Дело настолько разгорелось, что директору было трудно не узнать об этом.

Когда он увидел сообщения на школьном форуме, в которых говорилось, о том, что он продал контрольные работы, у него до небес взлетело кровяное давление, и чуть не случился инсульт.

Директор взревел в гневе:

– Расследуйте, немедленно расследуйте!

«Я должен выяснить, какой ублюдок пытается причинить мне зло! – Хотя обычно он был немного строг со своими учениками, это было для их же блага. – Я искренне надеюсь, что каждый ученик сможет поступить в хорошую школу и иметь хорошее будущее.

Обвинение в продаже контрольных работ переходило из уст в уста. Очевидно, что кто-то хочет замучить меня до смерти и заставить потерять должность. Я обязан провести тщательное расследование и полностью очистить свое имя!»

Очень быстро он нашел человека, который разместил сообщение на форуме. Директор вызвал классного руководителя 7-го класса старшей школы.

В этот момент 7-ой класс старшей школы был в смятении.

– Вы, ребята, на самом деле думаете, что Е Цин Ран купил все вопросы?

– Если бы он действительно это сделал, в этом не было бы ничего странного. Не забывайте, что он четвертый молодой мастер семьи Е. Ты думаешь, семья Е не сможет позволить себе такую небольшую сумму денег?

– Ты не можешь так говорить. Есть много людей, которые могут себе это позволить. Нельзя обвинять кого-то, только по этой причине.

– Тогда как ты объяснишь, почему на этот раз Е Цин Ран так хорошо справился? Все знают, какие в прошлом у него были оценки.

Цзы Ся тихо спросила Е Цин Рана:

– Е Цин Ран, что ты теперь будешь делать?

Е Цин Ран хотелось рассмеяться, но он заставил себя выглядеть спокойным. Его тон тоже был очень беззаботным.

– Что ты имеешь в виду, спрашивая «что я буду делать»? У них нет никаких доказательств. Кого они волнуют?

Его голос не был мягким. Все остальные ученики услышали его слова и у них возникло ощущение, что Е Цин Ран пытается скрыть правду.

В глазах Хуа Чи промелькнула насмешка.

«Он действительно упрям. Даже перед смертью. Их семья Е очень впечатляющая, не так ли? – Хотя это были не вступительные экзамены в колледж, покупка и продажа ежемесячных экзаменационных работ была очень серьезным делом. – Посмотрим, не взорвется ли этот вопрос с покупкой контрольных работ? Смогут ли семья Е и директор все еще защитить его.»

Хуа Чи держал свой телефон, и спокойно сделал снимок экрана. Он планировал опубликовать это на «Weibo».

Именно тогда директор, который съел таблетку аспирина быстрого действия, ворвался в 7-ой класс вместе с несколькими другими учителями.

Весь класс сразу затих. Хуа Чи также быстро спрятал свой мобильный телефон. Когда он публиковал сообщение, то не учел, что дело касается еще и директора.

«Я просто хотел преподать Е Цин Рану урок. Я хотел, чтобы все узнали истинное лицо Е Цин Рана.»

Только в этот момент, когда он увидел свирепого и злого директора, и его убийственную ауру, он понял, что человеком, который больше всего пострадал от всего этого инцидента, был не Е Цин Ран. Это был директор.

Сердце Хуа Чи мгновенно подскочило к горлу. Он смутно чувствовал, что что-то не так.

– Хуа Чи, это ты разместил сообщение на школьном форуме?

Голос директора прервал размышления Хуа Чи.

Парень медленно встал, его руки и ноги не могли не ослабеть. Он на мгновение заколебался и кивнул.

Директор взял линейку и, издав громкий звук «па», с силой ударил ею по подиуму. Хуа Чи и многие его одноклассники были шокированы.

Он сердито спросил:

– Почему ты оклеветал меня?

Хуа Чи инстинктивно попытался очистить свое имя.

– Директор, я не клеветал на вас. Я опубликовал в Интернете только свою догадку. – Что касается того, что думали другие, ему было все равно.

Директор усмехнулся.

– Это предположение? Ты сообщил всем, что я продал контрольную работу Е Цин Рану.

Он не стал ходить вокруг да около и сказал то, что должен был сказать.

«Я никогда не ходил по кривой дороге и не верю, что такое серьезное обвинение может быть насильно возложено на мою голову.»

Хуа Чи на мгновение запаниковал. В конце концов, он был всего лишь учеником. Если бы какой-то ученик столкнулся лицом к лицу с директором, то пострадавшим определенно был бы ученик.

«Но я только высказал свое собственное предположение. В сообщении, которое я опубликовал, не упоминалось имя директора. Неужели в комментариях ниже кто-то его упоминал? Даже если и так, какое это имеет отношение ко мне? – Он не верил, что директор может что-то с ним сделать. – В такой критической ситуации директор не посмел бы ничего со мной сделать. В противном случае это было бы равносильно признанию соей вины.»

Думая об этом, Хуа Чи собрал все свое мужество и громко сказал:

– Учитель, я поспорил с Е Цин Раном. С его оценками он не смог бы победить меня, но все же победил. Конечно, я хотел знать, почему. Вот почему я опубликовал это сообщение. Это было нацелено не на вас. Если вы случайно оказались замешаны, мне очень жаль. Однако вы не можете винить меня за это. Если вы хотите обвинить кого-то, обвините Е Цин Рана в обмане.

Директор так разозлился, что был готов взорваться.

Он взревел:

– Я работал учителем в течение десятилетий. Я видел много учеников, чьи оценки улучшались не по дням, а по часам. Это только топ-100, а не первое место. Почему он не мог положиться на себя?

Весь класс был ошеломлен.

– ???

«Директор вступился за Е Цин Рана. Почему он за него вступился? Может быть, он действительно принял его деньги?»

Директор только высказал свои мысли. Он понятия не имел, что все ученики в классе так подумают. Если бы он знал, в этот момент, ему, вероятно, понадобилась бы таблетка аспирина быстрого действия.

Но, скорее всего это было бы бесполезно.

Тень презрения появилась в уголках рта Хуа Чи, как будто он говорил: я знал, что это произойдет. Они в сговоре. Как и ожидалось, так оно и было. Ему заплатили, чтобы он что-то делал.

Его уверенность возросла, а тон также стал более жестким.

– Учитель, оценки Е Цин Рана всегда были самыми низкими. И все же вам даже не кажется странным, что он внезапно вошел в топ-100. Почему это? Учитель, на самом деле мы не хотели подставлять вас. Учитель, вы действительно самый большой подозреваемый, потому что именно у вас хранились все контрольные работы.

Дыхание директора снова участилось. Он издал шокированный рев.

– Что, что ты сказал? Ты имеешь в виду, что я, должно быть, продал Е Цин Рану контрольные работы?!

Хуа Чи тихо ответила:

– Я не утверждал, что вы это сделали. Я сказал, что это всего лишь предположение. Я только хочу знать правду.

Директор сердито посмотрел на него. Вены на его шее вздулись. Дрожащими пальцами директор указал на других учеников в классе.

– Ты… Вы все… Вы все тоже так думаете?

Никто в классе не сказал ни слова.

– …

Лицо директора побледнело. Как только он собирался исправить ситуацию, Е Цин Ран внезапно встал и вышел вперед и низко ему поклонился.

– Учитель, мне жаль. В последнее время я действительно много работал, но, в конце концов, причинил вам вред и заставил носить такую дурную славу. Если бы я знал, что так будет, и, что это заставит вас страдать от такой несправедливости, учитель, я бы предпочел быть худшим учеником во всей школе. – Сказал он извиняющимся тоном

Вся комната была в смятении!

Директор тоже был шокирован. Он чувствовал себя виноватым за то, что в прошлый раз ложно обвинил Е Цин Рана в изнасиловании.

«Но это не означит, что я верю в его результаты. Я также подозревал, что Е Цин Ран сжульничал. Но когда я услышал, как он сказал, что скорее будет худшим учеником, чем позволит, чтобы со мной поступили несправедливо, я почувствовал особое тепло в сердце.»

Е Цин Ран не стал дожидаться его ответа. Он посмотрел на классного руководителя и сказал:

– Директор, разве вы не сможете подтвердить, купил я контрольную работу или нет, если позволите мне пройти тест еще раз?