все остальное выбрасывала. Поэтому все научились хитрости: кто принесет вкусную еду, с тем Хуа Цянь Гу послушно пойдет. Каждый день они использовали вкусную еду, чтобы подкупить ее. Хуа Цянь Гу чувствовала, что это странно, почему так много преподавателей и одноклассников хотят пригласить ее на ужин? В этот день Хуа Цянь Гу, Тан Бао и Ю Руо вместе вернулись домой после обеда. Чтобы избежать подозрений, Ло Ши Хи часто приглашал их троих вместе. Однако, как заметила Ю Руо, все остальные отчаянно пытались угостить Хуа Цянь Гу, а Ло Ши Хи заботился только о еде для Тан Бао. — Цянь Гу, похоже, ты очень нравишься преподавателям академии. Хуа Цянь Гу кивнула: — Может быть, мой отец знаком с ними или он вошел через черный ход и попросил их позаботиться обо мне. — Хуа Цянь Гу решили для себя, что это единственно разумное объяснение. — Кстати, где твой отец, почему я его сегодня не видела? — Ю Руо жеманилась, каждый раз, когда она приходит сюда, ее сердце замирает, видя ленивое лицо Шень Сяо Мо. — О, наверное, он вышел посмотреть на бой сверчков, он скоро вернется. — Цянь Гу, а где твоя мама? Хуа Цянь Гу взъерошила волосы: — Я не знаю, когда я спросила отца, он даже не удосужился рассказать мне подробно, просто сказал, что она сбежала с кем-то. Ю Руо вдруг с жалостью посмотрела на нее: — Твое отце одному воспитывать тебя, должно быть, очень трудно, на мой взгляд, он еще очень молод, почему бы ему не найти другую? — Он бездельничает целыми днями, если он найдет другую, то она тоже сбежит с кем-то! — Хуа Цянь Гу наелась досыта, но все еще не могла перестать есть дынные семечки. Ю Руо в сердцах крикнула: нет, если бы это была она, она бы не сбежала. Тан Бао спросила: — Цянь Гу, у тебя есть возлюбленный? Моя семья отправила меня в академию, потому что хочет, чтобы я нашла себе хорошего жениха. — Члены семьи, о которой говорила Тан Бао, естественно, была бессмертными, которые играли свою небольшую роль. За исключением Хуа Цянь Гу и Шень Сяо Мо, все остальные находились в царстве Смертных меньше года. — Возлюбленный? — Да, Хо Си и Ву Цин Ло из нашего класса влюблены друг в друга, не так ли? Я слышала, что их семьи очень довольны ими, и они, вероятно, собираются пожениться после окончания академии. Хуа Цянь Гу задумалась, склонив голову, на самом деле она была впечатлена тремя людьми, один — Донг Фанг Ю Цин, он всегда улыбался ей, прищурив глаза, держал за руку, когда учил писать, а ее сердце так быстро билось. Второй — Мо Бин, чьи навыки рисования были превосходны, куда бы он ни пошел, он выглядел словно картина, нарисованная тушью. Хуа Цянь Гу часто чувствовала его взгляд, далекий, с легкой скорбью, опускающейся на ее тело, что создавал иллюзию таяния, растворения. И последний — Ли Хо, другие всегда приносили ей еду, но только он не забывал приносить ей попить. Всякий раз, когда она давилась слишком большим количеством еды, он становился ее спасителем. И он был таким хорошим, всегда ставил хорошие оценки, лучше всего обучал, и вызывал бесконечное восхищение у ее глупой личности. — Когда дело доходит до возлюбленного, я очень беспокоюсь. — Хуа Цянь Гу нахмурилась. — Беспокоишься о чем? — Что выйду замуж за идиота. — А? — Тан Бао и Ю Руо рассмеялись. — Это правда, у меня на руке с самого рождения есть странное родимое пятно, это линия иероглифов. Хуа Цянь Гу задрала рукав и показала им. На ее руке действительно было написаны слова. «Я, любить, идиот». Ю Руо и Тан Бао потеряли дар речи: — Ты сама это написала? — Конечно нет, чтобы я ни делала, я не могу это убрать. Каждый раз, когда я спрашиваю отца, что это, он не держится на ногах от смеха и стучит кулаком по столу, хваля кого-то одаренного, а я даже не могу понять, о чем он говорит. — Это действительно немного странно! — Да, и правда удивительно. Неужели я правда полюблю идиота? Тан Бао громко рассмеялась: — Пока он тебе нравиться, не имеет значения идиот ли он! — Это правда, Тан Бао, а у тебя есть возлюбленный? Тан Бао без стеснений кивнула головой и с громко хохоча заявила: — Мне нравиться наставник Ло! Он знает, что я не люблю мясо, а предпочитаю овощные листья! На днях он даже купил мне засахаренные ягоды боярышника и научил вырезать узоры из бумаги! Ю Руо совершенно ничего не поняла, но Хуа Цянь Гу сочувственно кивнула: — Мне тоже нужен будущий муж, который не против того, что я толстая, хорошо относиться к моему отцу и не мешает мне есть, так что неважно, идиот он или нет.