3 3
Во времена, когда покойный дайнагон Минамото[12]Минамото Киёкагэ (884—950) – по некоторым данным, сын императора Ёдзэй. был в чине сайсё[13]Сайсё – канцлер. Абэ Тосико и Имаи Гэнъэ, комментаторы Ямато-моногатари издания серии Нихон котэн бунгаку тайкэй, считают слово сайсё китайским вариантом слова санги – «государственный советник». Такэда Юкити полагает, что это скорее перевод на китайский слова дайдзин – «министр», а не санги, так как санги не входит в систему чинов. В чине сайсё Минамото находился с 925 по 939 г., Кёгоку-но миясудокоро[14]Кёгоку-но миясудокоро (или миясундокоро) – букв, «правительница императорской опочивальни». Супруга императора Уда, Хомэко, дочь левого министра Фудзивара Тосихира. Впоследствии «миясудокоро» стало официальным наименованием фрейлин, прислуживающих в опочивальне., намереваясь чествовать[15]Чествовать императора – речь идет о чествовании по случаю шестидесятилетия императора-монаха Тэйдзи. императора-монаха Тэйдзи, повелела: «Вот что я задумала сделать. Приготовьте в одну ветку[16]В одну ветку – комментаторы Ямато-моногатари издания «Кокубундзосё» объясняют это выражение обычаем дарить подарки, прикрепленные к веткам сосны, вишни, сливы и т. д. По мнению Абэ Тосико и Имаи Гэнъэ, такая фразеология образовалась потому, что корзины, куда складывались подношения, обычно плели из веток сливы или ивы. (Вариант отрывка в другом списке – «в одну, в две ветки...».) подношения». [Дайнагону] множество «бородатых корзин»[17]Бородатые корзины... – Концы прутьев, из которых сплетены корзины, не были обрезаны и торчали наподобие колючей бороды. сделать повелела, а Тосико[18]Тосико – придворная дама, дочь правителя провинции Бидзэн, Фудзивара Тиканэ. – раскрасить их в разные цвета. [Ей же] приказала ткани на подстилки для корзин в разные цвета покрасить, плетениями заняться, все заботы ей поручила. Все это к последним числам девятой луны было срочно подготовлено и закончено. И вот в первый день десятой луны в дом [дайнагона], где спешные приготовления шли, было послано:
Тидзи-но иро ни
Исогиси аки ва
Курэ ни кэри
Има ва сигурэ-ни
Нани-во сомэмаси
Во множество цветов
Хлопотливо [все красившая] осень
Кончилась.
А теперь холодный, мелкий дождь
Что будет красить? [19]Танка приводится в антологии Кокинрокутё, 1 (раздел «Осенний дождь»), с пометой: «Автор неизвестен».
Когда спешные эти подношения готовились, и он и она беспрестайно обменивались посланиями, а после того, то ли потому, что этой заботы уже не было, он никак не давал о себе знать, и вот в конце двенадцатой луны Тосико:
Катакакэ-но
Фунэ-ни я норэру
Сиранами-но
Савагу токи номи
Омохи идзуру кими
На однопарусном
Корабле плывешь
И, лишь когда шумят,
Белые волны,
Обо мне вспоминаешь – таков ты [20]Танка содержит аллегорию: корабли с одним парусом были невелики и во время волнений на море пришвартовывались к ближайшему берегу, пережидая бурю. Тосико намекает, что лишь в дни забот оказывается нужной адресату. С другой стороны, катакакэ-но фунэ («однопарусный корабль») в качестве дзё (поэтический прием, в работах А. Е. Глускиной называемый образным параллелизмом) обусловливает появление в стихе слов сиранами – «белые волны» и савагу – «шуметь»..
И ему послала, но ответа на ее послание не было, и уж Новый год позади. Вот во вторую луну, отломив ветку от ивы, что росла возле его дома, такую длинную, что все остальные превосходила, он:
Авояги-но
Ито утихахэтэ
Нодоканару
Харухи симокосо
Омохи идэкэрэ
Когда зеленая ива
Длинные ветви-нити распускает,
В тихие
Весенние дни особенно
О тебе вспоминаю [21]Танка содержит прием омонимической метафоры (какэкотоба), обыгрывая омонимы ито – «нить» и «очень», «весьма». Автор стихотворения выражает мысль, что помнит о Тосико не только в тревожное время, но и в благополучные дни. —
так написал [и с этой веткой послал Тосико]. Та была безмерно очарована этими стихами и долго потом о них рассказывала.