Онлайн чтение книги Эффект клейма Stigma Effect
Глава 99

— У меня к вам вопрос, сэр Шадмуэль. Это правда, что я беременна? — произнесла Юриэль, игнорируя лицо мужчины. Ей не хотелось видеть его.

Рафлет однажды вызвала имперского врача, чтобы тот оказал ей помощь, но вполне возможно, что Шадмуэль тоже сыграл с доктором злую шутку.

Это был естественный вопрос для неё, но ему, казалось, было стыдно за то, что его неправильно поняли. Мужчина, который только теребил свои очки и избегал ее взгляда, поднял голову с застывшим лицом.

— Я никогда не лгал, пока ты проходила лечение, - сказал он. — Все, что я сделал, это загипнотизировал тебя, чтобы ты чувствовала себя комфортно.

— Это неудобно. То, что сэр Шадмуэль сделал со мной…!

Видя его естественную реакцию, она разозлилась. Действовал ли он как шпион террористов, потому что гордился своей работой медицинского работника?

Девушка испустила долгий вздох, собираясь крикнуть, что сам акт гипноза был неправильным. У нее не было достаточно времени, чтобы разозлиться на него. Ей также не хотелось вступать с ним в бессмысленный спор.

Всего за один год в столице империи многое произошло. Прочитав пророчество, она узнала, что Бараха был командиром в Альбраке, и был приглашен на банкет принцессы.

В руинах Круга, с принцессой и Гелио, она пережила странные вещи.

Не только это, но и терроризм, похищение людей, а теперь даже гипноз.

Не было ничего, что можно было бы считать хорошими событиями, кроме того, что она утвердила сердце Рафлета. В ее первый день прибытия в столицу империи он попытался отправить ее обратно.

Она теперь была сыта по горло имперской столицей. Там было так много магазинов, что она могла удариться плечом, если была неосторожна во время прогулки по улицам. Когда она подумала о здании, в котором находилось ядро монстра, у нее защемило сердце.

Когда она впервые приехала, то была поражена всем, что привлекало ее внимание.

Было забавно впервые прокатиться на поезде и увидеть улицы, украшенные фонарями, сделанными из ядер монстров, которые светились ночью.

В поместье Могрис он был установлен только в комнате великой герцогской четы и комнате Рафлета.

Девушка оглядела комнату без окна. Она чувствовала себя более комфортно в этой комнате, чем созерцая такой пейзаж. Девушка, любившая греться на солнышке и всегда находившач время для прогулки даже ветреной зимой, была не в восторге от этой перемены.

Это было неловко, но не дискомфортно.

Она почувствовала себя отдохнувшей, как будто избавилась от утренней тошноты и низкой температуры, которые беспокоили ее. Боль, которая продолжала колоть ее живот, исчезла, как будто ее смыло.

В тот момент, когда боль утихла, Юриэль напрасно вообразила, что ребенок, растущий в ее животе, принял ее.

Когда она посмотрела на стену и отказалась открывать свой рот, Шадмуэль сказал:

— Я подготовился к тому, что ты покинешь это место до того, как они попросят Алхимическую Башню провести эксперимент. Ты можешь уйти прямо сейчас. Конечно, я приготовил для тебя место для ночлега, так что ты можешь поехать туда.

Вместо того, чтобы вести беседу с ней, это было отношение, которое больше проходило на передачу информации. Шадмуэль пытался таким образом скрыть свою ошибку.

Девушка издала стон со вздохом. Изначально у нее не было намерения продолжать получать помощь от него. Она так думала, когда верила в него, но теперь это само собой разумеется.

Мужчина продолжал говорить, как будто нервничал.

— Если ты сейчас же не уйдешь, на тебе будут ставить эксперименты в Башне Алхимии.

— Даже если я уйду, я встречу Господина Рафлета.

— Когда приходят священники, трудно выбраться. Было бы неплохо, если бы ты была одна. Принцесса тоже заинтересована. Если она узнает, что тебя изгнали из Альбраки, то также попытается забрать тебя.

Она взвесила принцессу, которая пыталась применить к ней яд монстра, и священников, которые хотели поэкспериментировать на ней. Было трудно судить, кто из них был более опасен. Было вполне естественно, что ни один из них не представлял особого интереса для неё.

К счастью, казалось, что принцесса еще не слышала о ней. Прежде чем она осознала это, Юриэль также высказалась за то, чтобы покинуть столицу империи как можно скорее.

Если она и думала о том, было ли это результатом промывания ей мозгов Шадмуэлем, то выражалась довольно расплывчато.

Она задавалась вопросом, почему в первую очередь она скрыла тот факт, что была беременна от Рафлета и хотела покинуть столицу империи?

Именно Шадмкэль приказал скрыть беременность. Она согласилась с ним и скрыла факты, но не могла поверить, что такова была ее воля. Как только ей стало известно об этом, она попыталась позвонить Рафлету.

Она сообщит ему, что беременна, и отправится в поместье Могрис, чтобы дождаться, когда он уедет зимой в отпуск.

Если она уедет на этот раз, то не сможет вернуться в столицу империи снова, и ей придется жить в подполье, но это было нормально. Это отличалось от того, если бы ей пришлось покинуть столицу империи в одиночку.

Она знает, что Рафлет вернется, чтобы увидеть ее, в отличие от того случая, когда она ждала его, не знаю, вернётся ли он.

У нее был ребенок от него. Было бы забавно растить ребенка и ждать, когда он вернется в Могрис каждую зиму.

Хотя она не могла рассказать ему о гипнозе Шадмуэля, она могла сказать ему, что беременна.

Когда девушка решила дождаться Рафлета в Могрисе, Шадмуэль попытался установить зрительный контакт с ней и сказал:

— … Коммандера Рафлета критикуют за вас. Не было бы ничего странного, если бы в любой момент вспыхнул бунт.

— Что вы имеете в виду?

— Тебе не кажется, что это естественно, когда у него есть кто-то, кто контролирует монстров, в качестве его эксклюзивного слуги? Вы не знаете, потому что находитесь на карантине прямо здесь, но после взрыва перед Храмом собралось много людей. Все требуют, чтобы вас казнили.

— Казнена…?

Самообладание исчезло с её лица. Она погрузилась в размышления, услышав эти слова.

— Коммандер Рафлет, у которого вы в подчинении, также был вызван для расследования. Вы знаете, что произойдет, если он откажется отпустить вас в подобной ситуации?

Слово “казнь”, которое занимало ее голову, быстро потеряло свое место. Девушка еще больше боялась, что репутация Рафлета будет подорвана.

Чего она боялась больше, чем собственной смерти, так это оскорбить его. Если бы она была одна в этой ситуации, то не боялась бы казни, но теперь она была беременна его ребенком. Она не могла легко умереть.

Девушка, сидевшая прямо, никем не потревоженная, поспешно наклонилась к Шадмуэлю. Её тыльная сторона ладони была такой же белой, как носовой платок, который она держала в руке.

— Но… Но лорд Рафлет – святой. Что бы ни говорили люди, в чести господина Рафлета нет ничего плохого. Верно?

Мужчина медленно покачал головой, увидев, как нервно девушка мотала головой.

— Если священники решат, что вы принимали участие в терроризме, командир Рафлет также будет наказан. По крайней мере, он должен будет отказаться от своей должности командира.

— Это смешно! Я не принимала участия в терроризме, если бы я принимала…! — девушка, которая была возмущена, когда разбила стол, не смогла продолжить свои слова и прикусила губу.

Ей хотелось указать на рядом стоящего мужчину и сказать, что это он во всем замешан, но её губы не разжимались.

Девушка посмотрела на мужчину и коснулась пальцем своих губ. Даже когда она попыталась силой открыть их, они были закрыты, как моллюск, и не двигались. Шудмуэль вздохнул, наблюдая, как она прикусила губу ногтями, и протянул руку.

— Это запретное слово. Если я не промыл тебе мозги, ты никогда не расскажешь мне, что узнала сегодня. Это невозможно переписать.

Держа ее за запястье, он вытащил носовой платок, который держала девушка, и поднес его к ее окровавленным губам. Она сильно шлепнул его по руке.

— Ты собираешься сделать меня террористом?

— Да.

— Это не продлится долго. Люди скоро узнают, что я не террорист.

Его рука, держащая носовой платок, слегка дернулась. Шадмуэль, казалось, не собирался отказываться от своего намерения использовать её.

— Мне все равно, Юриэль, — сказал он приглушенным голосом.

— … Что?

— Я думал, ты заметила, что я незаконнорожденный сын верховного жреца. Не так ли? — сказал он со вздохом.

Сердце девушки забилось быстрее. Непоколебимое отношение Шадмуэля вызвало беспокойство.

Если бы она заявила о своей невиновности… Как сделал Гелио, когда перестал сомневаться в ней, она подумала, что сможет доказать, что не террористка.

Словно для того, чтобы высмеять её мысли, мужчина заговорил циничным тоном.

— Верховный жрец объявит тебя преступницей, если это защитит меня. Я гарантирую тебе. Я единственный человек, о котором заботится верховный жрец.

Перед праздником она вспомнила лицо первосвященника, который разговаривал с ним, когда тот пошел получать ядро.

Она полностью потеряла самообладание. Мужчина не упустил момент и вонзился в него.

— Убирайся из Альбраки сейчас же. Оставь после себя признание в том, что ты террориста, — произнёс он, избегая взгляда девушки, которая прикусывала свои губы.

— … Ты не сможешь сопротивляться только потому, что не хочешь этого делать, так что делай это, пока остается твоя воля.

Шадмуэль встретил взгляд Юриэль с застывшим лицом. Он угрожал ей промыть мозги, если она отвергнет его предложение.