Е Цин Ран не боялась поставить себя в неловкое положение, но слова Чу Руоруо, «Настоящая любовь», сказанные ей в лицо, немного ее ошеломили. К счастью, Чу Ян только взглянул на нее и ничего не сказал. В противном случае она действительно была бы смущена до смерти.
Девушка думала, что с этим вопросом покончено, и Чу Ян должен знать, что независимо от того, действительно она его так назвала или нет, все было просто игрой. Однако неожиданно для нее, когда они вернутся на маленькую виллу, Чу Ян действительно вернулся к этим словам:
– Я твоя настоящая любовь?
От неожиданности, Е Цин Ран застыла на месте.
И как я должна на это ответить? – Она внезапно почувствовала, что у нее начинается головная боль.
Девушка посмотрела на Чу Яна и сухо рассмеялась.
– Это… Только что я сказал это, чтобы Руоруо не грустила слишком сильно. Ты не должен воспринимать это всерьез.
Глубокий и тяжелый взгляд Чу Яна был прикован к лицу Е Цин Ран.
– А что, если я отнесусь к этому серьезно?
Мужчина перед ней все еще был спокоен и равнодушен. Было трудно понять, шутит он или говорит это всерьез.
Е Цин Ран почувствовала, что ее лицо немного покраснело, а сердцебиение ускорилось.
– Ты, в самом деле воспринимаешь это всерьез? Что ты собираешься делать?
Она облизнула губы и действительно хотела задать этот вопрос. Но… Это было неуместно. Это также не соответствовало ее статусу.
В конце концов, я все еще притворяюсь мужчиной.
– Тогда я могу только сказать, что тебе не стоит это делать, потому что мне действительно могут нравиться мужчины. – Двусмысленно сказала Е Цин Ран. Ее губы изогнулись в дьявольской улыбке, она выглядела немного злой.
Чу Ян просто ответил
– О.
Е Цин Ран не могла понять, что имел в виду этот мужчина.
Почему он совсем не удивился, когда услышал, что мне могут нравиться мужчины?
Она спросила:
– В прошлый раз, когда мы ели горячий горшок, твои слова были не правдой, верно? Я тебе совсем не нравлюсь, и ты не хочешь, чтобы я стал твоим шурином, верно? Ты не должен... – По сравнению с тем, чтобы быть с твоей сестрой, я предпочитаю соблазнять тебя и стать твоей девушкой. – Она вздохнула и продолжила: – Прямо сейчас я просто хочу усердно учиться. Самое важное – успешно сдать вступительные экзамены в колледж. Все остальное должно быть отодвинуто на задний план.
Чу Ян задумчиво сказал:
– Действительно. Ты учишься в выпускном классе средней школы. Учеба очень важна.
Е Цин Ран улыбнулась и посмотрела на Чу Яна.
– Это верно. Вот почему я решил расстаться со своими девушками. Сегодня я очень благодарен тебе, брат. Просто я не ожидал, что Тан Тан позовет Руоруо, а потом...
Чу Ян ответил:
– Рано или поздно она узнает.
Это не обязательно. – Подумала Е Цин Ран. – В конце концов, мы просто притворяемся. После окончания средней школы мы все разъедемся по разным городам и будем жить разными жизнями. Мы будут меньше общаться друг с другом, и наши чувства постепенно исчезнут. Эти маленькие девочки, возможно, больше не будут просить меня жениться на них. Они молоды и свободны духом, с необузданной юностью и прекрасными мечтами о будущем. У них есть то, о чем я когда-то мечтала. – Е Цин Ран надеялась, что они смогут избавиться от влияния сюжета и жить своей собственной жизнью. – Только вот все, что в оригинальном романе касалось меня, превратилось в сплошной кавардак. И теперь я не знаю, что ждет этих маленьких девочек…
Тень беспокойства промелькнула на лице Е Цин Ран. Она спросила Чу Яна:
– Увидев тебя сегодня, Руоруо неправильно нас поняла… С ней все будет в порядке?
– Если ты хочешь знать, все ли с ней в порядке, то можешь посмотреть сам.
Чу Ян привел Е Цин Ран в кабинет. На всех четырех стенах кабинета были установлены умные жидкокристаллические мониторы, которые работали от пульта дистанционного управления.
Он включил монитор на одной из стен, и в верхней части экрана сразу же появилось изображение гостиной в резиденции Чу.
Это…
Е Цин Ран посмотрела на Чу Яна.
– Ты установил камеры видеонаблюдения в резиденции Чу?
Неудивительно. Чу Руоруо ясно сказала мне, что Чу Ян не часто возвращается в резиденцию. Он приезжал только один или два раза в месяц. Однако, как только она привела меня, Чу Ян вернулся. И так было еще несколько раз. Значит, благодаря камерам наблюдения, он видел все.
А в моей спальне? Там тоже есть камеры? Неужели, Чу Ян следит за каждым движением в доме?
Чу Ян, казалось, догадался, о чем она думала, поэтому равнодушно сказал:
– Не волнуйся. Камеры установлены только у входной двери и в гостиной. При нормальных обстоятельствах, и если в доме нет посторонних, камеры выключены. В конце концов, так как Руоруо живет одна, я должен обеспечить ее безопасность.
Говоря это, он включил одну из камер и на экране появилось видео гостиной резиденции Чу.
В этот момент Чу Руоруо сидела в гостиной. Держа ложку в одной руке, она копалась в десерте. В то же время девушка причитала:
– Я действительно несчастна. – Затем, всхлипнула и с большим аппетитом съела десерт. Ее рот был полон, а щеки надуты.
Увидев это, Е Цин Ран была ошеломлена.
Как это возможно? Неужели, все обычные девушки такие милые, когда они убиты горем, несчастны и дают выход своим эмоциям?
Пока Чу Руоруо ела, она продолжала причитать:
– Как я могу быть такой несчастной! Мой парень изменил мне с моим братом! Мне нужна сладкая еда, чтобы утешить меня! Я хочу съесть вас всех, есть, есть...
После десерта она съела два маленьких пирожных.
Если я правильно помню, ранее в ресторане Чу Руоруо съела две миски риса, две тарелки куриных крылышек и несколько кусочков мяса. Это слишком много. Она ведь не лопнет? Ее влюбленное сердце было слишком сильно ранено, поэтому она слишком много ест.
Но все это не должно быть так серьезно. Я не думаю, что Чу Руоруо грустит, скорее она просто немного подавлена. Я тоже ценитель красоты, поэтому прекрасно понимаю, что Чу Руоруо нравилась только моя внешность.
Что касается Тан Тан. Перед уходом, она сказала, что больше не злится, но и сдаваться не собирается. Что будет изо всех сил стараться вернуть меня на путь истинный. – Е Цин Ран чувствовала, что любовь Тан Тан к ней не была любовью женщины к мужчине. – Для нее я – друг, который когда-то ей очень помог. Она хочет быть со мной вечно, но это не любовь. Это дружба. Я надеюсь, что Тан Тан не будет грустить.
После еды и питья Чу Руоруо взяла свой телефон и включила песню о разбитом сердце. Девушка кричала, подпевая телефону.
– Лучше отпустить руки, которые мы договорились не разъединять. На перекрестке, где мы впервые встретились, наше счастье разошлось в разные стороны. Ты пошел налево, а я направо. Мы стали лучшими друзьями. На этот раз ты получил свободу, которую хотел. В конце концов, дальше я пойду одна... – Позже она даже изменила текст песни. – В худшем случае, в конце концов, я украду его у моего брата...
Ее голос сорвался.
Е Цин Ран прикрыла глаза и чуть не расплакалась от смеха.
– Мне действительно нравится Руоруо. С такой милой девушкой в моей жизни, я буду очень счастлив.
Если бы я была мужчиной, я бы действительно хотела жениться на Руоруо.
– Но разве ты не говорил, что твоя настоящая любовь – я?
Чу Ян сказал это внезапно. Его тон был слишком спокойным, поэтому было, не понятно говорил ли он серьезно или издевался над ней.
Смех Е Цин Ран оборвался.
Мы так долго разговаривали, но вернулись к исходной точке?