Глядя на огромные ворота, совсем не сочетавшиеся с густым лесом, Ын У тихо вздохнула. Гр-р-р. По знаку Бэк Хви массивные ворота с грохотом распахнулись.

— Ждите, пока мы не выйдем.

— Так точно, господин.

Неисчислимое множество стражников склонило головы и ответило в унисон.

— Пойдём.

Бэк Хви любезно поманил её рукой.

Из распахнутых ворот струился ослепительно яркий свет.

Место, изначально бывшее пещерой, было облицовано каменной кладкой, и сами стены оставались скальными. Всю их поверхность украшали роскошные фрески, и, возможно, из-за густо развешанных факелов цвета казались такими живыми, будто картины вот-вот оживут.

Не замечая, как склоняется голова, Ын У, любуясь росписями, медленно шла вперёд.

Длинный прямой проход закончился, и в глубине открылось обширное пространство.

Вздох. Ын У невольно испустила стон.

Едва ступив в просторный зал, её взору предстала огромнейшая шкура белого тигра.

Шкура белого тигра, источавшая столь величественную ауру, что можно было представить, как он некогда властвовал над миром. Любой, кто стоял перед ней, чувствовал себя ничтожным перед лицом такой невероятной мощи.

Бэк Хви, смотревший на её дрожащие ресницы, открыл рот:

— Это место, где берёт начало клан тигров, священная усыпальница. Это наш предок, прародитель клана.

От его слов зрачки Ын У забегали.

Тигры верили, что после смерти душа покидает тленное тело и вселяется в шкуру, сохраняемую долгие годы. Поэтому усыпальницы прежних правителей из поколения в поколение были устроены так, что шкура и урна с прахом после кремации хранились отдельно.

Усыпальница предка, которую они посетили сегодня, могла по праву называться «истоком клана тигров», и её значение было исключительным.

— М-мне можно находиться в таком священном месте?

Если бы Бэк Хви объяснил заранее, куда они направляются, Ын У не поехала бы. Ей казалось, что человеку, как она, не следует ступать в столь важное место.

— Забыла? Ты уже часть клана.

Когда Бэк Хви взглядом указал на знак, начертанный у неё на запястье, она невольно коснулась его.

Даже если на её теле и есть метка, вряд ли это даёт право свободно входить в родовую усыпальницу.

— Разве наш визит сюда входит в то обучение как пары, о котором вы говорили ранее?

Тогда было бы понятно. Если всё это — часть подготовки, которую должна пройти будущая пара...

— Нет.

Тогда зачем? Ын У с недоумением посмотрела на Бэк Хви.

— Потому что ты особенная.

От его спокойно произнесённых слов Ын У широко раскрыла глаза.

— Я хотел показать тебе, насколько ты особенная.

Вслед за его голосом её сердце застучало громко и беспорядочно.

«Какая-то никчёмная принцесса...»

Слова, которые она слышала до тошноты часто, вдруг ярко всплыли в памяти. Но, странным образом, этот голос словно ушёл под воду и вскоре затерялся вдали.

И голос Бэк Хви отчётливо вновь отпечатался в сознании.

«Потому что ты особенная».

Ын У прижала рукой область возле бешено колотившегося сердца. Глаза налились жаром, слёзы готовы были хлынуть потоком.

Раньше, как бы она ни старалась считать себя особенной, это не работало. Но от одной его фразы она почувствовала себя по-настоящему особенной.

Глядя на Ын У с пылающим лицом, Бэк Хви с трудом подавил порыв резко обнять её.

«Сначала сердце... сначала сердце».

Он повторял про себя, словно заклинание.

В отличие от хрупкого тела, казавшегося готовым упасть, она обладала отважным духом, превосходящим долголетие. Он чётко видел это. Как же она могла не быть особенной?

— Мне очень хотелось показать тебе это место.

— П-почему?

Ын У с трудом выдавила вопрос дрожащим голосом. И когда Бэк Хви опустился на одно колено, сдержанные слёзы наконец хлынули вниз.

— З-зачем вы так?

Растерянная Ын У с глазами, полными слёз, засуетилась, пытаясь поднять его.

— Перед моим предком я хотел засвидетельствовать искренность моих чувств к тебе.

Он произнёс это, не двигаясь с места, словно камень.

— Пожалуйста, встаньте.

Бэк Хви поймал её удерживающую руку и, словно ставя печать, прикоснулся губами к её тыльной стороне.

От прикосновения его пылающих губ к коже Ын У на мгновение пошатнулась. Все силы оставили её, будто выпустили тетиву лука.

«Что я...»

Кем же я должна быть для него, чтобы он без колебаний совершал такие поступки?

Взглянув ещё раз на огромную шкуру белого тигра, Ын У крепко зажмурилась. Её накрыла бурная волна чувств, не выразимых словами.

— Благодарю вас.

Её голос был тихим и дрожащим, но чувства, вложенные в него, были искренни.

За то, что вы меня полюбили. За то, что так почтительно со мной обращаетесь.

Подобно тому как лютый холод отступает и наступает тёплый весенний день, дающий жизнь росткам. На горьких ранах нарастает новая плоть. И из-за этого мир начинает выглядеть иначе.

— Это я больше благодарен.

За то, что ты встретилась со мной. За то, что остаёшься рядом. Уже само её существование было для него бесконечно благодарностью.

Поднявшись, Бэк Хви встретился с ней взглядом и улыбнулся.

Один шаг. Ын У приблизилась к Бэк Хви. Возможно, это был её первый шаг навстречу ему.

Собравшись с духом, она решилась. Ей хотелось хоть как-то отплатить ему за то, что он открыл ей своё сердце.

Протянув руку, она обняла его за талию.

Увидев Ын У, прижавшуюся к его груди, зрачки Бэк Хви дрогнули.

Подтянув уголки рта в улыбку, он прошептал ей на ухо:

— Отдай мне своё сердце.

В ответ на эти слова руки Ын У обхватили его чуть крепче.

Словно это было разрешением, Бэк Хви положил руку на её затылок и прижал её к себе ещё сильнее. Лишь когда её тело полностью слилось с его, он почувствовал лёгкое удовлетворение.

Обратный путь. Может, из-за лёгкости на душе? Казалось, луна покачивается на волнах.

Ын У чувствовала, что возвращение на лодке было каким-то иным. Уж точно не из-за чего-то видимого. Ведь внешне ничего не изменилось.

На ней была та же одежда. Та же лодка. Она сидела на том же месте. Они возвращались, любуясь тем же пейзажем. И всё же что-то ощущалось иначе, и, наверное, причина была в изменившихся чувствах.

Они часто встречались взглядами. Не произнося ни слова, она удивлялась, как уголки её губ то и дело сами собой поднимались.

Вот почему искренность так велика. Без прикрас и добавлений, она сама по себе даёт большее волнение.

Бэк Хви, пристально глядевший на её улыбающееся лицо, ослабил хватку на вёслах. Ему было жаль, что время так просто утекало. Невыносимо досадно.

«Хорошо бы, если бы время остановилось прямо сейчас. В этот миг, когда одного лишь взгляда достаточно для безмерного счастья...»

Его золотые глаза, полные этого желания, светились ярче лунного света.

— П-почему вы так смотрите?

Ын У, всё больше смущаясь под его взглядом, пробормотала, прижимая руку к груди.

— Потому что красиво. Наверное, невольно глаз сам потянулся.

Не моргнув и глазом, он выдал слова, от которых сводило руки и ноги, и теперь, совсем перестав грести, лишь смотрел на неё.

Остановившаяся посреди реки лодка покачивалась, медленно дрейфуя по течению. Их встретившиеся взгляды стали глубже.

Неудержимая жажда заурчала, как рычание голодного зверя.

Бэк Хви медленно наклонился к ней. От приблизившегося вплотную лица её щёки залились густым румянцем.

«Сколько найдётся мужчин, способных ничего не сделать, глядя на это лицо, пылающее, как спелая хурма, которую так и хочется проглотить одним махом?»

— Если не хочешь... скажи.

Собрав всё своё терпение, он с трудом задал вопрос.

Сияющие, вобравшие лунный свет глаза. Крепкое телосложение, которое, несомненно, было вылеплено Создателем из иного материала, чем её собственное. Хищный разрез глаз и прямой, словно высокая гора, нос. Освежающий, сводящий с ума запах его тела...

Ын У смотрела прямо на его лицо, не отводя взгляда. Ей было стыдно и неловко. Но почему-то она не хотела избегать его, как раньше.

Тук-тук. Стук сердца гулко отдавался в ушах. Собравшись с духом, Ын У положила ладонь ему на щёку.

Его глаза, дрогнувшие на мгновение, тут же хитро прищурились. И, поймав её руку на своей щеке, он крепко прижался губами к её ладони.

Когда его глаза, с которых капал жар, устремились на неё без единого моргания, Ын У затаила дыхание. Ощущение его горячих губ на ладони, жарче, чем его взгляд, пробежало мурашками по всему телу.

Сердце бешено заколотилось. Неудержимо.

«Отдай мне своё сердце».

Кажется, можно отдать не только сердце. Кажется, для него она готова на большее.

Опытный тигр, прочитав её мысли, не упустил момента и соединил их губы. Её нежная кожа таяла во рту.

Было до головокружения сладко. Настолько, что хотелось оборвать узду разума.

Бэк Хви жадно втянул в себя её губы. Крепко обняв её обмякшее тело, он вволю наслаждался её нежной кожей.

Но он не забывал и давать ей передышки, чтобы она могла перевести дыхание и поцелуй не прерывался.

Под чёрным ночным небом, расшитым сверкающими звёздами, они, тихо плывя по течению, ещё какое-то время продолжали целоваться.

Лодка была тем, во что Бэк Хви вложил больше всего усилий для сегодняшнего визита в усыпальницу. Он отбросил все большие и хорошие лодки и старался найти именно ту, на которой поместились бы только двое.

Не то чтобы он готовил её с таким умыслом.

Хотя вряд ли кто-нибудь в это поверит.

***

С наступлением сумерек, когда Ын У снова отбыла в Инвансан, Сон Мук Дан, как и подобало его названию*, погрузился в покой. Нет, это была даже слишком глубокая тишина.

Кым Ён, наводя порядок, не выдержала и с грохотом швырнула тряпку. «Чуть не съела рыба! Да как такое может быть?»

Вспомнив утренний инцидент во дворце Инвансана, она пришла в негодование. Даже сейчас в это не верилось. «Для госпожи безопасно, а для других людей опасно?»

«Если вскоре будет свадьба, ей же придётся жить там. Сможет ли она выжить в таком волшебном дворце?» Ей не терпелось схватить кого-нибудь и выложить всё, что у неё накипело.

— Почему сегодня так тихо? Куда же подевалась госпожа?

Не в силах больше терпеть, Кым Ён отправилась искать придворную даму Мун. Та никогда не отсутствовала так долго, поэтому она слегка забеспокоилась.

— Это Кым Ён. Вы здесь?

Перед дверью в покои придворной дамы Мун Кым Ён осторожно окликнула. Но в ответ не последовало ни звука.

— Вы, может, нездоровы?

На мгновение нахлынуло дурное предчувствие, но Кым Ён настойчиво тряхнула головой. «Не может быть, чтобы что-то случилось».

— Я вхожу.

Кым Ён распахнула дверь. В комнате никого не было. Но что-то было не так. Ощущая странную неловкость, Кым Ён вошла внутрь и осмотрелась. На первый взгляд, всё было убрано, но что-то определённо было не в порядке. Придворная дама Мун была дотошной чистюлей, доводившей порядок до совершенства.

Но книга, поставленная в шкафу вверх ногами? Кым Ён побелела и закусила губу. Беда! Придворная дама Мун исчезла!

*Сок Мук Дан – пристанище тишины