Контент удален!

— Д-да… В общем, замолчи, паршивец! Мало того что хамишь учителю, так ещё и огрызаешься! Это ты отправишься в дисциплинарный изолятор!

Не находя логических аргументов, классный руководитель перешёл на крик.

Однако Джинхён не собирался отступать.

Но ситуация разрешилась неожиданным образом.

Как только Джинхён открыл рот, чтобы ответить, в разговор вмешался чей-то голос.

— Прекратите.

— …!!!

Классный руководитель и Джинхён удивлённо обернулись. Там стоял человек, которого они меньше всего ожидали увидеть.

Это был Ли Санмин.

— Прекратите, учитель.

— Что ты такое говоришь, Санмин?

Классный руководитель заискивающе посмотрел на Ли Санмина.

Но тот произнёс неожиданные слова.

— Это произошло по моей вине, так что прекратите.

— …!!

Учитель часто заморгал.

— Д-да… так и есть? Но…?

— Это правда. Моя вина, так что если хотите кого-то наказать, наказывайте меня.

Учитель подпрыгнул на месте.

— Что ты такое говоришь? Какое наказание? Друзья просто повздорили, бывает.

Ким Джинхён нахмурился.

— Что он задумал?

Однако по лицу Ли Санмина, покрытому пластырями, невозможно было прочитать его мысли.

— Как вы и сказали, учитель, это просто ссора между друзьями, так что не стоит придавать этому значения.

— Д-да, я понял.

Так, благодаря Ли Санмину, инцидент в учительской был исчерпан.

Выйдя из учительской и закрыв стеклянную дверь, Джинхён спросил Ли Санмина:

— Что ты задумал?

— О чём ты?

— Почему ты мне помог?

Но Ли Санмин лишь небрежно бросил в ответ:

— Кто знает… Я и сам не уверен.

И, даже не взглянув на Джинхёна, он скрылся в конце коридора.

Оставшись один, Джинхён поморщился от неприятного предчувствия.

«Что это было? Что у него на уме? Противный тип».

***

После этого Ли Санмин не предпринимал никаких странных действий.

Он общался только со своей компанией, словно отгородившись от остальных стеной, и благодаря этому Джинхён провёл следующие дни в спокойствии.

Однако казалось, что Ли Санмин всё же не спускает с него глаз.

Иногда, когда Джинхён поворачивал голову, он ловил на себе взгляд Ли Санмина, словно тот постоянно наблюдал за ним.

При этом он не смотрел враждебно. Он просто смотрел на Джинхёна своими непроницаемыми чёрными глазами.

— Что такое? Хочешь что-то сказать — говори. Раздражает.

Затем наступили первые промежуточные экзамены после поступления в старшую школу.

— Ха-а… всё наугад. Как ты справился, Джинхён?

Хван Мунджин покачал головой.

В последнее время он прислушался к совету Джинхёна и начал хоть немного учиться.

— Мне тоже было сложно.

— Хе, не ври. Ты, как и в средней школе, всё решил и вышел раньше всех. Опять будешь первым в школе, да?

— Кто знает, старшая школа отличается от средней. Не думаю, что будет так просто.

— Узнаем, когда придут результаты. Если снова будешь первым — угощаешь ттокпокки!

Хван Мунджин, казалось, твёрдо верил, что Джинхён снова займёт первое место.

Но сам Джинхён не был в этом уверен.

«Действительно, здесь всё иначе, чем в средней школе. Остаётся только стараться».

Вскоре пришли результаты.

Классный руководитель вывесил на задней доске распечатку с оценками и рейтингом всех учеников класса.

— Проверяйте результаты! Если кто-то опустится ниже этого рейтинга, я вас не пощажу.

На листе в порядке убывания были выписаны все ученики от первого до последнего места.

Это был жестокий метод, позволяющий всем узнать оценки друг друга, но учителя часто использовали его, чтобы подстегнуть учеников.

И там было выведено следующее:

1-е место. Ким Джинхён, средний балл — 97,5, 1-е место в школе.

2-е место. Ли Санмин, средний балл — 96,8, 2-е место в школе.

3-е место. Чан Чхольмин, средний балл — 93,2, 27-е место в школе.

……

— Хи-хи, я же говорил. Опять первый. Угощай ттокпокки!

Но Джинхён покачал головой.

— Было непросто.

Разница со вторым местом, Ли Санмином, составляла всего 0,7 балла. Можно сказать, они шли ноздря в ноздрю.

— А я на 39-м месте. Видимо, не дано мне, сколько ни старайся.

— Но ты же поднялся с 43-го места. Продолжай стараться. Рейтинг будет расти.

— Думаешь? Хи-хи.

При этом Джинхён наблюдал за Ли Санмином.

Тот тоже смотрел на рейтинг.

1-е место. Ким Джинхён, средний балл — 97,5, 1-е место в школе.

2-е место. Ли Санмин, средний балл — 96,8, 2-е место в школе.

Ли Санмин не отрывал взгляда от этих строк.

На его лице, как обычно, играла мягкая улыбка, но Джинхён не упустил того, как сильно он сжал кулаки.

Затем Ли Санмин вышел из класса и больше не вернулся. Очередной самовольный уход с уроков.

«Противный тип».

Джинхён цокнул языком.

***

Родители были очень рады тому, что Джинхён занял первое место и в старшей школе.

— Ох, мой сынок. В кого ты такой молодец?

Отец коротко ответил:

— Джинхён пошёл в меня.

— Да что ты говоришь? Если бы ты сам был хотя бы на четверть таким, как Джинхён, было бы здорово, о чём вообще речь?

В тот день отец снова пришёл пьяным. Он пил каждый раз, когда Джинхён занимал первое место.

— Отец, это вредно для здоровья, пожалуйста, пей меньше.

— Хорошо, спасибо за заботу.

Отец ответил с довольным видом, тронутый беспокойством сына.

— Джинхён, знаешь что?

— Что?

— У нас есть только ты.

— У меня тоже. Поэтому, пожалуйста, пей меньше.

Даже если бы он не пил, через два года, в выпускном классе, отец умрёт от рака желудка в терминальной стадии. Если он продолжит так пить, этот трагический момент может наступить ещё раньше.

— После смерти отца наша семья оказалась на грани нищеты.

Но в этот раз он не позволит этому случиться.

Сделает всё своими руками.

— Кстати, пора. Если затянуть, можно упустить время.

Рассчитав дату, Джинхён сказал:

— Отец, можешь выполнить одну мою просьбу?

— Для нашего сына — конечно. Что за просьба?

— Завтра, когда протрезвеешь, скажу.

Отец озадаченно посмотрел на него, но Джинхён покачал головой.

— Завтра скажу. А пока иди спать.

***

На следующее утро мать приготовила суп с ростками сои.

— Как самочувствие? Зачем же так напиваться…

— …

Отец молча ел суп. Он действительно перебрал, радуясь успехам сына.

Вдруг отец спросил Джинхёна:

— Кстати, Джинхён, ты вчера говорил, что у тебя есть просьба?

— Сначала поешь. После еды скажу.

— …??

Отец недоумённо покачал головой, видя, как сын тянет время.

Наконец, когда завтрак закончился, он снова спросил:

— Ну так что за просьба? Что-то сложное?

Джинхён молча протянул белый конверт.

В конверте было 300 000 вон.

— … Откуда деньги? Где ты их взял?

Родители удивлённо переглянулись.

— Я понемногу откладывал. Накопил во время последних каникул перед старшей школой, разносил газеты, так что не переживайте.

— Но зачем эти деньги? Тебе самому на карманные расходы не хватает, трать на себя.

Мать попыталась вернуть конверт Джинхёну.

Но Джинхён покачал головой.

— Отец, ты же обещал выполнить мою просьбу?

— Да, так что это за просьба?

Отец спросил с любопытством.

Просит об одолжении, а сам протягивает конверт с деньгами… Он не понимал намерений сына.

— Пройди на эти деньги медицинское обследование. Это моя просьба, отец.

— …!

Отец был поражён.

— Что ты такое говоришь, Джинхён? Какое ещё обследование?

— Ничего особенного. Сейчас все проходят гастроскопию… тебе тоже пора позаботиться о здоровье. Я хочу проявить сыновнюю заботу, так что, пожалуйста, согласись.

На самом деле причина была не в этом.

Через два года отец умрёт от рака желудка в терминальной стадии.

Это означало, что прямо сейчас в его желудке уже зарождаются раковые клетки.

— Рак желудка на поздней стадии неизлечим, но на ранней — почти всегда излечим. Если сейчас пройти обследование и обнаружить его, отец сможет жить.

Мать с умилением сказала:

— Ох, наш сынок. Какой же ты заботливый. А мне не нужно обследоваться?

Джинхён неловко улыбнулся, услышав её робкую надежду.

Хоть она и много работала, к счастью, серьёзных проблем со здоровьем у неё не было.

— Тебе я организую обследование позже, мама.

— Хорошо, буду и я наслаждаться жизнью благодаря сыну. Хо-хо.

Джинхён посмотрел на отца.

— Ты пройдёшь обследование, отец?

Но произошло неожиданное.

Отец вернул конверт Джинхёну и покачал головой.

— Нет. Я не собираюсь проходить обследование.

— …?!

Джинхён удивлённо спросил:

— Но почему?

— Я ещё молод. Ничего не болит, нет причин для обследования. И я не хочу тратить деньги, которые ты с таким трудом заработал, на всякие проверки.

Это было в духе отца, но Джинхён был в отчаянии.

— Если упустить раннюю стадию, время будет потеряно!

На этот раз он не мог отступить.

Рак на ранних стадиях чаще всего протекает бессимптомно.

Если ждать появления симптомов, как того хочет отец, будет уже поздно, и он умрёт.

Джинхён твёрдо сказал:

— Нет. Мы договорились вчера, так что, пожалуйста, выполни просьбу.

Но отец тоже не собирался сдаваться.

— Джинхён, я ценю твои чувства, но сейчас в этом нет необходимости. Позже… когда дела в ресторане пойдут лучше, тогда я и пройду обследование. А ты сосредоточься на учёбе. Зарабатывание денег оставь отцу.

Джинхён был в ярости.

Логически отец был прав. Проблема была в том, что Джинхён знал будущее.

— Что делать? Он не из тех, кто легко меняет решения…

В конце концов Джинхён сказал твёрдым голосом:

— Отец, ты всегда говорил, что мужчина должен держать слово. Разве не так?

— … Было дело.

— Раз обещал, пожалуйста, пройди обследование. Это моё желание.

Джинхён встретился взглядом с отцом.

Видя мольбу в глазах сына, отец наконец сдался.

— Хорошо, понял. Будь по-твоему.

Джинхён просиял.

— Отлично, тогда я сейчас же запишу тебя в больницу.

— Но платить будем нашими деньгами, а не теми, что ты заработал.

— Хорошо, договорились.

Это было не так уж важно.

Джинхён радостно ушёл в комнату звонить в больницу.

Отец и мать переглянулись.

— Повезло тебе с сыном, такой заботливый.

— Кхм. Говорю же, не нужно это. Только лишние траты.

Но, несмотря на слова, он не выглядел недовольным.

И это было естественно.

Разве может отец не радоваться, когда сын так заботится о нём?

***

Джинхён записал отца на гастроскопию в специализированную клинику.

«Вдруг рак уже прогрессировал?»

Записавшись, он почувствовал тревогу.

Через два года была терминальная стадия, значит, сейчас раковые клетки точно должны быть.

А что, если болезнь уже зашла далеко?

От одной этой мысли бросало в дрожь.

«Нет. Всё будет хорошо».

Джинхён успокаивал себя.

«Это ранняя стадия. На ранней стадии достаточно простой эндоскопической процедуры или операции, чтобы почти полностью вылечиться».

Так проходили дни. В этот период ни уроки, ни учебники не шли в голову.

И вот день обследования.

— Обязательно пройди обследование хорошо.

— Хорошо, не волнуйся.

Он хотел поехать с ним, но не мог пропустить уроки в 14:00.

Он пошёл в школу, весь день провёл в ожидании, постоянно глядя на часы. А как только прозвенел звонок с последнего урока, он помчался в ресторан к отцу.

— О, Джинхён? Ты уже закончил?

Мать встретила его с удивлением.

Джинхён поспешно спросил:

— А отец?

— А?

— Каковы результаты обследования отца?

— А, это…

Джинхён сглотнул. Мгновение ожидания ответа показалось ему вечностью.

— Сказали, ничего особенного.

— … Что? — переспросил Джинхён.

В этот момент из кухни вышел отец.

— Сказали, что при гастроскопии обнаружили лишь небольшое воспаление, ничего серьёзного.

Лицо Джинхёна окаменело.

Родители озадаченно посмотрели на него.

— Что с тобой, Джинхён?

— А, нет, ничего. Я пойду к себе.

Джинхён закрыл дверь ресторана и вышел на улицу.

Слушая шум проезжавших по переулку мотоциклов, Джинхён крепко сжал кулаки.

«Ничего особенного? Через два года рак в терминальной стадии… неужели?»

Возможны два варианта.

Либо желудок отца действительно чист, либо врач, проводивший гастроскопию, ошибся!

Нужно было проверить, что именно произошло.

Джинхён поспешно зашагал прочь.

В сторону больницы, где отец проходил обследование.