1 - 6
Империя в смуте из-за мятежников, а на пепелище — брошенный ребёнок.
Кто угодно счёл бы меня подозрительной.
Совсем как сейчас.
Что, если бы я назвала настоящее имя, а оно хоть каплю было связано с мятежниками?
Меня, может, убили бы на месте.
Вот в тот самый день, когда мы встретились, Серхин и дал мне выпить сока Мирового древа.
Мировое древо хранило империю Кадеа, но однажды без всякой причины начало чахнуть.
Пользуясь смутой, которую это вызвало в Кадеа, сок тайком продавали на сторону. Наверное, так он и попал к Серхину.
Сейчас, если подумать, обидно, что он напоил меня соком, чтобы выведать правду.
Но иначе было нельзя: он вёз во дворец неизвестно кого.
Только почему-то тот сок на меня не подействовал.
То ли Серхину достался негодный сок, то ли у меня была особая невосприимчивость — не знаю.
Благодаря этому я и после сока смогла солгать Серхину.
И сохранить в тайне настоящее имя.
Так что вот.
Я посмотрела герцогу прямо в глаза.
Если у тебя тот же сок, правды от меня тебе будет трудно добиться, герцог.
И тут герцог наконец задал первый вопрос.
— Это правда, что ты потеряла память?
— …
Я мысленно торжествующе улыбнулась.
Не знаю, решил ли он начать с простого, но сам вопрос был мне на руку.
Хотел толкового ответа — спрашивал бы поточнее и похитрее.
В его вопросе было полно лазеек.
Ведь я и правда потеряла и детские воспоминания прежнего тела, и всю память нового.
Он не уточнил, воспоминания о каком именно времени я потеряла, так что мне тем более нечего было опасаться.
Да. Я потеряла память!
— Можно сказать, что потеряла, а можно сказать, что и нет!
— …
— …
А?
А-а?
Что… что я сейчас ляпнула?
С моих губ сорвался совсем не тот ответ, что был у меня в голове.
Странно. Не так, как тогда, когда меня поил Серхин.
У герцога какой-то другой сок?..
Или, наоборот, у Серхина был негодный.
Так или иначе.
Похоже… я влипла.
И тут мои губы снова зашевелились. Опять сами по себе.
— На самом деле я…
— …
— Очень непростой человек, герцог.
— …
— Так что сам вопрос никуда не годится, вот что я тебе скажу. Понял, герцог?
Взгляд герцога заледенел.
Ого…
Я мысленно восхитилась.
Ответ не выдавал, что я рыцарь вражеской страны, но на вопрос герцога я при этом честно отвечала.
Только почему так многословно?
Обычно, выпив сок Мирового древа, на вопросы отвечают только «да» или «нет».
Да ещё и на «ты».
Где не надо — слов не жалею, а на вежливость не хватило.
И тут.
Герцог, молча смотревший на меня, повернулся к жрецу.
— Туда что, спиртного подмешали?
Жрец испуганно замахал руками.
— Н-ни в коем случае, ваше высочество!
— …
Хм. Немного стыдно.
Я подумала о том же, что и герцог.
Я выпила всего-навсего древесный сок, а веду себя, как пьяная, которая буянит.
Чтобы я да пьяные выходки…
Да ещё перед герцогом!..
Я крепко закусила нижнюю губу.
С этой минуты держу рот на замке, хоть силой.
Чтобы больше никакой чепухи.
Взгляд герцога, снова обратившийся ко мне, стал ещё суровее.
Не разоблачил, но подозрений такой ответ только прибавил.
Немного подумав, герцог вдруг выставил старика и жреца за дверь.
— Выйдите и ждите снаружи.
— Но, ваше высочество…
— Граф, покажи жрецу дары, которые мы отправим храму.
— Слушаюсь, ваше высочество.
Старик встревоженно посмотрел на меня и на герцога, но делать было нечего, и он вышел.
В кабинете остались только мы с герцогом.
Сейчас будет что-то серьёзное.
По первому ответу герцог наверняка легко догадался, что я потеряла не всю память.
Вторым вопросом он захочет это проверить.
Вот теперь начинается главное.
Я напряжённо посмотрела на герцога.
Прикушенные губы дрожали.
Помолчав немного, герцог заговорил:
— Второй вопрос.
Я, закусив губу, сверлила его взглядом.
Ну давай. Нападай, герцог.
Он спросил:
— Меня…
— …
— Помнишь?
— …
А?..
Я ждала решающего удара, а вопрос оказался по-своему совершенно неожиданным.
И без того в голове каша, а это ещё к чему?
Неужели… он меня узнал?
Нет. Не может быть.
Сейчас я в совершенно другой оболочке. И разговаривали мы не так много, чтобы он мог догадаться, кто я.
Тогда что же это за вопрос…
И тут меня осенило.
Ах…
Этот вопрос… он задаёт не мне.
Герцог спрашивал хозяйку этого тела.
Неужели, герцог?
Ты знаешь, кто хозяйка этого тела? Поэтому ты так удивлённо смотрел на меня, когда я вошла в кабинет?! Так, герцог?!
Мне хотелось немедленно потребовать ответа.
И тут крепко сжатые губы дрогнули.
Ой!
Пришло время отвечать.
Н-нет.
Если опять собрались болтать что попало — лучше молчите!
Этот вопрос задан не мне!
Но мои губы, будто у них был собственный мозг, сами начали отвечать.
— Помню… И очень хорошо.
— …
Проклятье.
— Безжалостный… жестокий мясник. Кровожадный демон, убийца века, безумец поля боя, беспощадный и злобный…
— Довольно… Хватит.
Герцог потёр переносицу и оборвал меня, но рот мой не умолкал.
— А ещё…
— Я сказал, хватит.
— Дослушай. Это самое главное.
— …
Ах… А сок-то действенный.
Я в очередной раз восхитилась его силой.
Герцог велел замолчать, но мой рот, подогретый соком, похоже, собирался радостно болтать дальше.
Ладно. Резвись как хочешь.
Лишь бы не вырвалось «Я рыцарь вражеской страны!» — остальное неважно.
Почти махнув на всё рукой, я оставила губы в покое.
Я смотрела на герцога, а мои губы сами собой искривились в ухмылке.
— Единственный…
— …
Глаза герцога, не отрывавшиеся от моих губ, сузились. И губы, будто приободрившись под этим взглядом, договорили:
— Человек, которого я признала.
— …
Ну и ну…
Я восхищалась без конца. Кажется, сегодня я изумилась больше, чем за всю прожитую жизнь.
Сказала «резвись» — и правда резвится.
Это же почти признание в любви!
Умоляю, заткнись уже…
Не знаю, как он понял мои слова, но едва заметная складка между бровей герцога стала глубже.
Видимо, приятного было мало.
Герцог, прикрыв глаза, ненадолго задумался.
Убить сразу или после последнего вопроса — вот о чём он, кажется, думает.
Я бы на его месте думала о том же.
Человека, о котором ничего не известно и у которого каждое слово с подтекстом, я бы в живых не оставила.
Фиолетовые глаза герцога поблуждали по столику и снова остановились на мне.
Сейчас.
Герцог задал третий, последний вопрос.
— Ты пришла, чтобы убить меня?
— …
Пришла ли я, чтобы его убить?..
Такого вопроса я отчасти ждала. Но он заставил меня о многом задуматься.
Мы, без сомнения, враги.
И раз враги, когда-нибудь снова приставим мечи друг другу к горлу.
Но это когда Сиа и герцог встречались на поле боя.
А сейчас…
Смогу ли я убить его в теле, у которого нет толком ни фехтования, ни ауры?
Конечно, я думала о том, чтобы вернуться домой с его головой, но не сейчас.
Скорее мне любопытно.
Какой он, герцог, вне поля боя.
Так что и на этот вопрос простым «да» или «нет» не ответишь.
И тут губы снова зашевелились.
— Я…
