Контент удален!

1 - 6

Глава 6.

 

Люти проснулась ближе к рассвету, что-то глухо ударилось о борт машины. Сначала ей показалось, что звук ей просто привиделся, но потом она услышала голоса.

Она приподнялась на локте и осторожно выглянула через лобовое стекло: на переднем бампере сидела крупная женщина с ярко-розовыми волосами, а между её полными бёдрами примостился лысый мужчина.

Пока мужчина шарил руками под короткой джинсовой юбкой женщины, та расстегнула блузку и распахнула её, обнажив тяжёлую, отвисшую грудь. Мужчина склонился и припал губами к её соску; женщина рассмеялась, повернула голову и заметила, что Люти наблюдает за ними. Встретившись взглядом с девушкой, она подмигнула, словно они вместе разделили какую-то шутку.

Люти тут же нырнула обратно и вжалась в сиденье, не обращая внимания на то, как консоль впивается ей в спину. Машина начала раскачиваться, сначала в размеренном ритме, потом всё быстрее и быстрее, пока наконец мужчина не издал звук, похожий на визг зверя, которому больно.

Вскоре женщина соскользнула с капота, и Люти прислушалась, как шаги и голоса затихли вдали. Она всё же решила подождать и не двигалась, пока не услышала, как завёлся двигатель огромного грузовика. Когда фура с грохотом проехала мимо, Люти успела сесть и увидела за рулём того самого лысого мужчину.

Ей нужно было в туалет, но она терпела до последнего, пока мочевой пузырь уже не стал требовать своего. Она как можно тише выбралась из машины и пересекла травянистую полосу, направляясь к общественному туалету. Внутри было пусто, но через несколько минут, когда Люти вышла из кабинки, она увидела у раковины ту самую женщину с розовыми волосами, та мыла руки.

Женщина взглянула на Люти в зеркало.

— Скупердяй этакий, зажал пять баксов, — сказала она. — Послушай моего совета, милочка, всегда бери деньги вперёд. — С этими словами она резко развернулась и вышла.

Когда Люти вернулась к машине, Фейт всё ещё спал, но стоило ей завести «Понтиак», как он проснулся и сел.

— Решила, что лучше выехать пораньше, — сказала она.

Фейт лишь пожал плечами.

Час спустя Лути остановилась у заправки и залила ровно пять галлонов бензина в почти пустой бак своего «Понтиака». В магазине при заправке она взяла две упаковки шоколадного молока и пачку пончиков в сахарной пудре. За молоко пришлось заплатить, коробки были слишком велики, чтобы спрятать их в сумочку, а вот пончики поместились туда без труда.

Она вышла с заправки, имея в кармане шестьдесят два цента и твердое намерение растянуть этот «завтрак» на подольше, но уже через пять минут от плана — как, впрочем, и от молока с пончиками, не осталось и следа.

Все утро Фейт хранил молчание, но, изучив карту и произведя нехитрые расчеты, произнес:

— Мы не доедем. — Это была самая длинная фраза, которую он выдал за последние четырнадцать часов.

— Доедем, — уверенно ответила Лути.

— Смотри. Расход: примерно двадцать две мили на галлон. Значит, пяти галлонов хватит где-то на сто десять миль. А до Лас-Вегаса, если я правильно прикинул, еще две сотни миль. Никак не дотянем.

— Фейт, почему ты вечно видишь во всем только плохое?

— Я просто констатирую факты.

— Ну, если понадобится еще бензин — достанем.

— Как?

— Пока не знаю. Но я что-нибудь придумаю.

И она придумала.

Незадолго до границы со штатом Невада, когда машина ехала уже буквально на честном слове, Лути свернула на заправку в Энтерпрайзе, штат Юта, и залила бензина на десять долларов.

У кассы она разыграла весьма убедительный спектакль: якобы потеряла двадцатидолларовую купюру, которой собиралась расплатиться. Дрожащим голосом, со слезами на глазах, она снова и снова проверяла карманы и сумочку, но каждый раз находила там лишь пустоту. Затем, разрыдавшись, она предложила подмести пол, вынести мусор и вычистить туалет — работу, которую она вовсе не собиралась выполнять и которой никогда прежде не занималась.

Продавщица — крошечная седовласая женщина со слуховым аппаратом, была настолько тронута этим представлением, что вручила Лути бутылку колы, попутно мягко посоветовав бережнее относиться к деньгам.

— Отлично, — произнес Фейт, когда Лути вернулась к машине (он наблюдал за ее маленьким спектаклем со стороны). — Ты угонщица, водитель без прав, магазинная воровка. Ты солгала полиции, а теперь еще и мошенницей стала.

— Делаешь то, что приходится, Фейт, — она открутила крышку пластиковой бутылки с колой. — Флои всегда так говорила.

— Ну да. А ты ведь всегда следовала советам Флои, правда?

— Нет. Но, пожалуй, пора начать.

                                           

                                                                         ***

— Слушай, Лути, — Фейт указал сначала в одну сторону улицы, потом в другую.

Вся тревога и все сомнения, терзавшие его последние три дня, отступили перед ослепительным блеском Лас-Вегас-Стрип.

— Пирамида! Видела?

Лути резко затормозила, посреди квартала дорогу переходили две девушки, игнорируя правила движения. В следующее мгновение ее вытеснили из полосы, такси, промчавшись прямо перед ней, едва не задело крыло ее машины.

Но она была слишком взбудоражена, чтобы нервничать. Она проделала путь от Спирфиша, Южная Дакота, до места, которое превзошло все ее ожидания. Сверкающий неон. Голубые водопады. Золотые боги. Здания, выше всего, что ей когда-либо доводилось видеть... Вывески с именами звезд, за которыми она наблюдала долгие годы. И люди — сотни, тысячи людей, заполонивших тротуары. Женщины с сумками от «Гуччи» и «Прада», мужчины в шелковых рубашках, обнимающие за талию экзотических красавиц. Студенты колледжей, пьющие пиво прямо из бутылок; девушки, уверенно вышагивающие в коротких кожаных юбках и на броских каблуках.

Она оказалась в настоящем мире, в том самом мире, которого так долго ждала. И было уже неважно, что они с братом голодны и у них нет ни гроша. Неважно, что они не мылись несколько дней, а единственным их «домом» был старый «Понтиак». Они добрались до Лас-Вегаса — самого гламурного места на земле, места, где наконец должна была начаться ее жизнь.

— Эйфелева башня!

— Это «Париж». Я видела ее на картинках в журнале.

— Может, папа там работает? Давай зайдем и узнаем.

— Фейт, посмотри, сколько здесь казино! Глупо надеяться, что мы угадаем, в каком именно он работает.

— Ну, я подумал…

— Ты просто хочешь подняться на Эйфелеву башню.

— Но…

— Сначала мы поедем в квартиру к папе. Если он на работе, мы узнаем, где именно.

— А давай просто зайдем, подойдем поближе и подождем, пока он нас увидит? Он ведь удивится, правда?

— Достань-ка мне письмо.

Фейт вытащил письмо из бардачка и протянул ей.

Она взглянула на адрес, а затем, когда загорелся красный свет, опустила стекло и крикнула водителю грузовика, остановившемуся рядом:

— Эй, не подскажете, как проехать на Бонневиль, 105?

— Конечно. На следующем перекрестке поверните направо. Проедете кварталов семь-восемь и как раз окажетесь на углу Шестой улицы и Бонневиль.

Люти без труда следовала его указаниям, но, свернув на Бонневиль-стрит, почувствовала, что, возможно, ошиблась. Улица представляла собой мешанину из ломбардов, обшарпанных отелей, магазинов спиртного, казино и баров.

— Думаешь, мы туда попали? — спросил Фейт.

— Наверное.

— Вон 105-й, — Фейт указал на узкое двухэтажное здание с вывеской «Отель "Невада"».

Люти нашла место для парковки в следующем квартале и поняла, что параллельная парковка — явно не её сильная сторона.

Они шли к отелю, держась рядом друг с другом и стараясь не наступать на битое стекло, свежие следы рвоты и сплющенные пивные банки. В дверном проеме заколоченного магазина, спал мужчина, а у входа в переулок другой пил вино. Маленькая девочка, сидевшая на бордюре перед баром, настороженно проводила их взглядом, а затем снова переключилась на дохлую крысу, лежавшую на крышке канализационного люка.

Когда до отеля оставалось всего несколько шагов, к ним обратилась пожилая женщина в халате, попросив мелочи. А на другой стороне улицы двое подростков замахали им руками и закричали:

— Эй, есть крэк! Нужно?

В отеле пахло мочой и сигаретами. Тусклый вестибюль не спасали ни горшки с выцветшими пластиковыми цветами, ни грязные, разномастные, рваные кресла. Пожилой мужчина, спавший на диване, тихонько храпел; в его раскрытой ладони лежал окурок сигары.

— Чем могу помочь, ребятки?

Голос донесся от стойки регистрации, отгороженной от остального помещения стальными прутьями, которые тянулись от прилавка до самого потолка.

— Мы к папе, — сказала Люти.

— Ну, конечно. Семейное воссоединение, да?

— Нет, мы…

— Номер — десять баксов в час. Оплата вперед, потом ключ.

— А зачем нам номер на час? — спросил Фейт.

— Послушай, парень. Ты слишком молод, чтобы быть её сутенёром или клиентом, так что, скорее всего, вы просто ищете тихое местечко, чтобы уколоться. Это две самые частые причины, по которым снимают номер в нашем «уютном» отеле «Невада».

— Здесь живёт наш папа.

— Ну, конечно.

— Его зовут Макфи. Джим Макфи.

— Нет его здесь.

— Нам нужно его найти.

— Слушай сюда. Если ты вынюхиваешь, не осталось ли чего из его вещей, забудь. Он после себя ничего не оставил, кроме кучи грязного белья да сломанной электроплитки. У нас в номерах готовить нельзя, такие правила.

— В смысле нет, он уехал?

— Можно сказать и так.

— А вы не подскажете, где его найти?

— Слышал, он в Карсоне.

— Это улица такая?

— Да чёрта с два! Это тюрьма.

— Что? В каком смысле?

— В прямом, парень. Тюрьма в Карсон-Сити. Твой папаша за решёткой.

1 - 1 25.10.26
1 - 2 25.10.26
1 - 3 29.10.26
1 - 4 29.10.26
1 - 5 07.11.26
1 - 6 07.11.26
1 - 7 07.11.26