Онлайн чтение книги Син Э Shin-ae
Пролог

Пролог

Этот день он от начала до конца провёл, следуя по пятам за председателем Со.

Встреча за завтраком в 7:30, совещание совета директоров в 9:00, доклад по ключевым задачам в 11:00, деловой обед в 12:00... График был убийственно плотным. Впереди оставались важное выступление и ужин с высокопоставленным политиком. Ему пришлось выслушать столько отчётов, что на ушах едва мозоли не натёрлись, и запомнить множество новых лиц. А в придачу — изображать добродушие и улыбаться так, что сводило лицевые мышцы.

То, что нервы натянуты до предела, а взгляд то и дело скользит на часы, он списывал на перегрузку.

Слова, сказанные Син Э этим утром, всплыли в памяти только после обеда, во время переезда на очередную локацию. И Хён замер и задумчиво потёр губы. Растерянность всё ещё накатывала волнами.

«Особого повода для этого не было...»

Сделав такой вывод, И Хён продолжил путь.

13:57.

И Хён стоял в комнате ожидания за сценой большого конференц-зала, готовясь объявить квартальные результаты всей группы «Семён». В зале собрались руководители всех филиалов и совет директоров, а в первом ряду восседали председатель Со и двое вице-председателей.

В ожидании выхода И Хён бегло просматривал подготовленные материалы. Содержание было ему знакомо — он проверил всё заранее. Один из организаторов приблизился, чтобы закрепить на нём петличный микрофон, но начальник Ан тут же вмешался, остановив сотрудника.

— Я сам.

Пока И Хён беззвучно проговаривал про себя крупные цифры, Ан закрепил микрофон. И Хён снова сверился с часами на запястье.

13:58.

Он внушал себе: проверка времени нужна лишь для контроля начала выступления, а вовсе не потому, что он ждёт сообщение, которое приходит ровно в два часа дня.

До двух оставалось ещё пара минут, но ведущий уже стоял на трибуне. После приветствия «Добрый день» и объявления о начале мероприятия, по огромному амфитеатру зала разнеслось:

— Сегодняшний доклад о результатах представит исполнительный директор «Семён Дисплей», господин Чхве И Хён.

Это место всегда занимал вице-председатель Ким, второе лицо в группе. Так планировалось и вплоть до вчерашнего дня, Ким был полностью готов, но сегодня утром всё изменилось по приказу председателя. Передача этой задачи И Хёну, который формально был всего лишь исполнительным директором филиала, означала проверку его способностей и, одновременно, публичное закрепление его статуса как преемника волей председателя Со.

13:59.

Пора подниматься на сцену. Содержание доклада уложилось в голове, и И Хён обдумывал приветственную речь.

«Исполнительный директор "Семён Дисплей" Чхве И Хён. Приветствую председателя и всех сотрудников. Особенно благодарю тех, кто проделал долгий путь, несмотря на дождливую погоду».

После этого приветствия можно переходить к цифрам. Голос ведущего, представляющего его, загремел в зале:

— Исполнительный директор Чхве И Хён добился огромного успеха на Уолл-стрит, но ради развития компетенций преемника начал свой путь в «Семён Дисплей» с позиции заместителя начальника отдела и сейчас возглавляет штаб стратегического планирования. Дамы и господа, поприветствуем господина Чхве И Хёна громкими аплодисментами!

Когда зал взорвался овациями, а он преодолел половину ступеней, часы на его запястье наконец коротко вибрировали.

Дзынь.

Ровно 14:00. И Хён рефлекторно вскинул руку, проверяя экран.

[Видео_гостиная.mp4]

Запись с камеры видеонаблюдения, которая автоматически отправлялась на его телефон каждый день в это время. Ему нужно было подниматься на трибуну. Но колебался он лишь мгновение. Едва заметно подняв палец, давая знак ведущему подождать, И Хён достал телефон из внутреннего кармана пиджака.

Он чувствовал на себе острый взгляд председателя Со, сидящего на почётном месте, но пальцы уже касались экрана, открывая полученный файл.

Гостиная выглядела как обычно. Посреди комнаты стоял диван кремового цвета. Син Э, забравшись на него с ногами, сидела на фоне панорамного окна и читала книгу, как и всегда. Это была та же книга, что и вчера. Он даже знал её содержание.

Син Э в платье цвета «индийская роза» на миг подняла голову, помахала рукой в камеру и улыбнулась. Её белое, чистое лицо было прекрасным.

Убедившись, что всё в порядке, И Хён закрыл видео. Подняв глаза, он увидел, что все присутствующие в амфитеатре смотрят на него. Ничего страшного. Он выстраивал свою репутацию годами, и задержка в двадцать секунд не могла разрушить то, что он создал. Его положение было прочным и неприступным, как железная крепость.

И Хён быстрой и лёгкой походкой преодолел оставшиеся ступени. Встав в центре трибуны, он сначала встретился взглядом с аудиторией, а затем изобразил мягкую улыбку.

— Позвольте представиться. Исполнительный директор «Семён Дисплей», Чхве И Хён.

Его голос эхом разнёсся по залу. И Хён, как и планировал, начал произносить заготовленную речь.

— Приветствую председателя и всех сотрудников. Особенно благодарю тех, кто проделал долгий путь, несмотря на дождливую погоду...

На этих словах его голос дрогнул и затих. Внезапное осознание ударило в затылок. Его взгляд стал острым, застыв где-то в глубине толпы.

Этого не может быть.

Догадливый ведущий, заметив его взгляд, тут же подбежал.

— Есть какие-то проблемы, господин директор?

И Хён выключил микрофон и бесстрастно отдал приказ:

— Сегодняшний доклад зачитает вице-председатель Ким. Председателю доложите, что у меня возникло неотложное личное дело.

Лицо ведущего мгновенно стало белым как полотно, но на лице И Хёна не дрогнул ни один мускул. Кажется, он на секунду встретился глазами с председателем Со. Но ноги уже несли его прочь с трибуны быстрым шагом.

***

Ю Син Э была женщиной, которую он собирался бросить. Примерно через две недели. Перед тем, как выйдут новости о его браке.

— Вы уже приехали?

Охранник, стоявший у входной двери, увидел его и поспешно поклонился. Он явно растерялся, увидев хозяина так рано. Вместо босса вопрос задал начальник Ан:

— Вы отлучались сегодня с поста?

Охранник покачал головой.

— Нет.

Пока Ан допрашивал, И Хён приложил указательный палец к замку.

— А во время пересменки?

— Нет.

Пилик. Звук разблокировки замка прорезал тишину. Пока начальник Ан придерживал дверь, И Хён на секунду погрузился в раздумья.

Система охраны была идеальной: даже когда дежурный отлучался в туалет, его подменял охранник с первого этажа. Ю Син Э была женщиной, у которой не хватило бы ни духа, ни смекалки, чтобы обойти эту железную защиту. Из-за своей патологической замкнутости она ни с кем не общалась и довольствовалась жизнью рядом с ним, в полной изоляции от внешнего мира.

«Мне здесь нравится. Я не хочу никуда выходить, хочу жить только здесь».

Так она сказала несколько дней назад в его объятиях. После того дня Син Э перестала ходить даже в маркет или универмаг, проводя всё время дома.

«Но мне не нравится чувствовать, что за мной следят».

Поэтому он убрал одну камеру.

— Она не такая. Ей некуда идти, так что она скоро вернётся. Нет, она наверняка внутри.

Думать так было логично. Он сделал всё, чтобы ей некуда было податься и не было ни гроша в кармане. Даже в обмен на то, что она согревала его постель, он никогда не давал ей наличных.

Однако она могла выучить время пересменки охраны с точностью до секунды. И если так, она должна была понять, что проскользнуть в этот момент невозможно. Он попытался представить то, чего Син Э никогда бы не сделала.

И Хён тихо спросил сам:

— Эта женщина... она когда-нибудь звала вас внутрь?

Охранник вытянулся в струнку. Его лицо мгновенно покраснело, и ответ стал очевиден без слов. И Хён не запрещал этого, так как знал: этого никогда не случится. А Ю Син Э рассчитала, что именно это станет её лазейкой. Единственным выходом.

И Хён прикрыл глаза, слушая ответ охранника.

— Я сам удивился. Она вдруг вышла и сказала, что приготовила слишком много еды на обед.

— И?

Под его ледяным тоном охранник сглотнул и с трудом выдавил:

— Пока я ел в столовой... она сказала, что пойдёт к себе отдохнуть. Я видел, как она вошла в хозяйскую спальню.

— Пока вы ели, она выходила в туалет?

От этого холодного вопроса у охранника пересохло в горле. Он начал оправдываться:

— У неё... внезапно сильно разболелся живот. Но это было совсем ненадолго. И когда я уходил через прихожую, её туфли точно стояли на месте.

От такой безалаберности хотелось рассмеяться. И это был человек, которого переманили из охраны Белого дома США? Времени на долгие разговоры не было. И Хён открыл глаза и кивнул на входную дверь. Начальник Ан распахнул её.

Стоило войти в дом, как на него навалилась неестественная тишина.

***

Как и сказал охранник, туфли Син Э остались в прихожей. Но, в отличие от обычного вечера, она не вышла его встречать. Ю Син Э, которая, словно прирученный щенок, ждала его возвращения ровно в семь, ни секундой позже, чтобы поцеловать в щёку.

Всё было очевидно, но И Хён прошёл вглубь дома, медленно осматривая всё вокруг. Первой в поле зрения попала гостиная. То самое место, что было на записи в два часа дня.

Кремовый диван, стоящий поодаль от окна, выглядел унылым и серым, совсем не так, как на видео. Солнца не было. Дождь зарядил внезапно, ещё в обед. Судя по направлению солнечных лучей на видео, запись была сделана сегодня утром.

— Камера остановлена. Она была настроена на циклическое воспроизведение одного и того же фрагмента...

Не теряя времени, И Хён направился в гардеробную.

— Должно быть, она ненадолго вышла.

Миновав длинные ряды шкафов и раздвижные двери, он открыл ящик в самом дальнем углу, где хранились вещи, с которыми Син Э пришла в этот дом.

Пусто. Старых кроссовок, в которых она пришла, не было. Она говорила, что эти кроссовки с бело-голубыми полосками — память о маме. Если она забрала эту обувь, значит, ушла насовсем. При этом зонт, который он ей подарил, стоял в углу нетронутым.

— Сейф заперт, к счастью. Следов взлома нет. Я осмотрю другие помещения и вернусь.

Начальник Ан отправился проверять спальню, ванную и второй этаж. И Хён же мысленно вернулся к вчерашней Син Э.

Ещё до прихода домой И Хён был возбуждён, словно кобель во время гона. В голове мутилось, он мог думать только о том, как возьмёт Син Э. У неё, одетой в фартук, пылали щёки.

И Хён направился в столовую. Вчера Син Э сказала, что ужин готов, и пошла в столовую, а он шёл следом, не отрывая взгляда от её хрупкой спины. Он бросил пиджак где-то на полу, собираясь нагнуть её прямо на кухонный остров. Он планировал задрать ей юбку, стянуть бельё и грубо овладеть ею до потери рассудка.

Но Син Э... поспешно выскользнула из-под его руки, давившей на плечо. «Я... сделаю это для вас».

С пунцовым лицом она опустилась на колени и расстегнула ремень на его брюках. Из-за природной стыдливости она почти никогда не делала этого, если он жестко не приказывал. А ведь на кухне даже горел свет.

Всё было не так, как обычно. Но ощущение странности длилось лишь миг.

Вид её макушки, блестящей под желтым светом лампы, и старательные движения языка довели его возбуждение до предела. В тот момент, охваченный невиданным ранее головокружительным наслаждением, он даже не помнил, куда именно излился.

«Вам хорошо?» Оставив позади её тихий голос, задавший этот вопрос, И Хён направился в главную спальню. Тот же маршрут, по которому он вчера нёс Син Э на руках, чтобы продолжить.

Открыв дверь, он увидел лишь огромную белую кровать. Вчера он бросил её на эту кровать ничком. Но она вдруг перевернулась и обняла его за плечи. Обычно она смущалась и пыталась отстраниться, но в этот раз обвила его талию ногами, и вместо запланированной позы сзади, они закончили, глядя друг другу в глаза.

Из-за странного чувства незавершённости он взял её на этой кровати ещё раз, уже на рассвете. А теперь утренние слова Син Э, сказанные перед его уходом, одно за другим ударяли в голову.

Он стал пугающе спокоен. Ощущение, будто эмоции медленно, очень медленно оседают на самое дно.

Начальник Ан подошёл сбоку. С губ И Хёна сорвался ледяной голос:

— Она не могла уйти далеко.

Он был в предвкушении, думая о том, как выбросит её. Он представлял, как она задрожит, услышав это, как польются слёзы непонимания. Как она будет ползать по полу, хватая его за лодыжки. Как будет страдать от боли десятки, сотни дней после того, как он её бросит.

Каждый раз, занимаясь сексом с Син Э, он думал об этом, и возбуждение прошибало его до кончиков нервов. Он думал, что проживёт остаток жизни, вспоминая этот момент триумфа.

Но сейчас он чувствовал себя так, словно его огрели чем-то тяжёлым. Его послушная кукла. Ничтожная Ю Син Э, ещё до того, как он успел её выбросить...

Посмела. Такая дрянь, как ты, посмела уйти первой.

— Немедленно... найдите её.

Странный холод разлился в районе солнечного сплетения. Сжав кулаки, И Хён добавил:

— Мне плевать на методы. Поймайте её и притащите ко мне.

Это ради наказания. Ради того, чтобы подвергнуть жестокой каре ту, что посмела разрушить его планы и уйти первой.

С этой мыслью И Хён, стоя посреди комнаты, закрыл глаза.