Онлайн чтение книги Эффект клейма Stigma Effect
Глава 94

Рафлет оглянулся на Юриэль и себя, которые сидели на полу, и встревоженно улыбнулся. Девушка, которая неоднократно умоляла, чтобы он никогда не покидал Альбраку, моргнула, когда услышала его вздох.

Лицо пылкого поклонника слегка побледнело, когда он услышал о своем решении покинуть Альбраку. Мужчина посмотрел на её лицо и приподнял под углом только один уголок рта.

Это потому, что он беспокоился о том, должен ли он радоваться совершенной покорности девушки или ему следует сердиться на ее незаметное отношение к своему любовнику.

В конце концов, он решил довольствоваться тем фактом, что она, проявляя такое отношение к нему, никогда не оставит его.

Было все еще трудно понять, что она чувствовала, когда смотрела на него, но это была привязанность. Та привязанность, которая никогда не покинет его.

— Вставай первым. Ты же не собираешься держать меня сидящей на полу, пока сам не встанешь, не так ли?

В голосе послышались игривые нотки.

Тело мужчины, которое ранее не двигалось, поднялось вслед за ней.

Он встал, держа ее за руку, поставил упавший стул и снова сел. Потянув за тонкое запястье, она без сопротивления вошла в его объятия.

Двое едва вернулись к своей первоначальной форме. Все было так же, как обычно, за исключением того, что Юриэль, которая была расслаблена, когда он обнимал её, теперь выглядела обеспокоенной.

Ответа еще не последовало.

Не услышав ответа, она покачала спиной и всем телом, затем посмотрела на мужчину.

Выражение ее лица, тревожно моргающего, было хрупким. Когда её лицо не трогала улыбка, у нее было довольно слабое впечатление.

Он посмотрел на неё, замечая как ее ресницы дрожат, словно от ужаса. Он почувствовал, что должен утешить ее. Его взгляд остановился на длинных, тонких, дрожащих ресницах.

Он даже хотел увидеть эти слезы.

Словно в доказательство того, что отправиться в Альбраку было мудрым решением, желание уничтожить её значительно уменьшилось. Теперь, даже когда он видит ее, у него редко возникало неприятное желание сомкнуть руки на её шее.

— Ты ведь не собираешься возвращаться, верно? — тихо проговорила девушка, обращая на него свое внимание.

— … Если ты этого хочешь.

Он был вынужден ответить. Он знал, что она питала к нему особую нежность, как к командиру Альбраки.

Когда он ответил, ее тревожно дрожащие глаза нашли свое место. Она вздохнул с облегчением и слабо улыбнулась.

Это оказалось настоящим облегчением.

Он хотел оставаться таким, каким хотела она. Чтобы направить привязанность её к нему, Рафлет мог защищать кого-то и вредить монстрам, даже до конца своей жизни.

Было просто жаль, что это не соответствовало его натуре. Возможно, это было из-за ауры монстра, которая была смешана с ним, когда он родился, но в отличие от его внешности, у него был воинственный характер.

Он чувствовал себя лучше, сражаясь своим мечом против человека, чем лицом к лицу с монстром, который умер, даже не сражаясь должным образом.

Когда он сражался, когда он приставлял меч к шее павшего рыцаря у своих ног, он испытывал сильное чувство удовлетворения. К сожалению, это осталось в прошлом.

После пересадки ядра монстра он стал слишком сильным, и никто не мог сравниться с ним.

Теперь не было ничего, что могло бы доставить ему удовольствие, кроме как переспать с Юриэль.

Было бы лучше, если бы он мог добиться привязанности, делая то, что соответствует его натуре, но это не имело значения. Сам процесс был не важен.

Это были результаты, которые имели значение.

Если бы он жил в соответствии со своей природой, он мог бы быть бойцовым псом на арене, а не паладином Альбраки.

Он схватил её за тонкое запястье, переставая думать.

Какой бы ни была его натура, он стал командиром Альбраки, и она был на его стороне.

Рафлет был очень доволен этим фактом.

***

Летом на выбор первого места порабощения сильно повлиял Храм. Главной целью было искоренение монстров, которые поселились на курортах знати.

Рыцари не смогли скрыть своего неудовольствия, когда услышали, что место выбрано в качестве места их первой экспедиции.

Это были не рядовые солдаты знати, а те, кто нес мечи для защиты императора. Первая экспедиция года имеет много значений. Это была важная вылазка.

Рафлет и Гелио направились в Храм, чтобы выразить протест против выбранного места порабощения, в котором не было острой необходимости в уничтожении монстров.

Девушка проводила Рафлета и отправилась на поиски сбежавшего монстра.

Скоро она будет на третьем месяце беременности. По мере того, как приближался крайний срок, который Шудмуэль дал ей для отъезда, она начинала беспокоиться.

Было нетрудно поддерживать свое тело здоровым, но она беспокоилась о монстре, который бродил вокруг.

— Что, если он попытается остаться здесь после того, как я уйду…

Прямо сейчас она присматривала за монстром, чтобы его не поймали, но если она покинет это место, монстр вскоре будет пойман по оставленным им следам.

Ее сердце сжалось при мысли о нем, который будет подвергнут жестоким экспериментам. Он будет заключен в тюрьму до конца своей жизни, как монстр в подвале, которого она видела в момент своего похищения.

Прошло совсем немного времени с тех пор, как она искала монстра. Опять же, он нашел ее первым.

Он приветствовал ее, когда она вошла в необитаемое место и попыталась мгновенно убежать. Свирепый прием монстра, который приблизился к ней, как будто собирался напасть, не удался. Это было потому, что человек, который последовал за монстром, остановил его своей рукой.

Мужчина был хорош в том, чтобы схватить шею одной рукой, а другой – рычащую морду.

Бараха, остановивший монстра, посмотрел на девушку и покачал головой. Получив легкое приветствие, она тоже помахала рукой.

— Бараха, ты пришел первым?

— Я не был первым… Всё началось ночью…

— Серьезно? Так ты заботился об этом всю ночь?

— Да.

Он ответил с усталым лицом. Удивленная его ответом, она внимательно посмотрела на его лицо. Под его глазами залегли темные тени.

Возможно, он не мог уснуть всю ночь, поэтому всегда выглядел немного раздраженным из-за своего унылого лица.

Она схватила монстра и опустила свое тело вслед за Барахой, который обмяк на месте.

— Почему вы это сделали, если изначально он двигался совершенно незаметно?

Когда она задала вопрос, проводя пальцем по голове рычащего монстра, тот спрятал зубы и притих. Когда мужчина расслабил руку, монстр открыл свободную пасть и долго лизал тыльную сторону ладони девушки.

Бараха все еще ловил его, но не было никаких признаков восстания. Возможно, это было потому, что он был с ним долгое время. И может они успели хоть как-то привыкнуть друг к другу.

При виде спокойствия хорошо выдрессированной собаки сердце девушки сжалось еще сильнее.

— Что он собирается делать… Если он не уйдет в ближайшее время, у него будут проблемы.

Он не прислушивается к предупреждениям, так в чем же смысл?

Девушка, гладившая его по голове, опустила руку и почесала челюсть монстра.

— Ты должен идти сейчас. Хорошо?

Глаза и острые зубы, которые выглядели так устрашающе, когда она впервые увидела их, больше совсем не были угрожающими, поэтому она забеспокоилась.

Было ли что-нибудь более тревожное, чем дикие животные, утратившие свою дикость?

Если бы это было обычное животное, даже если бы это было трудно, она могла бы взять на себя ответственность за это, но ей было бы трудно справиться с монстром.

— Есть пределы тому, насколько я могу заботиться о тебе.

Пока она говорила с тревогой, Бараха, который медленно моргал глазами, нахмурился.

Заметив его пристальный взгляд, девушка подняла голову и встретилась с ним взглядом.

— Бараха, ты очень устал? — спросила она, думая, что это было причиной, по которой он смотрел на нее. Она ожидала, что Бараха, который заботился о монстре всю ночь, оставит его ей и вернется в свою комнату.

Без него было бы труднее, чем обычно, стереть следы монстра, но его лицо выглядело таким усталым, что она не хотела его останавливать.

Юриэль открыла рот, когда хотела поблагодарить его за то, что он заботился о монстре всю ночь, и в то же время Бараха заговорил.

— Я уберу следы, так что ты возвращайся первой…

— Существуют ли какие-либо ограничения? Почему?

— А?

— Позаботиться об этом несложно, так почему же существуют ограничения?

Похоже, что причина, по которой глаза мужчины были прищурены, заключалась в чем-то другом.

К счастью, ей повезло высказать это перед ним, а не Рафлетом. Она прикусила губу, думая, что в будущем ей следует обращать внимание даже на самые незначительные выражения.

Шудмуэль сказал ей никому не говорить, что она собирается покинуть Альбраку. Хотя они были старыми друзьями, Бараха не был исключением.

Девушка прикрыла рот, останавливая поток слов и заговорила, словно оправдываясь перед пристальным взглядом мужчины.

— … Скоро наступит порабощение. Ты тоже уедешь, и я пойду с тобой куда-нибудь, так что будет трудно позаботиться об этом.

Это казалось правдоподобным для поспешного оправдания. Тон голоса, который начинался робко, становился все более уверенным по мере того, как она говорила.

Как будто её оправдание сработало, Бараха нахмурился и наклонил голову. На его лице было выражение, которое выглядело так, будто он говорил, что так и думал.

— Разве мы не должны найти способ вытащить монстра отсюда до порабощения? — спросила девушка, не дав ему времени, чтобы задуматься.