Той ночью Летиция провела время с Дитрианом так, как всегда мечтала. В отличие от Летиции, которая была необычайно счастлива той ночью, Ноэль не спала всю ночь. И все из-за Летиции и Ахина. После встречи с Летицией жизнь Ноэль кардинально изменилась. Словно бы затянутое тучами небо впервые прояснилось, и ее мрачный мир обрел краски. И все же... 

“Ахин — по-прежнему крыло Жозефины”. 

К сожалению, Ахин, ее возлюбленный, все еще был верен Жозефине. Несмотря на то, что Ноэль испытывала счастье, обретя свою госпожу, она точно так же теряла терпение.  

“Когда же Ахин сможет уйти от нее?” 

Поскольку до отъезда Летиции из Империи оставалось всего несколько дней, Ноэль стала настойчивее в своих стремлениях. В конце концов, сдерживая нетерпение, она намекнула Ахину на историю Летиции. Но, наконец решившись... 

<Не может быть никаких других святых, кроме госпожи Жозефины, Ноэль. Она — единственная, о ком мы должны заботиться>. 

Ахин разбил ее надежды в пух и прах. Насколько же жесток был Ахин, сказав ей, что даже если у неба две стороны, этот факт не изменится. 

Печаль окутала Ноэль. Даже не подозревая об этом, она попыталась возразить. У каждого из нас по два глаза, так почему же ты не можешь разглядеть, что Летиция — наша госпожа? Почему не видишь святости в ней? В конце концов, после неприятного разговора, который состоялся между ними два дня назад, Ноэль начала холодную войну с Ахином. Фактически, это была односторонняя война. Ахин был занят подготовкой к сопровождению делегации Герцога. И все же тот факт, что Ахин будет сопровождать Летицию, немного утешал. 

“Еще рано терять надежду. Встретившись с госпожой Летицией, Ахин в конце концов оценит ее по достоинству.”  

Несмотря на то, что Ноэль успокаивала себя этой мыслью, ее неумолимо затягивала депрессия. 

“В итоге мне суждено остаться одной.” 

В отличие от Ахина, Ноэль придется остаться в Империи. Жозефина ни за что не отпустит ее. 

“Я должна сделать это ради госпожи Летиции. Нельзя жаловаться.” 

Проведя всю ночь в тревогах, наутро Ноэль получила неожиданные новости.  

— Меня тоже отправляют сопровождать делегацию Герцога? 

К удивлению Ноэль, ей сообщили, что не только Ахин, но и она примет участие в сопровождении делегации герцога. 

— Правда? Я правда отправлюсь сопровождать герцога вместе с остальными? 

— Да. Сама Святая распорядилась. 

О боже. Жозефина, неужели настал день, когда ты сочла меня полезной? 

Ноэль заставила себя опустить уголки губ, которые медленно поползли вверх. 

Она едва не позволила себе улыбнуться, поэтому поспешно прикрыла рот ладонью и вышла. 

— Я поняла! 

Следовать за Летицией в герцогство. Кроме того, с Ахином! Сердце радостно билось в груди. Ноэль казалось, что она вспорхнула высоко в небо. 

“Нужно... нужно скорее сообщить госпоже Летиции!” 

Она, должно быть, очень обрадуется, услышав эту новость. 

Ноэль со всех ног помчалась в комнату Летиции. Она была похожа на щенка, бегущего к своему хозяину, весело размахивая хвостом.  

“Нужно проверить сегодняшнее расписание госпожи Летиции”. 

В расписании не было ни одной свободной минутки. Поскольку свадьба была назначена на завтрашний день, многое нужно было проверить. В том числе, одним из пунктов стояла примерка свадебного платья. Глаза Ноэль радостно сверкнули.  

“Я смогу увидеть свадебное платье госпожи Летиции!” 

Шаги Ноэль были легкими от волнения.  

— Дверь открыта? 

Почему-то дверь в комнату Летиции была приоткрыта. Ощущая странное чувство тревоги, Ноэль зашагала быстро, но знакомый стон прорвался сквозь ее барабанные перепонки.  

— Ух! — послышался голос Летиции. 

Ноэль толкнула дверь, не раздумывая. Летиция лежала на полу, полуодетая в белое свадебное платье. 

Пока Летиция пыталась встать, придворные Жозефины, хихикая, закатывали глаза. 

— Хватит притворяться. Поднимайся, мы тоже заняты. 

— Чего растянулась? Хватит притворяться слабачкой. 

— Вставай скорее! Как же утомительно помогать тебе готовиться к свадьбе. 

Ноэль медленно моргнула. Она не могла поверить в то, что видит.  

Нет, она не хотела в это верить. Ее единственная госпожа упала от изнеможения без ее присмотра. 

“Какого черта, почему?” 

Все из-за этой сволочи. 

— О, госпожа Ноэль, вы здесь!  

Одна из придворных узнала Ноэля и громко поприветствовала ее. 

— Почему вы пришли? 

Ноэль невыразительно уставилась на прислугу. Ее глаза были холодны, как вьюга посреди зимы.  

— Госпожа Ноэль, вы, должно быть, заняты.  

Прислуга подбежала к ней, сцепив перед собой руки. Они улыбались и вели себя так, будто хотели казаться милыми. 

— Мы как раз обучали эту сучку.  

— Обучали? 

— Раз уж госпожа Ноэль будет отвечать за эту девку, я боялась, что маленькая дрянь доставит хлопот Великому Крылу вроде вас... Ах!  

Служанка не успела закончить фразу. В мгновение ока что-то потащило ее по коридору. Обе ее лодыжки связывала прозрачная веревка из воды. 

— Ух! — служанка, сильно ударившись головой, с приглушенным звуком осела на пол.

Ноэль, холодно взглянув на нее, быстро нарисовала в воздухе узор одной рукой. Прозрачная вода, приняв плотную форму, изогнулась, словно кнут.  

— Ай!  

Придворная, скорчившаяся на полу, мгновенно перевернулась вверх тормашками и теперь свисала с потолка вниз головой. Другие придворные, наблюдавшие за происходящим в комнате, разинув рты, уставились на Ноэль. 

— Госпожа Ноэль, что вы...?  

Вместо ответа Ноэль сделала шаг вперед. Летиции наконец удалось подняться. Ноэль скрипнула зубами. Больше всего ей хотелось ринуться и помочь Летиции, но она не могла позволить себе этого, ведь за ними наблюдало слишком много глаз.

— Ай!  

— Аа! 

— Помогите! Спасите! 

Спустя мгновение все служанки уже свисали с потолка, как и их коллега, которую подвесили первой. Как бы они ни трепыхались, веревка, сотканная из струи воды, не отпускала их. Даже больше, она стянула лодыжки сильнее настоящей веревки и больно вонзилась в плоть.  

— Нет, госпожа Ноэль! Зачем вы это делаете?! — всхлипывали дворцовые служанки под страхом смерти, которая неумолимо приближалась. 

— Почему, почему? 

— Вы, кажется, не поняли, — холодно заявила Ноэль, — следить за порядком в Западном дворце — это миссия, которую на меня возложила Святая. Кто вы такие, чтобы выходить за рамки этой миссии? 

Ноэль не использовал угрозы. Ее голос сходил на ледяной шепот. Тем не менее, лица королевских служанок побледнели. Ноэль произнесла это таким жутким голосом, какого они никогда прежде не слышали.  

— Как смеют... как смеют такие отбросы как вы... 

Придворным казалось, что они не просыпаются от кошмара. Ужасающе яркого и правдоподобного кошмара. 

За свою долгую жизнь в храме им довелось повстречать несколько крыльев. За исключением первого крыла, лицо которого окутывала вуаль, остальных они знали в лицо. Чем больше смотришь на крылья, тем меньше они становятся похожи на людей. В дополнение к нечеловеческой силе, сама личность крыльев зачастую выходила за рамки нормы. Второе крыло, Тенуа, был ярким тому примером. Бывший лидер наемников, он был известен своей жестокостью. Когда появился Тенуа, порядки в храме переменились. Никто не знал, когда и в чем его обвинят. Когда кого-нибудь ловили, девять из десяти не могли пережить его гнева. Жозефина не останавливала злодеяния Тенуа, а скорее благосклонно терпела их, а потому бессильные придворные избегали его как могли. С любимым крылом Жозефины, Ахином, также было трудно справиться. Его ничего не выражающий взгляд алых глаз и устрашающая сила крыльев, которым подвластна сила ветра, тоже были проблемой. Сущность его была бесстрастной и ледяной, и, казалось, даже полосни его ножом, человеческая кровь не просочится из жил. 

Ноэль же была другой. Она была доброжелательной и дружелюбной, словно радушная соседка. На ее лице всегда была улыбка, и она был добра к придворным. Несмотря на то, что являлась крылом богини, она ни разу не попыталась утвердить свою власть, поэтому все в святилище любили Ноэль. Никто из присутствующих не мог представить себе такую ситуацию.  

— Не поймите нас превратно. Мы просто помогали подготовиться к свадьбе! 

— Как смеешь ты просить о понимании? Эта задача была поручена мне, — холодно заявила Ноэль, делая ударение на последнее слово. 

— Слушайте внимательно! 

Через некоторое время перед лицами придворных из ниоткуда появилась прозрачная водная пленка. От одного вида Ноэль, холодно смотрящей на них через водную гладь, они содрогнулись. 

— С этого момента вы умолкнете. Если вы еще раз закричите, вода не позволит вам сделать и вдоха.  

При этих словах лица придворных побледнели. Они, наконец, поняли, что сомневаться в угрозах Ноэль нельзя. 

Ноэль же поспешила вернуться в комнату, с трудом преодолевая сильное желание убить их. 

Как только она вернулась из коридора в покои, бросилась к Летиции и помогла подняться, поддерживая ее под локти. 

— Госпожа Летиция, вы ранены? 

Как будто всего минуту назад она вовсе не была безжалостной к прислуге, теперь ее лицо переменилось, и она смотрела на Летицию теперь измученно, не зная, чем помочь. 

— Я в порядке. Я не ранена, — слабо улыбнулась Летиция, но Ноэль с трудом верилось в ее слова. 

Прошло меньше недели с тех пор, как она по-настоящему узнала Летицию, но уже сейчас без труда могла уловить тончайшие колебания в ее состоянии. 

Летиция так стойко переносила невзгоды и боль. Так было и в тот день, когда Ноэль впервые встретила Летицию. Некоторое время он лежала в холодной грязной луже. Даже тогда она ни на секунду не показала, что ей плохо, и поспешила успокоить взволновавшуюся Ноэль. Так и во время чаепития она утешила Ноэль, сказав, что ее раны не серьезны, и не должны беспокоить девушку, что заставило последнюю страдать от бессилия. 

Проклятая злодейка Жозефина не считает Летицию за дочь, а потому Ноэль твердо решила для себя, что будет защищать свою госпожу несмотря ни на что, дабы ей больше никогда не приходилось испытывать боль. Потому что это было то, во что она верила всем сердцем. 

— Госпожа Летиция, что это за рана? 

Когда она обнаружила укол иглы на руке Летиции, ей показалось, что небо обрушилась на нее со всей силой.  

— Кто осмелился сделать что-то подобное?  

Затем глаза Ноэль остановились на разбросанных по столу булавках. На платье Летиции была точно такая же булавка с цветком на основании. Ноэль мгновенно все осознала, и в глазах ее вспыхнули искры.  

— Это они сделали. 

Она должна убить их. Подвешивание к потолку было слишком милосердным наказанием. 

— Побудьте здесь минутку. Я обо всем позабочусь и скоро вернусь.  

— Ноэль, о чем ты позаботишься? 

— Я убью их всех. Скоро все закончится. 

— Убьешь? Исключено! 

Летиция поспешно схватила Ноэль за руку. Девушка не могла поверить в услышанное. 

— Вы не позволите? 

— Ты только что наказала их. Этого достаточно. Нет нужды лишать их жизни.  

— Этого недостаточно. Они хотели изувечить вас. 

— Да. Но ты не можешь просто так убивать людей.  

Ноэль больше не могла этого вынести. 

— В самом деле, почему вы такая? Ведь они сделали с вами нечто ужасное. Неужели не понимаете, что мне больно от того, что с вами происходит!