Полицейский участок северного района столицы.
Товарищи полицейские брали показания у нескольких человек.
— Как вы узнали, что подозреваемый похитил госпожу Жэнь Цзяци? — спросил полицейский.
Похищенную девушку звали Жэнь Цзяци.
— Опыт, — первым заметил что-то странное Шао Цзы, который много лет был разведчиком и, просто взглянув на экран, с первого взгляда увидел что-то подозрительное.
— Опыт? — полицейский был несколько озадачен.
— Движения, выраженние лица, одежда, поза этих двоих, а также маршрут, по которому они шли, — всё это дало мне основания для такого вывода, — задумчиво добавил Шао Цзы.
— Дружище, ты раньше был полицейским? — поинтересовался служащий.
— Нет, — Шао Цзы покачал головой: — Солдатом.
Полицейские ещё раз внимательно осмотрели этих людей: солдатская выправка, острый взор. На лице мужчины, который обезоружил преступника, были шрамы. Хоть полицейские и не видели их раньше, но по внешнему виду поняли, что они не могли быть простыми солдатами.
Словно догадываясь о чём-то, полицейские стали более почтительными.
Старший молодой господин Цинь пробыл в полицейском участке почти час, взглянув на время и увидев, что скоро наступит семь тридцать, а он даже не выехал домой…
«Я так пропущу ужин с моей женой!»
Цинь Гэ нетерпеливо сказал:
— Вы закончили брать показания? Мы можем уезжать?
— Минутку, минутку, — товарищ полицейский поспешно передал письменное заявление, видя такую ужасающую ауру, и сказал: — Если всё в порядке, подпишите и вы можете идти.
Показания были составлены просто и понятно, старший молодой господин Цинь пробежался глазами и, не обнаружив никаких проблем, парой движений поставил подпись, встал и вышел.
— Подождите... Подождите минутку, — вдруг робкий женский голос окликнул четырёх человек, которые уже собирались уходить.
Они оглянулись и увидели, что это Жэнь Цзяци, которая была похищена сегодня. Она также являлась жителем и владельцем собственности.
— Госпожа Жэнь, чем я могу вам помочь? — спросил Да Ю.
Жэнь Цзяци смущённо бросила взгляд в сторону мужчины, улыбнулась, а затем медленно направилась к Цинь Гэ. С благодарностью глядя на него, она промурлыкала:
— Спасибо за сегодня, если не вы… я… не знаю… что со мной бы было…
— Не за что, — старший молодой господин Цинь, который очень торопился домой, ответил несколько небрежно.
— Это… — Жэнь Цзяци, которая считала себя красавицей и с которой никогда так небрежно не разговаривали, обиженно прикусила губу, а затем продолжала: — Вы не могли бы дать мне номер телефона?
Цинь Гэ бросил на неё странный взгляд.
— Вы... не поймите меня неправильно, — сказала Жэнь Цзяци, слегка покраснев. — Я просто хочу поблагодарить вас.
— Нет.
— Я…
Старший молодой господин Цинь снова взглянул на свой мобильный телефон: жена только что прислала сообщение, спрашивая, когда он собирается вернуться.
Он не стал ждать, когда Жэнь Цзяци закончит свою речь, и сразу же вышел за дверь.
Остальные ушли вслед за Цинь Гэ.
Когда мужчина выходил из полицейского участка, мимо него прошла роскошно одетая пара средних лет, но ему было всё равно.
Он довёз своих бывших товарищей по оружию до станции метро, а затем помчался домой, не останавливаясь ни на секунду.
— Деточка, с тобой всё в порядке? — женщина средних лет вбежала в полицейский участок, увидела свою дочь, стоящую в дверях, и нервно оглядела её со всех сторон.
— Мама, со мной всё хорошо, — Жэнь Цзяци успокоила свою мать.
— Что произошло? — спросил отец Жэнь.
В этот момент подошёл полицейский, который уже закончил брать показания у подозреваемого, и объяснил собравшимся:
— Подозреваемого зовут Лю Цян, он курьер и часто бывал в вашем районе по работе, поэтому он довольно хорошо знал его изнутри. По его словам, изначально он собирался использовать возможность особенности его работы, чтобы проникнуть внутрь и украсть что-нибудь. Случайно в это время мимо проходила госпожа Жэнь. Он однажды уже доставлял ей продукты и знал, что она живёт одна в квартире, поэтому он хотел угрозой заставить её отвести его в свою квартиру.
— Это очень опасно, — мать Жэнь была в ужасе: — Тебе лучше не жить там одной, почему у тебя такая плохая охрана?
— Мне очень жаль, мы обязательно исправимся, — директор Лю, который всё это время находился в полицейском участке, снова и снова приносил извинения.
К счастью, с госпожой Жэнь ничего серьёзного не произошло.
— Кто вы? — спросила мать Жэнь.
— Я человек, отвечающий за безопасность, — почтительно представился директор Лю.
— Каковы меры безопасности в районе, где живёт моя дочь? Я собираюсь подать на вас в суд… — вспомнив, что её драгоценная дочь чуть было не пострадала, мать Жэнь пришла в ярость.
— Мне очень жаль, мне очень жаль... — директор Лю мог только многократно извиняться.
— Мама, я в порядке, — Жэнь Цзяци не дала матери рассердиться и спросила директора Лю: — Директор Лю, кто спас меня только что?
— О... это молодой господин Цинь.
— Господин Цинь?
— Да, да, старший молодой господин Цинь из семьи Цинь, — поспешно пояснил директор Лю.
— Цинь Гэ?! — супруги Жэнь посмотрели друг на друга.
По дороге домой Жэнь Цзяци вспомнила выражение родителей и поняла, что они знают её спасителя. Она спросила:
— Мама, семья Цинь, о которой говорил директор Лю, — это семья дяди Циня?
— Да, именно так, старший сын твоего дяди Циня, — ответила женщина.
— Тогда почему я его раньше не видела? — задалась вопросом девушка.
— Вы виделись в детстве, но, когда ты перешла в старшую школу, уехала учиться за границу, а Цинь Гэ ушёл в армию в очень раннем возрасте, поэтому не пересекались, — разъяснила мама девушки.
— Тогда... мама, когда мы пойдём в семью Цинь, чтобы поблагодарить старшего брата Цинь? — предложила девушки.
— А?! — супруги смущённо переглянулись между собой.
— Что случилось? — Жэнь Цзяци заметила, что что-то не так.
— Конечно, нам надо поблагодарить... но… Около года назад твоя тётя Цинь приходила к нам домой с предложением брака, но я отказала ей.
— Брак? С кем? — спросила Жэнь Цзяци.
— Тебя и Цинь Гэ, — ответила мама девушки.
— Почему я не знала об этом? — большие красивые глаза Жэнь Цзяци были полны шока.
* * *
Цинь Гэ мчался домой, и в конце концов прибыл туда незадолго до полдевятого.
— Вернулся? — У Тун подняла глаза и, посмотрев на идущего к ней человека, отложила книгу, которую читала.
Почти каждый раз, если он приходил домой позже жены, У Тун всегда так сидела, поднимала голову и посылала ему тёплую улыбку при встрече с ним.
Цинь Гэ любил, когда его ждали. После её вопроса он обнял жену и нежно проговорил:
— Я дома.
— Ты поел? — спросила У Тун, обнимая его.
— Нет, — мужчина кокетливо произнёс: — Я бы хотел поесть с тобой.
— Тогда я пойду и приготовлю тебе миску лапши, — У Тун улыбнулась, освободилась из объятий и ушла на кухню.
Старший молодой господин Цинь до сих пор улыбался. Но почувствовав запах своего потного тела, пошёл в душ. Когда он переоделся и вышел, У Тун уже сварила лапшу.
Посмотрев на стол с двумя мисками горячей лапши, старший молодой господин Цинь удивился:
— Жена, ты тоже не ела?
У Тун передала палочки Цинь Гэ, а затем естественно кивнула.
— Ты не ела с Фэйфэем?
— Я немного поела, но всё ещё чуть-чуть голодна, — сказала У Тун, подмигнув.
Старший молодой господин Цинь, держа в руках миску с лапшой, глупо рассмеялся, словно что-то понял.
— Чего ты смеёшься? Давай есть, пока лапша не остыла, — сердито приказала девушка.
Старший молодой господин Цинь послушно и быстро поглощал пищу, случайно ошпарившись несколько раз. У Тун выглядела сердитой, но одновременно чувствовала радость.
После того как Цинь Гэ с любовью съел лапшу, он, полный энергии, вымыл посуду, затем, обняв жену, уселся на диван, и они вдвоём начали обмениваться произошедшим за день.
— Сегодня у Фэйфэя появился друг, — У Тун была очень рада преображению малыша и медленно пересказывала события дня с нотками волнения. — Господин Ли сказал, что Фэйфэй может собрать кубик Рубика с четырьмя гранями за одну минуту в возрасте пяти лет и, вероятно, является маленьким гением.
— Фэйфэй очень умный. Когда брату Линю было двадцать лет, у него уже было несколько докторских степеней, — не удивился Цинь Гэ.
У Тун знала, что брат Линь, о котором говорил Цинь Гэ, — настоящий отец Фэйфэя.
— Цинь Гэ, — сказала У Тун, — я бы хотела отправить Фэйфэя на этот кружок по интересам, который рекомендовал господин Ли. В нём участвует и маленький Ли Цзыхао.
— Но... — Цинь Гэ немного переживал, ведь Фэйфэй не мог говорить, и над ним, наверное, будут издеваться.
— Я знаю, что тебя беспокоит, но я всё равно хочу, чтобы малыш попробовал. Мне хочется, чтобы наш сын общался с большим количеством людей, чтобы у него было больше друзей, чтобы он мог играть с ними в кубик Рубика и другие головоломки, — серьёзно продолжила У Тун, вырываясь из объятий Цинь Гэ. — Господин Ли сказал, что большинство детей в этом классе такие, как его сын. Кроме того, Ли Цзыхао тоже занимается в этих занятиях, и думаю, что стоит попробовать.
Цинь Гэ посмотрел в искренние и полные надежды глаза У Тун и после долгого молчания медленно спросил:
— Попробуем?
— Да, — У Тун напряжённо кивнула.
— Хорошо, давай попробуем, — мужчина снова заключил жену в объятия.
Когда Цинь Гэ вернулся с поля боя, у него не было желания жить, и он был крайне невосприимчив к лечению. Как бы ни старалась доктор Ли Юньцзин, он не мог открыть своё сердце.
Как раз когда семья Цинь уже была готова отчаяться, какая-то женщина привела к ним Фэйфэя. Ему тогда было всего три года, он держал в руке маленький кубик Рубика и тихо стоял.
Женщина передала Цинь Гэ письмо. Как бойцы спецподразделения, которые в любой момент могли пожертвовать собой ради страны, каждый заранее написал завещание, и это письмо — завещание, написанное отцом Фэйфэя.
Женщина сказала, что мать Фэйфэя передала ей это письмо перед смертью, и что у него было четыре адресата, но единственным, кого она смогла найти, был Цинь Гэ.
Цинь Гэ открыл письмо, и в нём было только одно предложение.
«Брат, позаботься о моей семье».
Именно эти слова дали силы Цинь Гэ. Мужчина обнял Фэйфэя, и с этого момента начался его путь выздоровления.
Поэтому готовность Цинь Гэ позволить У Тун вмешаться в судьбу сына означает, что он готов позволить У Тун вмешаться в свою собственную жизнь.
Хотя У Тун и не понимала этого, она всё равно чувствовала, насколько Фэйфэй важен для Цинь Гэ.
— Спасибо, — поблагодарила девушка.
— Спасибо за что?
— Спасибо, что веришь в меня, — У Тун до сих пор помнила холодное выражение лица мужчины, когда они впервые обсуждали вопрос об обучении.
— Как ты можешь такое говорить? — старший молодой господин Цинь немного поразмыслил и сказал: — Муж и жена — одно целое, так что давай не будем благодарить самих себя.
— Где ты такое слышал? — У Тун всегда думала, что это звучит немного странно.
— Что? Ты не слышала об этом? — выражение лица господина Циня сразу же стало серьёзным, он подхватил жену на руки и быстро пошёл в спальню. — Тогда я должен дать тебе хорошее, подробное объяснение.
И ночь, полная страсти, накрыла их с головой.
_______
Автору есть что сказать:
У Тун: Ты намеренно исказил то, что я имела в виду.
Цинь Гэ: Ты первая усомнилась во мне.
У Тун: Значит, ты… можешь сделать это?
Цинь Гэ был ошарашен: На что это похоже? Покажи мне, жена!