Контент удален!

- Гу Тоу, сгорело, сгорело! Скорей, скорей! - Тан Бао посмотрела на еду в горшке, тревожно скача вверх и вниз на голове Цянь Гу. Хуа Цянь Гу тут же потушила огонь, спеша снять горшок, и с шумом бросая горячую посудину на землю. Она понуро очищала горшок, снова берясь за приготовление еды. Бай Цзи Хуа сидел за столом, дегустируя блюда, что она сделала, долго не говоря. - Учитель? - У тебя что-то на уме? - Учитель, как ты узнал? - Ты всегда весела, беззаботна, пища, которую готовишь, отражает это. Когда ты волнуешься, вкус пищи меняется. Она вернулась в Джун Цин Диань два месяца назад, но не могла сосредоточиться на чем-либо. Несмотря на то, что она уже оправилась от травмы, ее культивирование постепенно ухудшалось. Ранее ее выращивание быстро увеличивалось, поэтому она стала одним из лучших учеников секты, ее сердце было спокойно, спокойнее, чем у других. Но сейчас оно было встревожено, ум был обеспокоен, и проблема будет только увеличиваться если ее не решить. Хуа Цянь Гу жевала палочки, склонила голову и сказала: "Учитель, мое сердце не знает покоя, я не чувствую себя спокойно, независимо от того, насколько сильно я стараюсь". - Сердце подобно текущей воде, его трудно понять. Есть много вещей, которые чем больше мы пытаемся их понять, тем сложнее они становятся. После того, как в сердце зародилась навязчивость, оно походит на катушку пряжи, становясь все более запутанной, если ты пытаешься распутать ее. - Но Учитель, если у меня плохое предчувствие, ощущение, что я не могу что-то контролировать, что что-то произойдет, что я должна делать? - Есть такие вещи, что чем больше ты хочешь их избежать, тем быстрее они происходят, научись принимать судьбу. Когда они приходят, что бы украсть твое сердце, это способ выжить. - Мягко ответил Бай Цзи Хуа, поглаживая ее голову. Хуа Цянь Гу долго думала, а затем, наконец, широко улыбнулась: "Теперь я понимаю, спасибо, Учитель". Бай Цзи Хуа кивнул, используя свои палочки для еды, чтобы положить красочный кусок Мэн Кай в ее миску. Хуа Цянь Гу счастливо улыбнулась, заталкивая большие куски риса в рот. Хуа Цянь Гу плавала в море, она ускользала с горы Чан Лю время от времени, бегала на далекий остров, чтобы играть с Ша Цянь Mo. Никто не жил на острове, так что он стал их островом. Ша Цянь Мо назвал его "Хуа (цветок) остров". Здесь было много странных растений и цветов, но Ша Цянь Мо сказал, что их не достаточно, и в один прекрасный день он вытащил все растения и цветы, а затем высадил любимые цветы Хуа Цянь Гу, превратив остров в огромный сад. Хуа остров был недалеко от горы Чан Лю, это было одно из самых высоких мест, как Джун Цин Диань, в ясные дни, его было видно чуть-чуть. Хуа Цянь Гу лежала на пляже, загорая, замерев, как труп, глядя на гору Чан Лю, которая была далеко, как мираж, чувствуя, что все было сном. Заманчивая улыбка Бай Цзы Хуа на Цюнь Сянь празднике появилась в ее сознании. Но она никогда не видела улыбку на его лице снова в эти годы. Иногда беспокойство мелькало в его глазах, но быстро исчезало. В тот же день она разговаривала с Цзы Сюнь Цянь Ся, ее сердце было подобно буре с насильственными волнами и сильным ветром, но независимо от того, как могущественны волны или жестоки ветры, все развалилось под безмятежным взглядом Учителя. Перед ним, она не могла поддерживать тишину и спокойствие. Она не могла полностью понять, что имела в виду Цзы Сюнь Цянь Ся, но это не значит, что она ничего не поняла. Она не нашла романтических историй в книге Шести Королевств и семи книг. Тем не менее, ей было 17 лет, она была достаточно взрослой, чтобы постепенно рассматривать вещи по-своему. Она знала, что Ни Ман Тянь любила Ло Ши Хи, Цин Шуй любила Сюань Юань Ланга, и сложные романтические отношения на Небесах. Тем не менее, она не могла понять свои чувства. Но когда она поняла, что Старшая сестра Цзы Сюнь любит Учителя, ее сердце почувствовало боль и беспомощность, как Сестра в тот момент. Чувство безнадежности угрожало задушить ее. Почему, влюбленная Старшая сестра не могла понять этого? Старшая сестра предупредила ее не влюбляться в Учителя, но она уже любила Учителя! В этом мире, за исключением родителей, она любила Учителя больше всего. Учитель мог командовать ей, что делать, он может даже лишить ее жизни, все принадлежит Учителю. Что может быть плохого? Она ничего не хочет, она только желает жить вечно, чтобы быть с ним каждый день. Учитель сказал идти по течению, вероятно, именно это он имел в виду. В этом случае, не надо нечего делать, ей нужно только следовать за Учителем, как можно быстрее культивировать, чтобы стать бессмертной. Хуа Цянь Гу медленно закрыла картину Бай Цзи Хуа, положив обратно ее в свой внутренний сундук. Походив немного по пляжу, она ударила по своим ногам, покрывая себя песком, сначала сон, а потом переживания. Рано утром, птицы щебетали на деревьях, там были хорошие новости, там были хорошие новости... - Учитель, ты ищешь меня? Бай Цзи Хуа кивнул: "Пир Цюнь Сянь проходит в течении нескольких дней, ты можешь пойти со мной на этот раз." - Вау! В самом деле? - Хуа Цянь Гу вскочила в волнение, она умоляла так много раз, но он всегда отказывался брать ее с собой, почему он согласен в этом году? - Ты стали известной после битвы на горе Тай Бай, богиня Сиванму сказала мне привезти тебя, даже отправила тебе приглашение. Бай Цзи Хуа дал ей платиновое приглашение, инкрустированное кристаллами, настолько блестящие, что Хуа Цянь Гу пришлось моргнуть несколько раз. Приглашение было адресовано "Лидеру секты горы Мао Хуа Цянь Гу". Она была польщена и спросила: "Могу ли я взять Тан Бао?" Бай Цзи Хуа кивнул, эти двое всегда везде ходили вместе. - Несмотря на то, что мы выиграли на горе Тай Бай, твой опыт до сих пор отсутствует. После праздника Цюнь Сянь, я возьму тебя, чтобы совершить поездку по миру и получить больше опыта. Бай Цзи Хуа думал, что сердце Хуа Цянь Гу было обеспокоено, потому что ее опыт и знания были ограничены. Не в полной мере понимания состояния божественности, но попадая в сложные ситуации, она была слабой и уязвимой по сравнению с другими с более глубокими знаниями. Хуа Цянь Гу была на важном начальном этапе культивации, на пути к бессмертию, если бы она была беспокойной, было бы легче для нее стать демоном. Может быть, для нее лучше было бы выйти в мир на несколько месяцев, чтобы она могла вернуть себе способность рационализировать. Она узнает холм, если увидит холм, узнает реку, если увидит реку. - Ха-ха-ха - Хуа Цянь Гу схватила его за рукав и повернула назад и вперед, надувшись: "Учитель, ты самый лучший..." Бай Цзи Хуа погладил ее по голове: "Иди собирайся, а затем попрощайся с Цин Шуй и остальными, эта поездка, вероятно, займет шесть месяцев." - Учителя здесь не будет, а как дела секты? - Не волнуйся, Ши Сюн будет все решать. Если возникнет чрезвычайная ситуация, он даст знать. - Ура! - Хуа Цянь Гу выбежала, как ветер. Все были счастливы, узнав эту новость, исключением был Ло Ши Хи, который печально нахмурился. Может ли это быть ошибкой, он не увидит Тан Бао в течение шести месяцев! Как он будет жить! Увидев взволнованное лицо Тан Бао, сердце Ло Ши Хи разбилось. Хм, Тан Бао, как ты могла... Возвращаясь на гору Куньлунь, Хуа Цянь Гу почувствовала необъяснимое волнение. Она больше не была сиротой, ей не нужно превращаться в червя, что бы прокрасться на пир, теперь она имеет честь быть лидером секты. Кроме того, ей не нужно лететь на облаке с Бай Цзи Хуа, она могла летать на меча сама. Думая о вкусной еде на пиру и гигантских персиках, Хуа Цянь Гу и Тан Бао пускали слюни. В первый раз, оставив гору с Учителем, она была нервная и взволнована, бесконечно болтая. Они летели на мечах, взяв с Хуа Цянь Гу большую скорость, но им все равно понадобилось больше дня, чтобы попасть туда, они отдыхали несколько раз по пути. Когда они прибыли в Нефритовый пруд, банкет был в самом разгаре. Хуа Цянь Гу взглянула на красочные воды и цветение персика в лесу, что не изменились за тысячи лет. Капельная музыка, лязг нефритов, танцы божеств, бессмертных распивали вино и пели. Раздался крик: "Прибыл Высокий Бессмертный Чан Лю!" Потом последовал еще один крик: "Прибыл Лидер секты горы Мао!" Все были поражены, воцарилась полная тишина, все смотрели на них снизу вверх. Одинокий человек носил белый, как снег, халат, он холодно и медленно спускался с неба, за ним была девушка, которая носила лохмотья, делая вид, что она мальчик и старалась спрятаться в Нефритовом пруду. Сегодня она была одета в зеленый наряд, изготовленные из шелка, волосы были заплетены в две круглые булочки, но она все еще была похожа на ребенка, как год назад, ничуть не постарела. Живописные темные брови, яркие, словно звезды, глаза, кожа белая и гладкая, щеки мягкие, как лепестки розы, краснея, как два яблока, искушали людей попробовать кусочек. Хуа Гу Цянь нервничала увидя, что все смотрят на нее, поэтому она схватила Бай Цзы Хуа за рукав. Двое из них, учитель и ученик, один шел впереди, а другой следом за ним. Один был эфирным и божественным, другая же невинной и прекрасной, что за совершенная картина на фоне дождя из лепестков персика. Бессмертные затаили дыхание, для них было сюрпризом, что лидер горы Мао был так молод, и еще более их удивляло, что обычно холодное лицо Бай Цзы Хуа может выглядеть таким мягким и нежным. Внезапно раздался свирепый крик, словно раскат грома. - Черт побрал твоих предков, Бай Цзи Хуа! Я действительно сожалею сейчас!