Онлайн чтение книги Син Э Shin-ae
2 Авария, виновник которой скрылся

Глава 2. Авария, виновник которой скрылся

Было 7:40. Син Э резко вскочила с качелей и уставилась на поворот в переулке. Мама всё ещё не пришла. Случилось то, чего она так боялась. Она закусила губу и с силой царапала ногти.

«Впервые она опаздывает после семи».

Нет, наверное, мама пришла ровно в семь, увидела, что Син Э нет на месте, и спряталась где-то поблизости. Наверняка она наблюдает оттуда. Но это всё равно было очень странно.

«Если не встретимся сразу, пробуем снова каждые двадцать минут на том же месте».

Прошёл час, потом два, но мама так и не вернулась. Грудь Син Э сдавило чувство вины. Не стоило капризничать утром. На самом деле ей просто не хотелось оставаться одной.

«Задали так много уроков...»

Вместо того чтобы делать уроки и отпускать маму на работу, ей хотелось, чтобы мама хоть денёк побыла рядом. Зачем она вообще начала ныть сегодня утром, ведь раньше никогда так не делала?

В памяти всплыла улыбка мамы, которая смотрела на неё сверху вниз, с трудом скрывая чувство вины. Теперь от этого воспоминания по сердцу словно полоснули холодом. Она дулась, ленилась, опоздала на десять минут, а мамы нигде нет.

«Нет. Мама сдержит обещание».

Син Э снова уставилась прямо перед собой, вспоминая слова матери.

«Я буду возвращаться к тебе каждый вечер. Это обещание».

Каждый занимается своим делом днем, а вечером мы встречаемся, ужинаем и засыпаем вместе. Это и есть семья. Так всегда учила мама. Поэтому она вернётся. Син Э твердо верила в это. Ведь это обещание.

***

Это была темная, мрачная комната. Мебели не было, лишь один стул стоял в самом центре. На нём, закинув ногу на ногу, сидел мужчина в черном костюме.

Этот человек одновременно существовал и не существовал. Его имя числилось в документах, но никто ничего о нём не знал. Возраст, образование, внешность, место жительства, источники его состояния... Ничего не было известно достоверно. Говорили даже, что его бизнесом управляет не он сам.

Ходили лишь слухи. Кто-то говорил, что он умер, кто-то — что сошёл с ума и заперт в лечебнице. Другие утверждали, что он отшельником живет на острове в Тихом океане. А раз никаких следов найти не удавалось, появился вывод, что он вообще не на Земле. Возможно, это было правдой.

Для этого мужчины эта комната была его космосом. Тихая, далекая, бескрайняя. А сам он, словно инопланетянин, жил, полностью отрезанный от мира, с одной-единственной мыслью.

Взгляд мужчины, сидящего на стуле, был прикован к фотографии, занимавшей всю стену перед ним. Несмотря на плотные шторы и отсутствие света, он часами смотрел в ту сторону. С кончика сигареты поднимался белый дымок, пепел падал на пол, но мужчина не шевелился.

Свет был не нужен. Может, и фотографии там не было вовсе. Он всё равно помнил каждый её миллиметр наизусть.

В отличие от этой тьмы, там был яркий день, золотистый песок, сверкающий на солнце, и набегающие волны. Женщина с хрупкой фигурой и маленькая девочка, которую она держала за руку. Для той, кто родилась в глуши, женщина была слишком изящна и красива. Благородство сквозило в её походке, жестах, в каждом движении. Женщина смотрела на дочь, так похожую на неё саму, и светло улыбалась.

В этом темном, опустошенном аду, которому не будет конца, мужчина смотрел и смотрел, как они смеются. Часами, каждый день.

Тук-тук. Раздался стук в дверь. Но даже этот звук не заставил мужчину пошевелиться. Скри-ип. Дверь отворилась, и вошел его секретарь. Он медленно, шаг за шагом приблизился и остановился, но взгляд мужчины по-прежнему был прикован к женщине на фотографии, которая так лучезарно улыбалась.

— Пак Се Рин...

Имя женщины с фотографии эхом прозвучало в тишине комнаты. Он знал, что новости о ней должны прийти примерно сегодня. Секретарь на мгновение замолчал, переводя дух.

— ...скончалась.

Новость отличалась от той, что он ждал, но мужчина даже не дрогнул, продолжая смотреть на фото. Лишь спустя какое-то время его взгляд очень медленно сместился.

На маленькую девочку с белой кожей и хрупким телом, на которую смотрела женщина, держа её за руку. На её дочь.

***

«Возможно, скоро мне придётся заплатить страшную цену».

Мама говорила ей это заранее. Син Э всегда была сообразительной, но почему-то смысл этих слов тогда до неё не дошел.

«Но, Син Э. Даже если бы я вернулась в прошлое, я бы приняла то же решение».

Она сказала, что это было «неизбежно» для неё. Выбор, который нельзя не сделать, даже зная об опасности. Единственное, чего она хотела, — оставаться в безопасности, пока Син Э не вырастет.

Мамино желание не сбылось. Они жили тихо, не издавая ни звука. Вероятно, звонок в школу, чтобы устроить туда Син Э, стал той самой роковой ошибкой, выдавшей их местоположение.

Полиции потребовалось много времени, чтобы найти Син Э, ждущую на детской площадке, так как точный адрес проживания был неизвестен. Сказали, что мама погибла на месте. Причиной смерти стало ДТП, поэтому сначала началось полицейское расследование.

— Школьница Ю Син Э. Твоя мама случайно не нажила себе врагов?

Полицейский, проводивший допрос, спросил подозрительным тоном. В этот момент в голове Син Э всплыли мамины слова.

«Син Э. Что бы ни случилось, ты должна всю жизнь притворяться, что ничего не знаешь. Только так ты сможешь выжить».

Глядя на полицейского покрасневшими глазами, Син Э покачала головой, показывая, что ничего не знает. Полицейский задавал ещё много вопросов, но Син Э больше не проронила ни слова.

Лишь спустя целые сутки тело передали родным и разрешили похороны. В морге было холодно. Пока она стояла в оцепенении, закрутилась металлическая ручка холодильной камеры, и выдвинулся ящик. Белую простыню откинули, и Син Э увидела маму.

О... Ох...

Побледневшая кожа просела, как сдутый резиновый мяч, и была покрыта пятнами.

— Это ваша мать, госпожа Пак Се Рин?

На вопрос крупного мужчины, похожего на сотрудника больницы, она долго не могла ответить, лишь моргала. Утром они сели в разные автобусы, улыбнулись и попрощались. Она всё ещё не могла осознать происходящее.

— Да.

Мужчина накрыл лицо простыней и снова спросил: ,

— Школьница Ю Син Э, как будем проводить похороны вашей матери?

Он спрашивал о процедуре. Тело начало бить крупной дрожью, словно её окунули в ледяную воду. Похороны. Пятнадцатилетняя Син Э не могла справиться с этим. Вероятно, речь шла о расходах. В раннем детстве они жили богато, но с какого-то момента денег стало не хватать, особенно когда они пустились в бега: мотели и краткосрочная аренда съедали всё. Здесь, где они наконец осели, приходилось скрываться и жить на те гроши, что мама зарабатывала на рынке.

У мамы был план на экстренный случай. Один ключ и сберегательная книжка. Деньги на книжке — это всё, что было доступно прямо сейчас. Даже по меркам ребенка сумма была скромной. Если оплатить похороны, на еду ничего не останется. Но одно она знала точно. Если она проводит маму кое-как, то будет жалеть об этом всю жизнь.

— Я как-нибудь... верну долг, поэтому, пожалуйста, проведите похороны.

Она с трудом, запинаясь, выговорила это. Сотрудник посмотрел на юную школьницу, использовавшую формальное окончание «...сёмнида». Окружающие часто говорили, что её речь звучит странно, но Син Э было ещё труднее говорить на «ты» или использовать менее формально-вежливый стиль с малознакомыми людьми. Иногда она пыталась говорить как все, но «...сёмнида» и «...сёмникка» всё равно вырывались сами собой.

Сотрудник, глядя на Син Э, уставившуюся в пол, тихо вздохнул и спросил снова:

— Но всё же нужен главный скорбящий — санджу. У вас есть кто-то из взрослых родственников?

Была тётя, но Син Э промолчала, не двигаясь с места. Она не хотела сообщать единственной оставшейся родственнице. Неизвестно, приехала бы тётя или нет, но, главное, мама бы этого не захотела.

«Ты знаешь, что за человек твоя мать?»

Этот страшный вопрос застрял в сердце, как гвоздь. Мама говорила, что все слухи о ней — это недоразумение, и просила Син Э не верить им. Тётя, хоть и была родной сестрой, относилась к маме плохо, а из-за денег возникло ещё большее недопонимание.

«Я больше всего ненавижу таких женщин, как твоя мать. Никчемных, которые живут, высасывая кровь из мужчин».

Сотрудник больницы, устав ждать ответа от молчаливой Син Э, пробормотал себе под нос:

— Нет, ну как так, даже в школу не ходит... Так ведь и обсудить не с кем.

Она не могла ничего ответить. Из-за крайней робости и отсутствия общения с людьми Син Э не поняла, был ли это вопрос к ней или мысли вслух.

— Раз санджу нет, как насчет похорон без гостевой? Сказали, что это только положение во гроб и вынос тела.

— Да.

Сотрудник больницы, понаблюдав за Син Э, которая отвечала лишь короткими фразами, кивнул. В ожидании церемонии положения во гроб вокруг слышался шёпот. «Говорят, покойница чертовски красивая была...», «Чего померла-то?», «Говорят, сбили и уехали. Но там же вроде негде в аварию попасть», «Мать померла, а девка даже не плачет».

Син Э, прижимая к груди мамины кроссовки, в одиночестве смотрела, как тело омывают и кладут в гроб. Мама лежала в чистом саване, в гробу, украшенном цветами. Её лицо было спокойным, словно она завершила трудный путь.

Крышку закрыли, и маму повезли в крематорий. У печи Син Э отсутствующим взглядом смотрела, как багровое пламя взметается вверх, опадает и снова взметается. В нос неподвижно стоящей Син Э ударил запах горящего тела. Это не был запах леса или хлеба. Это был совсем другой запах.

Наконец сотрудник передал ей урну с именем «Пак Се Рин».

— Примите.

21:30. Гораздо позже обычного времени встречи. Здоровая мама ростом 163,3 см вернулась в объятия Син Э в виде 2,7 кг праха цвета тумана.