Контент удален!

— Прости меня.

— К чему это вы вдруг?

— Прости, что подозревал тебя в прошлый раз.

Джинхён удивлённо посмотрел на него.

Классный руководитель преподавал этику.

Однако он был известен своим вспыльчивым характером и любовью к телесным наказаниям, так что «этичным» его назвать было сложно.

Сколько же раз в прошлом он от него доставалось.

— Впрочем, хоть характер у него и скверный, без причины он никогда не бил.

Джинхён мягко улыбнулся.

— Нет, учитель. На вашем месте я бы тоже сомневался. Спасибо, что так переживаете за меня.

Лицо учителя просияло. Он откашлялся и переспросил:

— Да, честно говоря, ты ведь и сам так думаешь? Любой бы на моем месте засомневался.

— Да, вы правы.

— В любом случае, извини, и поздравляю с успехами в учебе. Но как ты умудрился так резко поднять оценки?

Учитель спросил это с недоумением в голосе.

Конечно, многие ученики подтягивают успеваемость.

Но прыгнуть с последнего места в классе на первое, да ещё и стать третьим по всей школе? В это было трудно поверить.

Джинхён на мгновение задумался.

«Ну… как бы я ни забыл школьную программу, это всё-таки уровень средней школы».

В прошлой жизни он готовился к Суныну целых четыре года.

Даже если со временем многое стерлось из памяти, сдавать экзамены средней школы для взрослого — всё равно что соревноваться с ребенком.

И, прежде всего, дело было в разнице объемов подготовки.

«Когда я был студентом-медиком, я учился по-настоящему тяжело».

Студенты-медики учатся так, будто от этого зависит жизнь.

Некоторые ради промежуточного экзамена всего на 2 кредита спят по два часа в сутки в течение четырех дней, а другие, жалея 20 минут на поход в столовую, всю сессию питаются одним лишь рамёном.

Когда учишься с такой отдачей, оценки не могут не вырасти.

— Но самое главное — не в этом.

Учитель, снедаемый любопытством, спросил снова:

— Так как же ты так поднял оценки?

Джинхён ответил коротко:

— Взялся за ум.

***

Ким Джинхён, который был последним, стал третьим в школе!

Вся средняя школа Джинсон стояла на ушах.

— К-как...?

Ребята смотрели на Ким Джинхёна с недоверием.

Больше всех был удивлен его сосед по парте, Хван Мунджин.

— … Ты… это ты?

Джинхён сказал:

— Ты тоже начни учиться. Если постараешься, у тебя тоже получится.

— … Д-да!

К ним подошел мальчик в толстых чёрных очках. Это был староста, который всегда занимал первое место в классе.

— Ким Джинхён?

— Что такое, староста?

Староста протянул руку.

— Поздравляю с первым местом.

Джинхён пожал ему руку в ответ.

Староста вызывающе произнес:

— Но в следующий раз так просто не будет. В следующий раз первым буду я. Готовься.

От этих пафосных слов Джинхён про себя усмехнулся.

— Пересмотрел он комиксов.

— С удовольствием.

Дома тоже творилось нечто невообразимое.

— О боже, что происходит? Джинхён, я ведь не сплю, правда?

Мать долго смотрела на табель, а потом из её глаз потекли слезы.

Джинхён растерялся.

— М-мама, почему ты плачешь?

— Не верится, что в моей жизни настал такой день. Мой сын занял первое место!

Джинхён пытался её успокоить, но слезы не прекращались.

У Джинхёна защемило сердце.

«Ведь после свадьбы у них не было светлых дней».

Отец был ответственным главой семьи, но, к несчастью, ему не хватало деловой хватки.

Счастливая семейная жизнь постепенно погружалась в пучину из-за череды неудачных попыток открыть своё дело.

Их нынешняя закусочная едва сводила концы с концами, и при мысли о накопленных долгах оставалось только тяжело вздыхать.

Единственный сын вечно плелся в хвосте и не мог адаптироваться в школе, так что поводов для радости не было, а тут он вдруг принес табель с первым местом.

Мать Джинхёна была так счастлива, будто он поступил на бюджет в Университет Хангук.

Отец тоже был вне себя от радости.

Будучи человеком неразговорчивым, он не стал устраивать сцен, но в тот день пришёл домой мертвецки пьяным.

— Отец? Ты чего так напился?

Джинхён испуганно подхватил отца.

В прошлой жизни он ни разу не видел, чтобы отец так напивался.

— Ик! Да я... я тут с директором Кимом немного выпил.

— Зачем же так много, здоровье ведь подорвешь?

— Да, выпил немного. А как не выпить? День-то какой хороший.

Пьяный отец был разговорчивее обычного.

Джинхён уложил отца в постель.

— Спите спокойно.

Он уже собирался осторожно закрыть дверь, как отец пробормотал:

— Джинхён... спасибо тебе.

— …!!

Джинхён почувствовал, как к горлу подкатил ком.

За что спасибо?

— Не за что. Я обязательно отплачу вам добром в будущем. Спите.

***

Начались летние каникулы.

Это была привилегия, доступная только школьникам — мечта, которой не суждено сбыться во взрослой жизни.

Из закусочной «Закусочная Джинхёна» на углу переулка доносились голоса.

— Иди домой, отдохни.

— Я в порядке. Я уже достаточно отдохнул.

— Тогда иди хотя бы позанимайся.

— Каникулы же, мне тоже нужно проветрить голову. Это и есть мой отдых.

На каникулах Джинхён помогал отцу в закусочной.

Родители были против того, чтобы он работал, но Джинхён стоял на своем.

— Я занял первое место, так что, как и договаривались, не мешайте мне.

Мать, тронутая словами Джинхёна, сказала:

— Хорошее же сынок у меня родился.

На что отец тихо пробормотал:

— Это мой сын.

— Что ты сказал? Джинхён — вылитый я!

Джинхён улыбнулся, глядя на их детскую перепалку.

— Отец, у меня есть ещё одна просьба.

— Какая?

— Можно мне походить на тренировки в зал к руководителю Киму?

Руководитель Ким был другом отца и держал зал кикбоксинга.

— Зачем тебе кикбоксинг?

— Просто... в старшей школе понадобится много сил, хочу заранее подтянуть физическую форму.

Отец кивнул.

— Хорошо, делай как знаешь.

***

— Давно не виделись, Джинхён.

— Здравствуйте, директор.

— Отец хвастался, что ты оценки подтянул. Эх, мой-то балбес тоже должен учиться. Может, позанимаешься с ним?

Джинхён неловко улыбнулся.

— Так значит, хочешь научиться кикбоксингу?

— Да.

Директор Ким, друг отца, даже в свои средние годы обладал крепким телосложением.

Из-за лысины на макушке он напоминал персонажа из популярной тогда игры «Теккен».

— Причина? Хочешь укрепить тело?

— Да, это тоже, но...

Джинхён прямо посмотрел на директора Кима.

— Я хочу практиковаться с прицелом на реальный бой.

— …!!

Директор Ким нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

— Есть человек, которому я не хочу проигрывать.

Джинхён сказал только это.

Но, увидев его твердый взгляд, директор Ким догадался, в чем дело.

— Понятно. Ты хочешь учиться кикбоксингу не как спорту, а как боевому искусству.

— Да.

— Хорошо, будет по-твоему. Но не жди поблажек только потому, что ты сын моего друга, готовься!

— Да, я понял.

С тех пор начались жесткие тренировки.

До поступления в старшую школу оставалось мало времени, поэтому Джинхён тренировался на износ.

Директор Ким был поражен упорством Джинхёна, от которого у любого другого опустились бы руки.

— Слушай, ты точно тот Джинхён, которого я знал? Отдохни немного. Так и здоровье подорвать недолго.

— Я ещё могу. Пожалуйста, ещё один спарринг.

— Нет. Если лицо ещё сильнее опухнет, твой отец меня прибьет.

— Не волнуйтесь. Я в порядке.

Директор Ким только покачал головой.

Лицо Джинхёна, который тренировался с кем попало, было сплошь в синяках.

Пусть спортивный талант у него был средним, но упорство на ринге превосходило всякое воображение.

— В общем, нет. Если не собираешься выступать на турнирах, тренируйся в меру.

Джинхёну ничего не оставалось, как колотить боксерскую грушу и думать:

— Этот ублюдок.

Тот самый, кто превратил школьные годы Джинхёна в ад.

«В следующем году мы обязательно встретимся».

Конечно, за несколько месяцев кикбоксинга мастером боя не станешь.

Джинхён это прекрасно понимал.

Но драки старшеклассников — это не соревнования по смешанным единоборствам, а обычная уличная потасовка.

Даже если это хулиганы, суть не меняется.

В конечном счете, главное — это наглость и ярость.

Если не считать базовой физической подготовки, именно наглость и ярость решают исход боя. Джинхён как раз их и развивал.

«В этот раз всё будет иначе».

При этом Джинхёна мучил вопрос:

«Но почему он поступает именно в старшую школу Ильсин? При его-то деньгах».

Семья того парня была богатой.

И не просто богатой, а невероятно богатой.

Он был наследником семьи, которой подобало бы учиться не в отсталой Старшей школе Ильсин, а в Каннамском 8-м округе, или даже в Ханнам-доне, где живут одни чеболи.

«Да и оценки позволяли поступить в Корейскую школу иностранных языков или Корейскую научную школу, разве нет?»

У того парня были отличные оценки.

С средней школы и до самого выпуска он ни разу не уступал первое место в школе и в итоге поступил на медицинский факультет Университета Хангук с баллами, близкими к лучшим по стране.

Одним словом, он был похож на инопланетянина из богатой семьи с блестящим умом.

«В любом случае, в этот раз всё будет иначе».

Джинхён сжал кулаки.

Бах!!

Груша содрогнулась, будто готова была лопнуть.

А средняя школа пролетела, словно ветер.