– Е Цин Ран, ты действительно потрясающий.

– Е Цин Ран, вопрос, который я видел в прямом эфире, каждый раз, когда учитель говорит о нем, я не могу решить его, как бы сильно ни старался.

– Е Цин Ран, как ты сдал экзамен? Научи нас.

В этот момент все прежние сомнения растворились в воздухе. Все отчаянно нуждались в словах совета. Они хотели, чтобы Е Цин Ран научил их методу обучения, как быстро улучшить свои оценки.

Е Цин Ран встал и подошел к Хуа Чи.

– Я верю, что ты не забудешь наше пари.

В классе снова воцарилась тишина. Все вернулись на свои места, но их взгляды были прикованы к Е Цин Рану и Хуа Чи.

Выражение лица Хуа Чи было очень уродливым. Он крепко сжал кулаки, и у него было выражение лица, которое, казалось, говорило: я очень крутой, так что перестань выставлять себя напоказ передо мной.

– На этот раз я проиграл пари. Ты действительно попала в топ-100, но, несмотря на это, ты намного уступаешь мне.

«Проигрыш пари не означает, что я уступаю Е Цин Рану.»

Е Цин Ран скривил губы и презрительно посмотрел на него.

– Неужели, ты пытаешься отказаться от своего долга?

– Когда я говорил, что собираюсь отказаться от своего долга! – Хуа Чи стиснул зубы и сказал приглушенным голосом: – Мне очень жаль, Е Цин Ран.

Е Цин Ран нахмурился.

– Я помню, что в то время ты сказал, что если я выиграю, ты встанешь на колени и извинишься передо мной.

Хуа Чи почувствовал, что его поглотило сильное чувство унижения и он взревел.

– Е Цин Ран, не заходи слишком далеко.

«В то время я сказал это, потому что не верил, что проиграю. Если бы я знал, то определенно не стал бы так повышать ставки.»

Е Цин Ран усмехнулся.

– Хе-хе, в то время я спросил тебя, действительно ли ты хочешь встать на колени и извиниться? Я тебя об этом не просил. Ты сам это сказал. Я спросил тебя, уверен ли ты, что хочешь это сделать, чтобы, когда я действительно прошу тебя это сделать, ты не обвинил меня в том, что я переборщил. Ты сказал, что обязательно встанешь на колени и извинишься!

Лицо Хуа Чи покраснело, он был очень смущен.

– Ты!!!

Е Цин Ран посмотрел на него холодно и бесстрастно. Он совсем не был тронут.

Сердце Хуа Чи было наполнено обидой, и ему хотелось стошнить кровью. Все уставились на него. Было сочувствие, ликование и отчужденность… Там были самые разные взгляды.

Он знал, что не может отказаться от пари.

Хуа Чи стерпел позор, опустил глаза и опустился на колени.

– Е Цин Ран, мне очень жаль.

«В будущем я определенно верну Е Цин Рану все, что перенес сегодня.»

Холодная улыбка появилась в уголках рта Е Цин Рана. Он слегка наклонился и сказал тихим голосом:

– В своем сердце ты сейчас говоришь, что обязательно получишь от меня расплату в будущем?

Тело Хуа Чи напряглось.

В глазах Е Цин Рана промелькнула тень презрения.

– Ты, которого обвели вокруг пальца, мои слова и выражения, осмеливаешься демонстрировать свое превосходство передо мной?

Эти два предложения были произнесены очень тихим голосом, чтобы только они вдвоем могли это услышать.

Глаза Хуа Чи расширились от ужаса. Он посмотрел на Е Цин Рана, который уже выпрямился и смотрел на него сверху вниз.

Парень мысленно вспомнил все события. Чем больше он думал, тем больше он был потрясен.

«Е Цин Ран действительно со мной играл! Он намеренно притворялся виновным, что бы я раздул это дело и очернил директора. Это не обычный учитель, это директор, и я даже обвинил его в продаже контрольных работ. Эта интрига была просто слишком ужасающей.»

Хуа Чи мгновенно сошел с ума от гнева. Черты его лица были искажены и наполнены яростью. Он стиснул зубы и сказал:

– Е Цин Ран, как ты можешь быть таким безжалостным?!

– Мы все одноклассники. Не вини меня за то, что я не предупредил тебя. Если ты хочешь ухаживать за девушкой, это твое дело. Если ты хочешь наступить на меня, чтобы угодить девушке, которая тебе нравится, тогда извини, но я не проявлю милосердия. На этот раз я просто играл с тобой. Если ты сделаешь это снова, я не буду таким добрым, как сейчас. – Закончив, Е Цин Ран добавил еще одно предложение: – Ты должен усвоить свой урок.

Хуа Чи на самом деле хотел его убить. Но в этот момент его сердце неудержимо наполнилось сожалением и паникой. У него появился сильный страх перед Е Цин Раном.

«Я всегда считал, что у меня отличные оценки. Даже если у меня нет влиятельной семьи, я достаточно умен. Что касается Е Цин Рана, то, хотя у него влиятельная семья, он идиот и распутник. На этот раз я хотел увидеть, как Е Цин Ран получит пощечину. Я хотел увидеть, как толпа над ним издевается. Я хотел увидеть, что он полностью опозорен. Я хотел увидеть, как он будет молить о пощаде. Я хотел увидеть, как он извиняется перед Му Цинсюэ.»

В конце концов, его противник не только победил, но он даже использовал несколько простых слов и выражений, чтобы заставить Хуа Чи впасть в это состояние. Такой человек был за пределами его воображения. Он также был не в состоянии справиться с ним.

«Если Е Цин Ран действительно решит выложиться по полной…» – Все волосы на его теле встали дыбом.

После того, как Е Цин Ран сдал экзамен в прямом эфире его популярность в школе взлетела до небес.

– Группа богатых плейбоев из школы, которая никогда не училась, на самом деле пошла в 7 класс и попросила Е Цин Рана научить их готовиться к экзаменам. Они даже сказали, что им не нужно слишком хорошо сдавать экзамен и что все будет хорошо, если они наберут баллы в топ-100. Черт возьми! Так ли легко попасть в топ-100?

– Моя девушка только что болтала со мной. Когда она увидела идущего к ней Е Цин Рана, то стала похожа на нимфоманку. Она схватила меня за руку, а затем безумно закричала, что это Е Цин Ран, и что Е Цин Ран такой красивый. Боже! Это был не первый раз, когда она его увидела. Я чувствую себя так, словно мне изменили.

– Что ты делаешь? Зайдите в класс 7 и посмотри. Кучка девушек нетерпеливо окружила Е Цин Рана. Тск! Все они, подобострастно ему улыбаются, стараются ему угодить и подлизываются к нему.

Е Цин Ран вернулась из школы. Когда она сидела на диване и просматривала WeChat, то случайно прокрутила моменты Е Чжуна.

[Хм, мой четвертый сын на самом деле попал в топ-100. Этот результат все еще нуждается в улучшении! ]

Ниже было много ответов.

[Президент Е, Четвертый молодой мастер очень впечатляет. Очень сложно попасть на 100-е место. ]

[Президент Е, вы можете быть уверены. Четвертый молодой мастер обязательно попадет в престижный вуз. ]

[Президент Е, ваш сын действительно умный и красивый. Он заслуживает быть твоим сыном. ]

Ответ Е Чжуна содержал намек на презрение и высокомерие:

[С ним все в порядке. Этому сопляку все еще нужно много работать. Он намного мне уступает. ]

На первый взгляд казалось, что он ведет себя скромно и сдержанно, но каждое слово и каждое предложение были попыткой выпендриться.

Е Цин Ран не знала, плакать ей или смеяться.

«Видимо учитель рассказал Е Чжуну о ситуации, связанной с ежемесячным экзаменом. Должно быть, он был так счастлив, что не смог удержаться и опубликовал сообщение в своем WeChat moments.

Однако этот никчемный папаша по-прежнему не просит меня вернуться домой. Казалось, он думает, что заставить меня жить в школе, было очень эффективным и успешным трюком. Он явно планирует оставить все как есть.

Хе-хе. Он прогнал меня и теперь не позволяет вернуться в семью Е. В будущем, когда он меня увидит, я заставлю его умолять меня вернуться в семью Е.»

Чу Ян подошел к Е Цин Рану и достал ключ.

– С этого момента ты можешь жить здесь.

Е Цин Ран вышел из своего WeChat moments, взял ключ и посмотрел на него.

– Съемное жилье? Брат, ты слишком скуп. Я думал, ты купишь мне дом.

Чу Ян равнодушно на него посмотрел.

– Ты молод, но у тебя большой аппетит.

Е Цин Ран улыбнулся.

– Это называется быть практичным. Я не буду церемониться с тобой.

«Практично?»

Чу Ян посмотрел на человека перед ним. Улыбка была очень вежливой и красивой, однако она также была холодной и отстраненной. Это была защитная маска.

– Я знаю, что ты каждый день остерегаешься меня, боясь, что я причиню вред Руоруо. – Е Цин Ран подпер рукой подбородок и беззаботно сказал: – На самом деле, ты действительно можешь успокоиться. По сравнению с тем, чтобы навлечь беду на Руоруо, я гораздо больше хочу навлечь беду на тебя.

Чу Ян сказал глубоким голосом:

– Дитя, тебе не стоит вести себя так неприлично.

Е Цин Ран поджал губы.

– Я обнаружил, что тебе очень нравится использовать меня в своих интересах.