Летиция, до сих пор не сводившая с него взгляда, наконец сумела прийти в себя и попыталась снять пальто.

— Не делайте этого. Не надо. Я хочу, чтобы вы надели его.

— Но Ваше Величество.

— Все в порядке. Моя рубашка теплая, — искренне выпалил Дитриан. — Здесь очень холодно. Вы можете заболеть. Я отведу вас в ваши покои.

Дитриан заботливо согрел ее руки своим дыханием.

— Я сопровожу вас в западный звороец.

— Западный дворец? — с любопытством спросила Летиция.

Услышав это, Дитриан осознал свою ошибку и на мгновение замешкался.

— …

Летиция не помнит, что с ней случилось. Она не знает, что он вошел в ее спальню без разрешения, и не знает, что он ждал под дверью всю ночь. Дитриан попытался сглотнуть, но во рту пересохло. Как бы он не убеждал себя в том, что сделал это только ради ее безопасности, признаться в таком постыдном поступке ему было не под силу.

Особенно сейчас, когда ему изо всех сил нужно постараться соблазнить ее. Немного подумав, он все же сумел найти оправдание необдуманным словам.

— Я слышал, что вы несколько дней оставались в западном дворце.

Это не было ложью, хотя он и оправдывался, словно ребенок.

Не заметив подвоха, Летиция кивнула.

— Да, так и было, но не теперь. Сейчас я живу в Божественном дворце.

— Божественном дворце?...

Дитриан всеми силами старался сохранить выражение спокойствия на лице. К счастью, Летиция не заметила никаких изменений. Он вздохнул, и крепче сжал ее маленькие ручки.

— Что ж, я отведу вас туда.

— Я могу дойти сама...

— Нет, это опасно.

Дитриан поплотнее укутал ее в пальто, затем прижался губами к тыльной стороне ее ладони.

— К тому же, я волнуюсь за вас.

Лицо Летиции покраснело. В конце концов она последовала за ним, даже не думая расцепить их сплетенные пальцы.

***

В ту самую ночь, на другом конце континента, в королевском замке Зенос, откуда своей страной правил Дитриан, произошли небольшие волнения. Королева Агата, внезапно проснувшись от сна, умоляла отвести ее в сад.

— Мой ребенок скоро появится. Я хочу приготовить для него цветы. Мне нужно в сад.

Мудрая и сострадательная королева Агата семь лет назад в одночасье потеряла и мужа, и сына, и, потеряв рассудок, вела теперь себя как малое дитя. Пострадал не только ее дух, но и тело. С каждым днем она становилась все слабее, и окружавшие ее люди то и дело волновались, что ее здоровье подорвется еще больше.

— Королева Агата, за окном ночь, и погода сегодня довольно прохладная. Сходим в сад завтра. Служанка приготовит горячее какао и почитает вам сказки.

— Не нужны мне никакие сказки. Я иду в сад.

Юлия, рыцарь, сопровождающая королеву, недоуменно взглянула на своего коллегу, которого звали Виктор. Мгновение поразмыслив, Виктор открыл шкаф и вынул из него пальто и шарф.

Юлия нахмурилась и угрюмо прошептала:

— Ты хоть представляешь, какой там колотун? Она простудится.

— Пусть лучше так, чем снова поранится, пытаясь улизнуть, как в прошлый раз.

— И то верно.

Виктор осторожно продел руку Агаты в рукав пальто. Юлия, в свою очередь, обернула шарф вокруг ее шеи. Возбужденная Агата не унималась.

Ее длинные черные волосы были заплетены в тугую косу, и она все еще была похожа на молодую девушку. Карие глаза мягко блеснули.

— Скоро появится мой ребенок. Мне нужно собрать цветы в саду. Они прекрасно подойдут моему ребенку.

О каком ребенке она говорит?

Озадаченная Юлия быстро спохватилась.

— Ах, Его Величество герцог. Совершенно верно. Он скоро вернется.

Агата не ответила, и направилась к саду. Ее тень плавно вытянулась в мягком свете.

Юлия обеспокоенно посмотрела вслед стройной фигуре.

— В последнее время она много спит. Кажется, госпожа совсем обессилела.

— Не волнуйся. Врач сказал, что все в порядке. Когда потеплеет, все вернется в норму, — ободряюще сказал Виктор Юлии, которая никак не могла перестать волноваться.

— И все же.

— Ты забыла? Ее Высочество Агата — Гиллиад. Для нее долго спать — вполне естественно.

Гиллиад — сновидец.

Так же, как у Империи есть девять крыльев, в герцогстве есть двенадцать семей-хранителей, унаследовавших защиту Дракона. Отпрыск одной из семей, носивший фамилию Гиллиад, по собственным снам сумел предсказать будущее страны, и мог тем самым повлиять на ход событий. Пока Гиллиад был жив, Империя не решалась пересекать границы Герцогства, ведь он мог предвидеть будущее и, благодаря его дару страна была в силах подготовиться ко всему, что планировала Империя. Но то было в прошлом. От семьи осталось лишь давно позабытое имя.

Услышав шутку Виктора, Юлия наконец смягчилась и даже выдавила из себя улыбку.

— Было бы здорово, будь она взаправду ясновидящей.

Все начиналось как шутка, но внезапно Юлия побледнела.

— Тогда Его Величеству не пришлось бы уезжать в Империю…

— ...

Виктор тяжело вздохнул, ничего не ответив.

Для подданных герцогства Дитриан был не просто королем. Все искренне желали ему счастья. Он начал править в возрасте всего шестнадцати лет. Став королем в таком юном возрасте, он испытал на себе множество лишений, жертвуя собственным счастьем, дабы вынести тяжесть короны. Каждый подданный надеялся, что когда-нибудь он повстречает любимую женщину и построит счастливую семью.

— Слухам не всегда можно верить, — весело сказала Юлия, пытаясь убедить то ли себя, то ли друга, — быть может, она окажется достойным человеком.

— Надеюсь...

— Нет нужды в хорошем человеке. Я просто хочу, чтобы все было нормально. Я буду рад, даже если она просто не окажется убийцей, как говорят слухи, - возразил Виктор Юлии.

Тем временем королева Агата подобно бабочке направилась к розовому кусту. Долгое время она срезала цветы, собирая их в корзину, а затем повернулась к Юлии и Виктору. Мужчина широко улыбнулся своей королеве.

— Дитя мое, ты уже здесь!

Виктор и Юрия не были смущены внезапным заявлением. Агата часто не могла отличить свои грезы от реальности. В таком случае безопаснее всего для здоровья королевы было подыгрывать ее словам.

Виктор вежливо склонил голову.

— Верно. Я только что прибыл.

— Ты, должно быть, прошел долгий путь.

Агата с любовью посмотрела на светлые волосы Виктора и протянула к нему руку. Мужчина учтиво склонил голову, позволяя женщине погладить его по плечу.

— Но дитя мое. Ты намного крупнее, чем я помню.

Подбирая ответ, Виктор улыбнулся.

— Ты, должно быть, как следует подкрепился по возвращении. Молодец. Если и в будущем не будешь пропускать приемы пищи, будешь здоров как бык. Хорошо?

Виктор, с удовольствием уплетавший по целой индейке в день, улыбнулся и кивнул.

— Даже если небо упадет нам на головы, нельзя забывать о еде.

— Не тревожьтесь обо мне слишком сильно, моя королева.

— Мне не нравится, когда ты называешь меня королевой. Зови меня мамой.

— Да?...

— Матушка тоже звучит чересчур чопорно. “Мама” — ну же, попробуй.

Виктор смущенно моргнул, а Агата расхохоталась.

— И правда, мама это немного слишком? Все посчитают меня глупой. Но что поделать, я всегда хотела стать тебе матерью.

— ...

— Потому что наше дитя всегда выглядело таким одиноким.

Агата слабо улыбнулась. Она взяла Виктора за руку и мягко продолжила:

— Но с этого момента все будет в порядке. Ты ему очень нравишься. Он похож на моего отца, тоже порой немного резок, и не может без труда выразить, что у него на сердце.

О ком она говорит?

Виктор бросил быстрый взгляд на Юлию. Так только пожала плечами, как будто не знала, о ком идет речь. Вместо того, чтобы объясниться, Агата стала напевать, вложив бутон за ухо Виктору. При взгляде на это действо, выражение лица Юлии сделалось странным. Виктор мягко улыбнулся, как будто не сделай он этого, королева не отпустила бы его.

— Детка, хочешь, я сделаю тебе венок?

— Не стоит. Я хочу сказать... — несколько резко начал Виктор, но попытался сгладить свои слова, повернувшись к Юлии, — да, пожалуйста, моя королева.

— Не королева, а мама.

— …

— Ну же, назови меня мамой.

Виктор с трудом открыл рот:

— Да, мама.

— Хи-хик.

Юлия не смогла сдержать смех. Виктор решил, что как только они вернутся в замок, он устроит ей настоящую взбучку. Агата же, казалось, была в восторге все время, пока наряжала Виктора. Водрузив на голову смущенного рыцаря венок, она скользнула по результату своих трудов оценивающим взглядом. Светлые волосы мужчины и алые цветы смотрелись неплохо. Агата заправила прядь волос Виктора за ухо и обратилась к Юлии.

— Моя дорогая, ну разве не красота?

— Да, очень красиво.

Агата смотрела на Виктора так, будто кроме него на целом свете не было ничего более красивого.

В следующую секунду ее затуманенный взгляд медленно опустился, туда, где было сердце мужчины.

— Детка, тебе очень больно?

— Что?

Прежде чем он успел спросить, что она имела в виду, Агата расплакалась.

— Не дóлжно ребенку болеть, этого не должно быть.

Ее худые иссохшие руки не смогли дотянуться до груди мужчины и безвольно упали. Юлия, до этого тихонько хихикавшая в стороне, перестала смеяться. Виктор нахмурился. Девушка ткнула Виктора в бок и тихонько шепнула:

— На этот раз, должно быть, Юлий.

— Думаю, да — кивнул Виктор с напряженным лицом.

Юлия тяжело вздохнула. Девушка взяла Агату за руку и ласково сказала:

— Королева Агата, может, вернемся в комнату?

— Дитя, дитя...

— Виктор... вернее ваше дитя, должно быть, устало от долгого путешествия. Вам следует отдохнуть.

Агата застонала. Схватив Виктора за руку, она стала умолять его.

— Детка, на этот раз, пожалуйста, скажи, если заболит. Если тебе придется нелегко, не стоит страдать еще и от одиночества.

— ...

— Дитя мое, пожалуйста. Умоляю, не будь одиноко. О, как я ненавижу, что тебе приходится страдать в одиночестве.

Агата плакала так отчаянно, что и глаза Юлии невольно покраснели. Виктор тут же снял венок, и преклонил колено перед королевой.

— Не волнуйтесь, королева. Нет, мама, — торжественно сказал он, держа Агату за руку, — Я непременно скажу вам, если будет больно. В этот раз я ни за что не останусь один.

— В самом деле?

— Да. Так что не тревожьтесь. И не плачьте.

Виктор поцеловал ее руку.

— На сердце очень больно, когда моя мама плачет. Впредь вы должны быть только счастливы.

— Хорошо.

В тот момент Агата широко улыбнулась. Юлия вытерла глаза рукавом, а Виктор ласково попросил:

— Мама. Может, мы вернемся в нашу комнату? Я бы хотел почитать маме книгу.

— Да. Конечно, — тихо кивнула Агата.

Когда Виктор обнял ее, она радостно воскликнула:

— Мой ребенок такой сильный.

Юлия рассмеялась сквозь слезы, и мужчина, хихикнув, двинулся к замку, держа королеву под руку.

Все трое довольно быстро прибыли в покои королевы. Уложив Агату на кровать, Виктор начал читать ей детскую сказку. Даже тогда он не снимал с головы венка.

— Прекрасная дева не унимала плача. Тогда, обеспокоенный дракон решил покинуть свое королевство, чтобы отправиться на помощь плачущей деве. Ему казалось, что так ее слезы прекратятся.

Мягкий голос мужчины наполнил комнату. Это был любимый миф Агаты об основании королевства. Еще раз медленно моргнув, королева провалилась в сон.

Виктор, а вернее сказать, дитя, читавшее книгу своей названной матери, взглянул на королеву.

— Вы спите?

Агата попыталась покачать головой. Потому что ей очень не хотелось расставаться с девушкой, которую она только что встретила.

И все же тяжелые веки продолжали смыкаться. Тихонько закрыв книгу, она присела рядом с Агатой. Длинные светлые волосы ниспадали на плечи.

— Доброй ночи. Я спою вам колыбельную.

Раздался приглушенный голосок. Совсем как в ее снах, этот голос был таким успокаивающим. На губах Агаты появилась умиротворенная улыбка. Как могло такое прекрасное дитя стать женой ее сына? Красиво уложенные длинные светлые волосы, наполненные жизнью ясные зеленые глаза, аккуратные носик и чувственные алые губы.

С макушки до кончиков пят все в ней было наполнено красотой и изяществом. Сердце Агаты колотилось от одного только взгляда на это дитя, и королева беззвучно окликнула ее.

Ее дитя.

Ее хорошенькая Летиция.