Контент удален!

1 - 11

Бах.

За спиной закрылась дверь. Экономка проводила её угрюмым взглядом, а из родных никто не вышел.

Ничего страшного. Ирене это не особенно волновало. И обиды она не чувствовала. Просто ей показалось глупым, что она собрала сумку, думая, что, возможно, останется на ночь.

«Ты же не собираешься в самом деле стать личным врачом его высочества? Он сделал такое предложение, потому что не знает, какая ты головная боль и какой безнадёжный случай. Узнает, кто ты, — наверняка разочаруется. Так что и думать забудь о том, чтобы стать его врачом. Ты — личный врач его высочества… Самая смешная шутка, что я слышала в этом году».

Вопреки своим словам, Летисия совсем не смеялась. Ледяной взгляд колол Ирене, как ледяное шило.

— Ничего страшного, — пробормотала Ирене как заклинание. Будто от этого и правда станет легче.

Поправив тяжёлую сумку, Ирене отвернулась и зашагала прочь. Плотно запахнула распахнувшийся воротник пальто.

В воздухе уже чувствовалась весна, но ветер, касавшийся щёк, был ещё холодным. Дел на сегодня было много. Стоило поторопиться.

И вдруг в этот самый момент…

— Госпожа Ирене.

За спиной послышался знакомый голос. Остановившись, Ирене спокойно повернула голову. Но тротуар был пуст.

Её взгляд сдвинулся на пядь в сторону. На дороге стояла карета, роскошная с первого взгляда. А из окна выглядывал Диего.

В глазах Ирене на миг мелькнуло недоумение: почему Диего, вышедший раньше неё, всё ещё здесь?

— Я подвезу вас до академии.

— Не нужно.

Ирене сразу покачала головой. Она знала, что бескорыстной доброты не бывает.

Когда медуза уступала ей свою порцию батата, это означало просьбу сделать за него вскрытие, а когда Элеганс называла её сестрицей, это значило, что надо сделать вид, будто не знаешь, кто разбил тарелку.

Ирене вновь засеменила вперёд.

— Ветер прохладный, но для прогулки погода лучше не придумаешь. Вы не находите?

Диего, уже вышедший из кареты, шёл рядом с ней. Равнодушный взгляд Ирене скользнул по его лицу и снова обратился вперёд.

Хавьер, следовавший на пару шагов позади, почти не ощущался, словно был тенью Диего. Этим он походил на Ирене.

Тень и привидение.

По крайней мере, сочетание лучше, чем солнце и привидение. Как вьюнок и батат.

— На самом деле для прогулки важнее не погода, а то, с кем идёшь. Благодарю за честь прогуляться с вами, госпожа Ирене.

Ирене остановилась. Диего, тоже остановившись, чарующе улыбнулся.

Он прекрасно знал силу своей улыбки и без колебаний ею пользовался.

Неужели наконец примет моё предложение?

Едва его коснулось лёгкое разочарование оттого, что она сдалась раньше, чем он ожидал, как Ирене, стоявшая со стороны дороги, обошла его и встала ближе к домам.

И пошла дальше. Диего последовал за ней и спросил:

— Сейчас как раз то время, когда служанки внезапно открывают двери и выливают помои. Поэтому я нарочно шёл с этой стороны.

Ирене ответила быстрее обычного:

— Я читала в газете, что в столице за год случается не менее тысячи двухсот трёх происшествий с каретами. Из них в четырёхстах восьмидесяти девяти кареты сбивают прохожих. В Терапии населения меньше, чем в столице, но при той же доле получается как минимум четыреста одно происшествие с каретами в год. Сбитых прохожих будет сто шестьдесят три. Это значит, что каждые три дня карета сбивает прохожего, а я не хочу стать главной героиней этого несчастного случая.

Внимательно выслушав её, Диего приподнял бровь. Недоверчивый голос долетел до Ирене:

— Иными словами, опасаясь, что карета собьёт вас, вы вытеснили меня на сторону дороги?

— Лучше попасть под помои, чем под карету.

Здесь она ненадолго умолкла и с едва заметным унынием добавила:

— Помои я тоже не люблю, но их можно смыть.

Диего, в притворстве не знавший себе равных, против обыкновения не нашёлся с ответом. Он был третьим принцем, великим герцогом и главнокомандующим королевства.

С ним все обращались как с драгоценностью. Родители изводились, как бы младший сын не получил хоть царапину, а слуги старались не нарушить его покоя.

А Ирене, спасая себя, вытеснила его на сторону дороги. Внезапно у него возник основополагающий вопрос:

— А то, что карета собьёт меня, вас не волнует?

Ирене снова остановилась. На мгновение задумалась и снова засеменила дальше.

— По статистике, у прохожих-мужчин травмы легче, чем у женщин и детей.

— Травмы легче… То есть пострадать я всё-таки пострадаю.

Это было сказано наполовину самому себе. На этот раз ответа не последовало.

Диего махнул рукой назад. Хавьер сразу подошёл к нему.

— Вы звали, ваше высочество?

— Иди рядом со мной.

Диего немного посторонился, уступая Хавьеру место со стороны дороги. На миг лицо Хавьера как будто лишилось всякого выражения, но верный вассал молча занял место рядом.

Из-за этого Диего отстал на шаг. Глаза, смотревшие в спину Ирене, улыбнулись.

Чем дальше, тем занятнее. Во всяком случае, таких, как Ирене Риос, вокруг него ещё не бывало.

Прибавив шагу, Диего учтиво протянул руку.

— Дайте сумку. Я понесу.

На миг Ирене не нашлась, что сказать. Такой любезности она совсем не ждала. Даже экономка не взяла у неё сумку.

К чужой враждебности Ирене привыкла, а к доброте нет. Особенно к бескорыстной.

— Почему? Сумка моя, и нести её, разумеется, должна я.

— Таков долг джентльмена.

Диего ответил так, будто это само собой разумелось. Покосившись на его руку, Ирене крепче ухватилась за сумку.

— Не нужно. Свои вещи я понесу сама.

— Хм.

Смутившись, Диего сжал пустую руку в кулак. Внезапно ему вспомнились слова её сокурсника.

«Какое же у Макси было обиженное лицо! Я своими глазами видел, как он нюхал свою руку: не пахнет ли. Бедняга».

С чего вдруг вспомнилось?

Глядя на её сумку, Диего поднял голову. Небрежным голосом он обратился к ней:

— Десять золотых в неделю и прибавка в один процент ежемесячно. Как вам?

Ирене снова остановилась. При такой скорости неизвестно было, доберётся ли она сегодня до академии, но не остановиться она не могла.

— Условия, кажется, неплохие?

Диего встретил её прямой, ни на шаг не отступавший взгляд и спокойно приподнял уголки губ.

Да, и это было занятно. Смотрела ли на него хоть одна девица из знатного рода такими безучастными глазами? Он готов был поручиться, что ни одна.

Да что там девицы. Даже взгляды слуг были полны почтения и восхищения. Солнце королевского дома, защитник королевства. Прозвищ у него было не счесть.

Но глаза Ирене походили на зеркало. В них не было никаких чувств, они лишь отражали Диего таким, какой он есть.

Ему вдруг стало любопытно, какими станут эти синие глаза, если в них появится чувство.

— Эти условия едва ли уступают условиям сэра Мигеля Флича, долго служившего придворным врачом, а теперь моего личного врача. Нигде на континенте врача, только что окончившего академию, не примут на столь небывалых условиях.

Диего был уверен в себе. В этот миг Ирене едва заметно свела брови.

— Вы случайно не получали недавно травму головы?

Неожиданный вопрос озадачил Диего.

— Нет. А почему вы спрашиваете?

— Если причина не в травме, то велика вероятность, что это врождённое.

Словно всё поняв, Ирене сама себе кивнула и снова пошла. Будто её сердило, что из-за Диего приходится постоянно задерживаться, она немного прибавила шагу.

Но Диего непринуждённо держался рядом. По дороге за ними следовала роскошная карета. И кучер, с презрением взиравший на этих людей, которые оставили карету и идут пешком.

— Что именно врождённое?

— То, что память у вас заметно хуже, чем у обычных людей.

— Хм?

Диего склонил голову набок. На этот раз брови свёл он. Настороженный голос долетел до Ирене:

— Вы хотите сказать, что у меня плохая память?

— Четыре дня назад я отказалась от вашего предложения, а вы, похоже, об этом забыли.

Здесь Ирене немного замялась и добавила:

— Но ничего страшного. Память у всех разная, и у каждого свои сильные стороны. Меня вот называют Резчицей, Ледяным сердцем и ведьмой, но на занятиях по анатомии все хотят попасть со мной в одну группу. Так что не стоит слишком расстраиваться из-за плохой памяти. Можно развивать другие достоинства.

— …

На миг лицо Диего утратило всякое выражение. Не понимая, что только что услышал, он постоял в оцепенении и низко опустил голову.

Хавьер покосился на него. Что плечи Диего мелко дрожат, заметил только он. Хавьер сделал вид, что ничего не видит, и стал смотреть вперёд.

— Хм.

Подавив смех, Диего посмотрел на Ирене сощуренными глазами. Резчица, Ледяное сердце, ведьма. Возможно, это было её способом утешить.

— Что вы сказали четыре дня назад, я хорошо помню. Вы сказали, что не можете стать врачом, лечащим людей. Что не любите людей.

Ирене смотрела на него пустым взглядом. Словно спрашивая, зачем тогда повторять то же предложение. Такое поведение было нерациональным, и её здравому смыслу оно было непонятно.

Диего чарующе улыбнулся.

— Нельзя же так легко сдаваться после одного отказа.

Легонько поведя бровями, Диего чуть пожал плечами.

— По правде говоря, я и сам не знал, что я такой настойчивый. Мне ведь в жизни никто не отказывал. Это первый отказ за всю мою жизнь.

— Всякое бывает.

Равнодушно кивнув, Ирене посмотрела большими глазами по сторонам. И, шедшая слева от Диего, потихоньку перешла к нему направо.

Хавьер, поневоле оказавшийся между ними, молча смотрел только вперёд. Диего снова удивился:

— Разве вы не предпочитали держаться дальше от дороги из-за карет?

— Но впереди злая собака…

Не успела Ирене договорить, как резкий лай разорвал воздух.

1 - 1 03.11.26
1 - 2 03.11.26
1 - 3 03.11.26
1 - 4 03.11.26
1 - 5 03.11.26
1 - 6 03.11.26
1 - 7 03.11.26
1 - 8 03.11.26
1 - 9 03.11.26
1 - 10 03.11.26
1 - 11 09.11.26
1 - 12 09.11.26
1 - 13 09.11.26
1 - 14 09.11.26
1 - 15 09.11.26
1 - 16 новое 16.11.26
1 - 17 новое 16.11.26
1 - 18 новое 16.11.26
1 - 19 новое 16.11.26
1 - 20 новое 16.11.26