Онлайн чтение книги Эффект клейма Stigma Effect
Глава 89

Шудмуэль бросил носовой платок Юриэль, которая наконец перестала плакать, и негромко произнёс:

— Кажется, это как-то связано с монстрами, поэтому ты долгое время так беспокоишься.

— Ты не удивлен…

Девушка подобрала упавший перед ней носовой платок и перевела дыхание. Мужчина не выказал никаких признаков удивления ее шокирующим заявлением.

Он все еще угрюмо сжимал подбородок.

— Было много признаков того, что ты можешь иметь какое-то отношение к монстрам, так что это неудивительно. Видеть сны о предвидении было ненормально.

— Ты хочешь сказать, что я не ошибаюсь.

— Да.

— … Было бы неплохо, если бы ты упрекнул меня в том, что я думаю о бесполезных вещах, — слабым голосом произнесла девушка, опуская руки.

Было бы лучше, если бы Шадмуэль отмахнулся от этого как от чепухи и посоветовал ей обратиться к врачу.

Если бы это было так, она устыдилась бы своего ужасного воображения, один раз покраснела и никогда бы больше не подумала, что как-то связана с монстрами.

Его реакция была такой, какой она не хотела больше всего.

Мужчина посмотрел на спокойную девушку, вздохнул и встал. Когда он убрал руку с подбородка и выпрямил спину, она увидела, что он смотрит на нее холодными глазами.

Она молча наблюдалв, как темный свет постепенно проникает в глаза, когда он смотрит на нее. Холодные глаза мужчины с первого взгляда наполнились болью.

Он выглядел так, как будто думал о ком-то. Девушка посмотрела на него, прижимая уголки своих мокрых глаз носовым платком.

Она знал, что его отношение немного изменилось после того, как она забеременела. Он посмотрел на неё смущенными глазами и открыл рот, как будто разобрался в своих эмоциях.

— Если ты хочешь благополучно родить ребенка, придется покинуть столицу как можно скорее, — холодно произнёс он.

Девушка пожала плечами, услышав его ужасающий голос. Сказанные им слова о том, что она должна покинуть столицу в любой момент, вновь промелькнули у нее в голове.

Тем не менее, в уголке её сознания всплыло лицо Рафлета. Она не видела его очень долгое время. Больше времени она проводила с Шадмуэлем, чем с ним.

Воспоминания о 7 годах разлуки с ним мучили её. Потребовалось бы больше года, чтобы завести ребенка, скрыть его происхождение и вернуться обратно.

Она не была уверена, что сможет так долго продержаться без Рафлета. Она хотела остаться в Альбраке как можно дольше.

— Я собираюсь уйти, прежде чем начну показываться, — хрипло ответила девушка.

— Если алхимики продолжат экспериментировать, тебя найдут, даже если ты не покажешься. Ты должна была думать, что тебе повезло, что монстр исчез, и что ты должна уйти прямо сейчас. Каким мужеством у тебя хватает оставаться в Альбраке, даже если ты думаешь, что твоя беременность как-то связана с монстрами? — сказал мужчина, словно упрекая её за глупый ответ.

Это было неопровержимое мнение. Она ответила на его выговор только тем, что теребила свои длинные волосы.

— Монстр убежал, так что мы больше не можем проводить эксперимент… Пока я не проведу эксперимент, меня не обнаружат.

— Ты думаешь, эксперимент прекратится, если монстр убежит? — последовал его вопрос, показывающий, что он насмехается над беззаботностью девушки.

— Ты знаешь о пророчестве?

— Пророчество… Если это пророчество о святом, я знаю это. А что?

— Ты знаешь, что командир Рафлет – святой, верно?

— Да.

Она наклонила голову в ожидании объяснений.

— Алхимики хотят выяснить, как командир Рафлет все еще цел даже после получения ядра монстра. Мы будем рады любому, кто сможет получить пересадку ядра и получить силу, подобную командиру Рафлет.

Убедившись, что девушка слушает объяснение, Шудмуэль продолжил говорить.

— Командир Рафлет ценен, но он несравним с выяснением того, как пересаживать ядра. Если бы он не был святым, он бы сотрудничал с экспериментом в Башне Алхимии вместо того, чтобы быть Командиром.

— Ты хочешь сказать, что алхимики экспериментировали с телом Рафлета?

— Так бы и было, если бы не было пророчества о том, что святому следует поклоняться.

Услышав его объяснения, её лицо посуровело. Она думала, что Рафлета принесли в жертву, потому что он был святым.

— Предполагая, что пророчество верно, если Рафлету не поклоняются, монстров нельзя подавить. Он заслуживает быть тем Командиром, которым является сейчас.

Это было противоположное её мыслям. Рафлет был святым, поэтому им нельзя было пожертвовать.

— Но ты?

— Что?

Это также означало, что любой мог быть принесен в жертву, если только он не являлся святым.

Девушка, которая приводила в порядок свои мысли, слушая объяснение Шадмуэля, удивленно моргнула. Мужчина прервал свой монолог и задал ей вопрос.

— Я спрашиваю, что бы произошло, если бы они узнали, что ты, не являясь святой, связана с монстром?

— Это…

— У тебя есть способность обнаруживать движения монстров, так что ты, конечно, полезен. Но, думаешь ли ты, что сила монстра стоит большего, чем узнать, как быть защищенным монстром?

— Нет… — Юриэль медленно покачала головой.

— Когда алхимики узнают, что монстры начали защищать тебя, как только ты забеременела, они попытаются выяснить почему. Ты не святая, как коммандер Рафлет, так что тебе никак не избежать эксперимента…

Мужчина, который на мгновение замолчал, опустил глаза. Во взгляде, устремленном на все еще плоский живот, не отразилось ни малейшей теплоты.

— Мне любопытно, почему. Я не хочу препарировать тебя или твоего ребенка, чтобы выяснить это, но так думают алхимики.

Чем больше он продолжал, тем больше бледнело её лицо. Она приняла его слова без каких-либо сомнений. Она все еще была глубоко погружена в промывание мозгов, поэтому не признавала его врагом, но алхимики, о которых он говорил, начали казаться большой угрозой.

Рука, державшая волосы упала.

Мужчина внимательно наблюдал, как рука, обхватившая ее живот, задрожала.

Никто не узнал бы невооруженным глазом, что она беременна. Используя её способности, не было бы проблем убедить всех в опасности использования ядер монстров в качестве источника энергии для города.

Террористический акт, который должен был быть совершен во время фестиваля, провалился, но все еще был шанс использовать её.

Он подумывал воспользоваться ею, но, глядя на тыльную сторону ее белых рук, обхвативших живот, он внезапно вспомнил о ком-то, кто уже умер.

Образ его матери, которая не вернулась после родов, был наложен на лицо девушки. Только спустя очень долгое время Шудмуэль узнал, что случилось с ребенком, который должен был быть его младшим братом или сестрой.

Он закрыл глаза, чтобы стереть хрупкое выражение лица, которое возникло перед лицом. С закрытыми глазами он вспомнил о своей цели.

Все ядра монстров должны быть уничтожены. Уничтожьте все удобства, которыми пользуется имперская столица, даже за чей-то счет.

Он чувствовал себя виноватым за то, что воспользовался слабостью, но умело развеял чувство вины. После её использования он собирался присматривать за ней, чтобы она могла безопасно покинуть столицу империи.

Для нее это тоже было бы неплохо. По сравнению с испытаниями у алхимиков, было не опасно получить некоторую критику от жителей имперской столицы.

Причина, по которой он сказал ей не объявлять Рафлету о беременности, заключалась в том, чтобы избежать любых других переменных, но Шадмуэль верил, что это также не повредит девушке.

Кажется, что Рафлет заботится о ней, но он был из благородной семьи. Даже рыцари из простолюдинов стиснули бы зубы, если бы появился незаконнорожденный ребенок, но если бы они были из дворян, трудно было догадаться, на что это было бы похоже.

Таким образом, можно сказать, что этот путь выгоден не только ему самому, но и ей.

Подняв глаза, ему пришлось установить зрительный контакт, чтобы он мог передать свои мысли девушке.

— Не волнуйся, я могу тебе помочь.

— Я не знаю, что бы случилось без сэра Шадмуэля, — последовал спокойный голос девушки.

Без него беременность была бы обнаружена, и репутация Рафлета была бы запятнана.

Однако проблема заключалась в том, что негативные ожидания Шудмуэля не соответствовали отношениям между ней и Рафлетом. Идеальная ситуация давно пошла не так после вмешательства Шудмуэля.

Она не могла вспомнить подробности сна, который приснился ей давным-давно, когда Рафлет сообщил ей, что она беременна.