Онлайн чтение книги Смею надеяться I dare to hope
1 - 3

Глава 3. Словно зловещие чары (3)

— Поумерь свою дерзость, Элеонора Сноу. Неужели ты думаешь, я не знаю, в каком плачевном положении сейчас находится твой род?

— Разумеется, вам это известно, Ваше Величество. Однако, если Сноу падут, Север окажется беззащитен перед лапами чудовищ.

— Возможно, ты не знала, но я люблю кровь. И если придется заняться истреблением монстров — что ж, это именно то, чего я желаю.

— Но в таком случае пострадает множество простых людей.

— И ты думаешь, я хоть глазом моргну?

— Моргнете. Ведь Ваше Величество дорожит своим народом больше, чем кто-либо другой.

— О? Любопытно, что стало причиной столь пустых иллюзий.

— Разве вы не участвуете лично в каждом походе, даже в тех, где ваше присутствие не обязательно?

— А, это потому, что мне приятнее покинуть этот смердящий дворец.

— Кроме того, вы рискуете собой и всегда заманиваете тварей в безлюдные места. Разве присутствие Вашего Величества на поле боя не является залогом того, что жертв среди мирных жителей будет в разы меньше?

Херейс умолк и молча впился взглядом в Элеонору. Она не отвела глаз.

— Это оценка твоего отца, графа Сноу?

— К такому выводу я пришла сама, на основании деяний Вашего Величества.

— Хм.

Херейс скрестил руки на груди и, постукивая указательным пальцем, пристально смотрел на нее. Спустя долгое время он наконец заговорил.

— Не знаю, чего ты хочешь добиться, став императрицей лишь на бумаге, но эта роль вовсе не так блистательна и прекрасна, как кажется.

— Я никогда и не желала этого.

— Тогда чего же ты хочешь? Думаешь, сев на трон, сможешь отомстить Оуэнам и Осборнам?

— С этими предателями я разделаюсь сама. Причина, по которой мне нужен титул… — она замялась. 

Возможно, ее слова приведут императора в ярость, а у нее сейчас не было сил противостоять его гневу. Весь путь сюда она беспрестанно использовала магию, почти не спала и не ела. Элеонора была истощена, а Херейс — пугающе силен. Но лгать она не хотела. Надуманные оправдания не сработали бы с этим человеком, чья душа казалась бездонной пропастью.

— Я просто хочу защитить дом Сноу. Если я стану императрицей, вы остановите мечи, занесенные над моей семьей. Хотя бы раз.

Повисла тишина. Давящая, до звона в ушах, она накатила и придавила Элеонору. Когда от невыносимого давления она была уже на грани обморока, Херейс расхохотался:

— Ха-ха-ха!

Его смех звучал одновременно весело и раздраженно. Оборвав его, он произнес ледяным тоном:

— А ты дерзкая, Элеонора Сноу.

— Я полна решимости сделать все ради спасения своего рода, — не отступала она.

Херейс пристально смотрел на нее. Элеонора видела, что за этот краткий миг в его голове проносятся сотни мыслей. Вероятно, он взвешивает, что приобретет и что потеряет, посадив дочь Сноу на трон императрицы.

Прошло мгновение, показавшееся Элеоноре вечностью, прежде чем он вновь заговорил:

— Так и быть, ради семьи жены я вмешаюсь один раз.

Такого простого ответа она не ожидала и поначалу даже не осознала его смысл. Херейс поднялся с дивана и посмотрел на ошеломленно глядящую на него снизу вверх Элеонору.

— Но помни: в этих стенах ты не найдешь тепла. Тебя ждет холод и жизнь на лезвии ножа.

Только тогда Элеонора поняла, что он принял ее просьбу, и на ее губах появилась слабая улыбка.

— Северяне привыкли и к пронизывающему холоду, и к острому льду.

— Что ж. Посмотрим, как долго ты продержишься.

Херейс бесстрастно наблюдал за ее безупречной улыбкой, понимая, что ей сейчас совсем не до смеха. Он не вполне верил ее словам об истинных намерениях. Шансы всегда были пятьдесят на пятьдесят: либо она говорит правду, либо лжет.

Может быть, сама война на Севере — лишь часть вражеского плана. Вдруг лорды Севера сговорились и разыгрывают междоусобицу, чтобы подослать к нему убийцу? На совете он об этом не думал, но стоило дочери одного из этих домов явиться и заявить, что она готова стать императрицей (которая может умереть в любой момент), как подозрения возникли сами собой.

— Благодарю, что вняли моей просьбе. Я никогда этого не забуду и всю жизнь буду перед вами в необъятном долгу.

К тому же, манера речи Элеоноры больше походила на рыцарскую, чем на речь благородной леди. Было видно, что она старается говорить как аристократка, но в важные моменты ее выдавал тон воина. Очевидно, она тренировалась наравне с мужчинами.

Если она пришла за моей головой, то ее подход отличается от всех предыдущих жен. Если все это — заговор, Херейсу было даже любопытно, как именно она нападет. Разумеется, он не дастся ей так просто. Он убьет ее, а затем двинется на Север и вырежет все три северных рода до единого.

И все же он внял ее просьбе лишь потому, что она была из рода Сноу. Пусть Оуэны и Осборны и загнали их в ловушку своими интригами, этот дом все еще оставался силой, с которой нельзя было не считаться. Даже вдовствующая императрица не решалась тронуть их, понимая, насколько дорого ей это обойдется. 

Так что, если у этой женщины нет скрытых кинжалов за пазухой, она может продержаться на троне дольше остальных.

— Прошу прощения, Ваше Величество. Могу ли я вернуться на Север?

— Это исключено, леди Сноу.

— Простите?

— Вдруг в этой кошмарной бойне пострадает твоя драгоценная особа? Не хватало еще, чтобы на теле будущей императрицы появилась хоть одна царапина.

Он не мог отпустить ее, потому что не доверял. Кто знает, может, она вернется туда, чтобы закончить подготовку к их общему заговору.

— Вы мне не верите.

Элеонора проницательна. Или просто умна?

— С чего бы мне верить? Мы знакомы всего несколько часов.

— Тогда что мне делать?

К удивлению Херейса, она не стала протестовать. Верный выбор. Если бы она начала спорить, он, не раздумывая, снес бы ей голову.

— Ты выглядишь изможденной.

Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: Элеонора скакала несколько дней напролет без сна и отдыха.

— Я пришлю людей, отдыхай. Отныне делами Севера займусь я.

***

Под присмотром главного камергера Элеонору отвели в другую комнату. Как только она осталась одна, тревога накрыла ее подобно приливной волне.

Не то чтобы она не доверяла Херейсу Дельгадо. Хоть она и жила на Севере, она всегда следила за новостями из столицы. Император всегда держал свое слово, и, вероятно, сдержит его и на сей раз.

Но время… Время было ее главным врагом. Сколько потребуется гонцу, чтобы достичь Севера? Что, если он прибудет слишком поздно, когда замок Сноу уже будет превращен в руины?

Остается только верить, что они держатся. Больше Элеонора ничего не могла. Если бы она воспротивилась и потребовала отправить ее на Север вместе с гонцом, меч Херейса уже перерубил бы ей шею. Сейчас у Элеоноры не было сил даже на то, чтобы отразить один его удар.

Если гонец успеет и Оуэны с Осборнами отступят, дому Сноу потребуется много времени, чтобы оправиться. Поэтому у нее не было иного выхода, кроме как стать императрицей. Даже если ее положение шатко, как пламя свечи на ветру, статус «семьи императрицы» послужит щитом для ее родных. Даже если Оуэны и Осборны ослеплены жадностью, у них должно хватить благоразумия не нападать в открытую на родственников императора.

Они могут строить козни исподтишка, но я могу лишь молиться, чтобы отец справился. А я, как только освоюсь здесь, найду способ помочь. Внезапно волна горя захлестнула ее. Элеонора закрыла лицо руками. Перед глазами ярко всплыли мертвые тела, тряпками лежавшие на земле. Все эти люди были ей знакомы. Сильные, веселые, отважные воины дома Сноу. И…

Брат…

Графство лишилось наследника. Элеонора лишилась старшего брата. Элдерик часто нес дозор на передовой, охраняя границы, но дома он всегда был надежным сыном и добрым братом.

«Береги себя, Эли. Держись позади меня», — его последние слова все еще звенели у нее в ушах. Крики и стоны, доносившиеся отовсюду, были настолько живыми, будто она стояла посреди того побоища. Из-за необходимости спасать род у нее даже не было времени оплакать мертвых.

Успели ли их похоронить? Или тела все еще брошены на поле боя, потому что выжившим некогда перевести дух? Сейчас холодно, они не должны сгнить быстро…

— Ух… — всхлип вырвался против воли.

Сгнить. Со временем они превратятся в прах. Больше не живые; их сердца остановились, они стали неорганической материей.

Тук-тук.

От стука в дверь Элеонора мгновенно затихла. Она вытерла слезы тыльной стороной ладони и в секунду взяла себя в руки.

— Да.

— Я по приказу Его Величества. Могу я войти?

— Войдите.

В комнату вошла обычная женщина с каштановыми волосами и карими глазами, ничем не примечательная.

— Я Сисиль, придворная горничная. Его Величество велел мне прислуживать вам, чтобы вы ни в чем не нуждались.

— Вот как.

— Могу я узнать, как мне к вам обращаться?

— А кем меня назвал Его Величество?

— Он просто велел прислуживать гостье Дворца Тюльпанов.

— Что ж, тогда это все, что тебе нужно знать.

Сисиль растерянно моргнула, не услышав имени. Но Элеонора не собиралась раскрывать себя. Кто знает, что за люди обитают в этом дворце.

Рано или поздно все узнают, но не сейчас.