Онлайн чтение книги У меня мало друзей I Don't Have Many Friends
Эпилог

Называть это «концом» язык не поворачивается. Это скорее развилка. Или, может, аперитив перед основным блюдом.

Сразу скажу: это был морок.

Мне вдруг показалось, что мы все на каком-то южном острове. Когда говорят «южный остров», обычно представляешь пальмы, танцы в травяных юбочках и прочую чепуху. Райское местечко. И мы всем «Клубом Соседей» оказались именно там.

Я нежился в шезлонге на пляже, подставляя лицо солнцу. Мария в белом школьном купальнике и Кобато в вызывающем бикини с низкой талией мирно строили песочный замок.

— Аники, хочешь сока?

Я повернул голову. Юкимура. Милая юбка поверх раздельного купальника, в руках — стакан с тропическим соком, украшенный дольками фруктов. Она мило улыбалась.

— А? Ага, спасибо.

Я взял стакан, сделал глоток. Нежная сладость и свежесть — божественное сочетание.

Неподалёку устроилась девушка в очках. Рика Сигума читала книгу, потягивая сок из трубочки. Волосы собраны в хвост, на ней цельный купальник, а поверх него — белый халат, зачем-то. Читала додзинси про то, как «Юникорн Гандам» встречает Еву.

Я перевел взгляд на море. Две девушки весело плескались в волнах.

— Ахаха, лови её!

Красотка в ярком бикини, с платиновыми волосами, голубыми глазами и фигурой фотомодели — Сэна Касивадзаки. Девушка с чёрными волосами, что носилась за ней — Ёдзора Микадзуки.

Слова «сексуально», «мило» или «няшно» к её купальнику были неприменимы. Чёрно-белый полосатый костюм, закрывающий её с ног до головы, от щиколоток до самой шеи.

Улыбки и счастливый смех двух этих красавиц заставляли сердце биться чаще. Даже просто смотреть на них со стороны.

Да, кое-что здесь было странным. Но в целом происходящее можно было назвать мечтой, воплотившейся в жизнь.

Слишком много счастья.

Аж глаза режет.

— Ахаха... мечты сбываются... как же я счастлив... хахаха... мы все такие дружные... ахахаха...

Но, как я и сказал вначале, это была иллюзия.

— Сэ-э-емпай! Кодака-сэмпай, проснись... Эй!

БЗЗ-БЗЗ-БЗЗЫЫЫК!!!

Меня дёрнуло, будто молнией пронзило. Сознание, витающее где-то в облаках, с размаху влетело обратно в реальность.

Кстати, насчёт «будто молнией». Это не фигура речи. Мены ударили самым настоящим, полноценным электрошокером.

Виновница моего возвращения сидела рядом. Если подумать, это всегда была она. Рика Сигума, которая с лёгкостью выбивала меня из колеи, заставляла волноваться и паниковать, но при этом так же легко возвращала обратно.

— Ах-ах-ах... Почему это только тебе можно видеть такие прекрасные иллюзии в свободное время, а? Нечестно, Кодака-сэмпай.

На лице Рики застыла неестественная, слегка безумная улыбка, голос сочился ледяной обидой. Слово «сэмпай» она выделила с особым нажимом, будто хотела вырезать его у себя в сердце. Наверное, потому что сегодня наш последний день в школе, когда мы ещё в отношениях «сэмпай и кохай».

— Я видел такое счастливое видение... — пробормотал я, глядя в пустоту.

— И что же это было?

— Ёдзора и Сэна вместе играли. Похоже, они подружились.

— Это абсолютно ненаучное зрелище.

— Нельзя было сказать как-то помягче...

Но Рика была права. Невозможно представить, чтобы эти двое вот так весело резвились вместе.

Потому что в реальном мире...

— Ты почти готова, Мясо... Я советую тебе сдаться, пока можешь...

Черноволосая девушка, Ёдзора Микадзуки, сверкнула алыми глазами.

— Ах-ах-ах, это тебе стоит сдаться. Ты уже еле дышишь.

Блондинка Сэна Касивадзази сверкала глазами в ответ, на её лице застыла безумная улыбка.

Они одновременно сунули свои палочки в котелок, стоящий между ними, выудили оттуда что-то чёрное и синхронно отправили в рот.

— А-а-а!

Обе невольно издали хриплые звуки. Похоже, обеим достался джекпот.

— Го-го-го-го-го-рячо!.. — Ёдзора схватилась за горло.

— У-у-у... У-у-у-у... Сладко... Но не просто сладко... Это к нёбу липнет... Горло будто медленно гниёт... Какая гадость... — у Сэны закатились глаза, потекли слёзы.

Место, где мы находились, превратилось в настоящий филиал ада на земле.

До начала этого мероприятия комната была чистой, опрятной, в западном стиле. Все семеро членов Клуба Соседей собрались вокруг стола в центре. На столе стояла большая кастрюля. Её содержимое было абсолютно чёрным. Оно кипело с булькающим звуком.

Справа от меня сидела Рика, слева — Мария и Кобато, которые были без сознания.

— Онии-тян... Онии-тян... Демон, там демон хочет выйти...

Похоже, им обеим снились кошмары. Они бормотали во сне с печальными лицами.

Рика сидела рядом с Ёдзорой.

Между Сэной и Ёдзорой сидел наш кохай в форме горничной — Юкимура Кусуноки.

Юкимура молчала. Механически, раз за разом, она двигала палочками от кастрюли ко рту. Это были просто движения — палочки уже давно ничего не захватывали. Глаза Юкимуры были пустыми, как у мёртвой рыбы.

— Юкимура... И ты пала... — прошептал я с печальным лицом.

— Эй, Кодака, тебе тоже надо есть.

Голоса Ёдзоры и Сэны звучали возбуждённо.

— У-у-у...

Я протянул палочки к дымящемуся котлу, чувствуя, что сейчас расплачусь.

Из кастрюли исходил ужасный запах. Сладкий, тухлый и кислый одновременно. Такая вонь, от которой кожа покрывается мурашками, а глаза и нос начинают невыносимо чесаться и болеть. Короче, от этого запаха становилось реально дурно.

— Эм, а вы уверены, что этот набэ не ядовит?

— Вряд ли, Кодака-сэмпай... Детектор ядов Рики должен безошибочно определить любой яд. Всё должно быть идеально... наверное...

Рика и сама не была уверена.

А что мы вообще делали? Мы ели тёмный набэ.

Всё началось несколько дней назад.

Учитывая наше мрачное предвыпускное настроение, мы хотели сделать что-то особенное в Клубе Соседей после церемонии вручения дипломов. Что-то, чему все смогут порадоваться. Пока мы обсуждали, что бы такого придумать, Сэна играла в игру, где по сценарию «Друзья устраивают вечеринку с набэ». Увидев это, Ёдзора пробормотала: «Есть набэ вместе — это так по-дружески. Было бы весело».

Я и Сэна согласились.

Тогда Ёдзора сказала:

Тренировка перед тем, как мы подружимся.

Но вернёмся к главному. Сама идея «поесть набэ всем вместе» звучала очень заманчиво. Я и все остальные, кто был там, согласились. Студенческая жизнь — это когда ешь набэ с утра до вечера в общаге. А так как я через месяц сам должен был стать студентом, мне захотелось прочувствовать это заранее.

Когда мы обсуждали, какой именно набэ будем готовить, Сэна сказала: «Я хочу сделать тёмный набэ».

Похоже, в другой игре тоже был сценарий, где лучшие друзья готовят набэ вместе. Сцена, где все кричат и едят набэ, казалась очень счастливой.

Слушая это, мы подумали: «Звучит весело». К тому же, в тёмном набэ есть что-то особенное, что можно делать только с близкими друзьями. Это казалось идеальным для Клуба Соседей.

Решив готовить тёмный набэ, меня, как единственного, кто умеет готовить в Клубе Соседей, назначили ответственным за бульон.

На выходных я начал варить чёрный бульон.

Тёмный набэ называется тёмным, потому что перед тем, как кидать ингредиенты, в комнате выключают свет. Сам бульон не обязан быть чёрным, но я понял это неправильно.

Короче, я взял за основу чернила каракатицы и чёрный кунжут и сварил вкусный «Чёрный бульон» — островатый, с насыщенным морским вкусом. В понедельник, в день выпускного, я при помощи Рики притащил кастрюлю с бульоном. Мы выключили в клубе свет, одновременно закинули туда все ингредиенты, которые принесли, и наконец-то начали нашу вечеринку с тёмным набэ.

И вот мы здесь.

Чёрный бульон, который я так старательно готовил, начал издавать неописуемый зловонный запах. Хотя цвет оставался чёрным, сама жидкость превратилась в какую-то субстанцию, похожую на болотную жижу.

В правилах было чётко сказано: нельзя кидать несъедобные вещи и ядовитые вещества. Тогда почему мне всё это привиделось?

Перед тем, как всё закинули в котёл, все были счастливы. Но как только приятный морской аромат сменился запахом тухлятины, улыбки исчезли с лиц без следа.

А когда все начали вылавливать еду из котла, стало ещё хуже.

Мария и Кобато, наши младшенькие, продержались минут десять и выбыли из битвы.

А вот Ёдзора и Сэна...

— Это всё ты со своими дурацкими идеями — есть тёмный набэ!

И вот так они продолжали обвинять друг друга.

Между ними неожиданно возникло правило «Кто последний выживет, тот и победил».

Сейчас даже Юкимура была уже готова.

К счастью, мне пока удавалось вылавливать относительно нормальные ингредиенты — фрикадельки и конняку (которые я сам принёс), так что я держался. Но отвратительный сладкий запах, пропитавший всю комнату, уже отправил меня в нирвану.

Рика с её дурацкими вкусовыми рецепторами всё ещё была жива, но глаза у неё уже были на мокром месте. Я даже не знал, хорошо это или плохо.

Мы с Рикой одновременно засунули палочки в котёл, выловили два чёрных куска и с неохотой засунули их в рот.

Набэ был отвратителен на вкус, но сами ингредиенты... ничего... просто... просто... немного... как бы это сказать? По ощущениям... цветная капуста?

Рике, похоже, досталось что-то пострашнее.

— Судя по воспоминаниям Рики, больше всего этот предмет на вкус напоминает... дезинфектант.

— И ты туда же?

Тёмный набэ, как и ожидалось, это то, что можно с радостью и миром готовить только с очень близкими друзьями.

Таким, как мы, далёким от «радости и мира», лучше было в это не ввязываться.

Более того, наши члены клуба были просто асами в искусстве вредительства. Они принесли маршмеллоу, фрукты, чипсы и другие ингредиенты, тщательно подобранные для достижения различных эффектов.

Почему я тогда подумал: «Это, похоже, весело»?

Я чувствовал глубокое раскаяние.

— Ну что, следующий раунд...

Ёдзора и Сэна, сверля друг друга взглядами, обливаясь холодным потом, страшно ухмылялись.

Мне ничего не оставалось, кроме как тоже взять свои палочки, и мы втроём одновременно опустили их в котёл, выбирая добычу.

Они обе разом засунули еду в рот и проглотили...

— А... а-а-а... А-А-А-А-А!!!

Сэну вырвало!

Ёдзора, наблюдавшая за этим с близкого расстояния, на секунду торжествующе ухмыльнулась, но в следующее мгновение её лицо побледнело, и...

— У-у... У-у-у-у...

Её тоже вырвало.

А затем глаза у обеих закатились, и они потеряли сознание.

— Ай! Эй, вы как, живы!?

Никто не ответил.

Фу... даже блевотина у них чёрная... какая гадость...

Меня самого сейчас вырвет. Я быстро открыл окно и вдохнул свежий воздух.

— Вдох... Выдох... Вдох... Выдох...

Сосредоточившись только на дыхании, я решил, что нужно прибраться, и вышел из клуба за тряпками.

Что же теперь делать... Они ещё и на ковёр наблевали...

Я шёл по коридору и, подняв голову, невольно посмотрел на табличку на двери.

«Комната для консультаций №4».

До того, как превратиться в этот ад и филиал морга, здесь была комната Клуба Соседей.

Клуб Соседей.

Целью наших занятий было «завести друзей».

Содержание этих занятий было каким угодно. Наверное, лучше сказать, что оно было бессистемным. Иногда мы просто искали, чем бы заняться в одиночку, иногда болтали, играли в видеоигры, сами делали игры, писали романы, рисовали мангу, играли на музыкальных инструментах, разыгрывали сценки, пытались шутить, тренировались говорить с иностранцами или варили тёмный набэ.

Мы встречались здесь, смеялись и плакали, иногда ссорились, иногда помогали друг другу. Кто-то притворялся, что ничего не замечает, кто-то влюблялся, а кто-то разбивал себе сердце.

Мы делали здесь всё это.

В будущем у нас наверняка будет много разных событий. Мы встретим много людей, подружимся с некоторыми, влюбимся в некоторых, а может, и создадим с кем-то семью. Но я чувствую: сколько бы времени ни прошло, я никогда не забуду то время, что мы провели здесь.

Вместе мы прожили почти два года нашей никчёмной юности. Если бы нужно было озаглавить эти дни нашей жизни, я бы предложил: «У меня мало друзей».

У меня есть несколько друзей.

Их действительно немного, но они есть.

Для постороннего наблюдателя это, наверное, выглядит жалко: молодой человек, такой же чёрный и хаотичный, как этот тёмный набэ.

Но если спросите нас, это время было бесценно. Время, которое будет сиять в наших сердцах всю оставшуюся жизнь.

Это не иллюзия. Это точно отпечаталось там:

Штамп, который гласит: «(К сожалению) навечно в наших сердцах».