Онлайн чтение книги Главная героиня романа про обратный гарем сбежала? The female lead in the reverse harem novel ran away?
1 - 5

«Он даже в человеческом обличии огромный», — подумала я, посмотрев на Пербальта, чей волчий вид выглядел весьма устрашающе. Зверь угрожающе смотрел на Агата блестящими глазами, словно хотел разорвать его на части.

Если я сейчас уйду, то он точно набросится на парня. Тогда нам не миновать проблем. Флодия не собиралась занимать место главы рода Дебюсси, поэтому ей просто необходим был кто-то в качестве преемника отца. И желательно, чтобы при этом наследник оставался в добром здравии.

Набравшись смелости, я протянула руку к Пербальту и погладила его. Мех на ощупь оказался довольно пушистым, мягким и теплым.

— Раб? Он мой самый ценный друг.

Пербальт быстро отвернулся от Агата, словно почувствовал облегчение от моих слов, и уткнулся в меня носом, в ожидании дальнейшей ласки. Я с охотой уступила ему, потому что мне понравилась его шерстка.

Агат быстро попрощался со мной и отошел от Пербальта подальше.

— Я, наверное, пойду, сестра.

— Хорошо, заходи как-нибудь ко мне. Пообщаемся еще.

Если я продолжу болтать с Агатом, то Пербальт явно будет недоволен. Кратко ответив сводному брату, я прошла внутрь особняка. Как только я добралась до своей комнаты, служанки тут же увели меня в ванную комнату, чтобы искупать.

Все это время Пербальт послушно ждал меня в моей спальне. Он находился под воздействием гона, поэтому продолжал кусать и обсасывать моё нижнее белье как какой-то дикий зверь, когда я его покинула. Однако, сейчас в обличии волка, он казался обычным ласковым, но гигантским псом.

«У него очень пушистый мех, похожий на одеяло из тончайших волокон».

После купания мне казалось, что было бы неплохой идеей зарыться в этот мех, но работа не ждет. Нужно было во что бы то ни стало найти зацепки к исчезновению настоящей Флодии.

«Если я ничего не отыщу, то мне придется продолжать ходить под видом Флодии. Но тогда мне уже будет все равно на сюжет и на все остальное. Буду жить так, как хочу сама».

Вечно играть роль другого человека не получится. Я не смогу скрывать свою личность. Если главная героиня так и не вернется, то я останусь в этом теле на всю оставшуюся жизнь. Я не обладаю способностью к всепрощению для тех, кто приносит мне боль, и не могу продолжать улыбаться главным мужским героям, если они относятся ко мне со странной одержимостью.

Искупавшись, я вышла из ванной и накинула на себя легкий халат. Когда я прошла в спальню, Пербальт, казалось, спал с закрытыми глазами. Я не стала его тревожить и начала обыск комнаты. Туалетный столик, ящики письменного стола, книжная полка. Мною было просмотрено все, даже письма, которые приходили для Флодии.

Здесь до меня начало доходить, что все мои поиски тщетны.

«…Ах, у неё даже записной книжки не было, не говоря уже о дневнике».

Похоже, она совершенно точно решила покинуть этот мир. Я не сдержала разочарованный вздох и подумала, что стоит еще пройтись по местам в поместье, где чаще всего бывала Флодия.

Однако, если она не оставила ничего в своих личных покоях, то и там мне вряд ли удастся что-то найти. И всё же, я должна продолжать искать. Даже если я просто гонюсь за призрачной надеждой.

Я остановилась и кинула взгляд на Пербальта, который всё еще не сдвинулся с места.

Мне казалось, что, если я сейчас зароюсь в его пушистый черный мех, то мне станет немного легче. К ласковым животным я не испытывала отвращения, чего не сказать о мужчинах в состоянии гона.

Осторожно подобравшись ближе к волку и постаравшись его не разбудить, я прижалась лицом к его телу. Ощущение мягкой шерсти под пальцами было очень приятным. Однако, мое умиротворения было отнюдь недолгим. Пербальт снова превратился в человека.

Я с сожалением наблюдала, как мех исчезает из-под моих пальцев. Вместо него я касалась крепких мышц, а после почувствовала, как его руки притягивают меня ближе к нему.

— Госпожа, у вас волосы мокрые.

— Я только что из ванной, — мой ответ звучат натянуто, поскольку я знала, что меня съедят заживо, если я дам малейшую слабину.

 — Почему вы трогали меня, пока я спал?

Потому что мне просто так захотелось. Твой мех пушистый и приятный. Я хотела так сказать, но понимала, что Пербальт ждет от меня иного ответа. Внезапно я ощутила, как что-то ткнулось мне в районе талии.  

— Иди оденься. — недовольно сказала я.

— Но вы же сказали, что возьмете на себя ответственность за мое состояние. — надулся он.

Так вот почему этот бесстыдник превратился в человека, не имея при этом ни лоскутка на своем теле. Я не знала, куда мне деть свои глаза. Куда бы я не смотрела – везде была его обнаженная кожа.

— Я такого не говорила.

—  Говорили, когда отдали мне свои трусики, которые до этого были на вас надеты. Я не переставая думал о вас, пока держал их в руках. — он тихо усмехнулся, его горячее дыхание обдало мое ухо.

— Что с ними произошло?

— Ну, от них остались лишь лохмотья, поэтому, думаю, что горничные уже позаботились об этом.

Лучше бы они действительно избавились от них, как это и должно было случиться. Именно эти трусики и стали причиной, из-за которой Офэр начал ко мне приставать с вопросами о том, что происходит между мной и Пербальтом.

— В следующий раз сожги их или избавься как-нибудь по-другому самостоятельно. Я не хочу, чтобы у Офэра появились какие-либо подозрения.

Я все еще чувствовала, как по той руке, которой он касался, словно ползают насекомые. Даже в ванной я попросила горничных как можно тщательнее отмыть мне руки. Возможно, стоит отправиться к маркизу Дебюсси прямо сейчас и потребовать, чтобы Офэра вышвырнули вон из поместья.

«Но будет ли это подобающе? Маркиз Дебюсси ничего не жалеет для своей дочери. Скорее всего, моя затея может вырасти в нечто большее, чем я ожидала».

Казалось бы, нужно просто сходить к главе семьи и разыграть слезливую сцену. Но если дело примет серьезный оборот, то проблемы начнутся уже у меня.

«Как же мне поступить?»

В этот момент Пербальт прервал мои мысли.

— Этот негодяй прикасался к вам, моя госпожа?

В его голосе чувствовалась жажда мести. Настоящая Флодия отругала бы Пербальта за то, что тот назвал Офэра негодяем, но я даже не одернула его, вспомнив, как сводный брат главной героини меня лапал.

Нет ничего плохого в том, чтобы называть вещи своими именами.

— И что? Ты его убьешь ради меня? — я ляпнула эти слова невпопад, на фоне своего разочарования, но Пербальт ответил сразу же:

— Да.

В его взгляде была нерушимая твердость. Он говорил серьезно.

«Что ж, тут нечему удивляться. Такова истинная натура Пербальта. Он всегда послушен и предан Флодии. Это я сейчас сказала то, что она никогда бы не произнесла».

— Не переживай, все хорошо. Его все равно скоро отсюда вышвырнут. Но, честно говоря, я удивлена твоему ответу.

Обычно главного героя шокировала или настораживала внезапная перемена в поведении главной героини. Если он понимал, что его любимая уже не такая, как прежде, то отворачивался от неё и искал способы, как вернуть её назад.

— Я заметил. Вы сегодня более раздражительна, чем обычно. Я все гадал, в чем же дело. — Казалось, что он заметил перемену во мне, но вместо недоверия, в его золотых глазах искрило веселье. — Все хорошо, пока вы находитесь рядом. А если еще и мои прикосновения не отвергаете, тогда еще лучше.

«Тебе хоть что-нибудь не нравится во Флодии? Хотя, сложно даже представить кого-то кто еще мог бы вселиться в главную героиню».

— Поэтому хватит болтать о скучных вещах. Лучше давайте займемся чем-нибудь веселым, госпожа. — прежде, чем я успела что-либо ответить, Пербальт высунул язык и облизнул мои губы. Опять приступ похоти? Глаза мужчины заблестели от вожделения.

— О чем ты говоришь?

— Ну, например, о чем-нибудь, что могло бы успокоить мое взбудораженное состояние. Как своему другу и тому, кого вы сами привели в свой дом, вы же не откажете, правда? Я так терпеливо ждал вас.

Мне казалось, что между друзьями не бывает таких отношений, но оттолкнуть его не могла. Он сказал, что я должна взять на себя ответственность. Что мне оставалось делать?

Я не просила, чтобы Пербальт оставался у меня на ночь. Однако, после недолгого колебания, все же приоткрыла губы. Наверное, мне стоит уступить этому чудовищу. Хотя бы в этот раз. Возможно, это был всего лишь очередной способ избавиться от головной боли, мучившей меня сейчас, а также от обиды на настоящую Флодию, которая отказалась от своей роли и сбежала.

Пербальт скользнул языком между моих слегка приоткрытых губ, после чего набросился на меня ураганом, совершенно лишая дыхания. Его рука быстро забралась ко мне под халат, а сама я не успела опомниться, как уже сидела у него на коленях. Его возбуждение было ощутимо через тонкий слой ткани между нами.

— Подожди минуту…! — я оторвалась от него и забарахталась в руках. Он двигался слишком быстро.

После того, как наши губы соединились, я думала, что мы медленно дойдем до нужного состояния, но он действовал так, будто за ним гналась стая злобных собак.

Его грудь была обнажена, штанов нигде не было видно, а мужское достоинство уже терлось об ткань моих трусиков, в то время как его жадный язык ловил каждый мой вдох.

Должно быть, он услышал мой короткий вскрик, потому что на мгновение отпустил меня. Я жадно глотала воздух, на время позабыв, что дышать нужно через нос.

— Вы такая милая, госпожа. У вас это впервые?

 До того, как попасть в тело главной героини в своем собственном романе, я работала сценаристкой До Га-Ён. У меня тогда был парень, но мы так и не дошли с ним до конца. Между нами был поцелуй, но я не стала позволять ему большего, поэтому он порвал со мной отношения первым.

После того случая было еще несколько подобных. В конце концов, мне это надоело, и я вообще отказалась от встреч с парнями.

Но сейчас, оказавшись в руках Пербальта, я подумала, что, наверное, до сих пор меня просто никто так не привлекал. Ну или я была уж слишком привередливой.

— Ты одержим идеей украсть мой первый раз?

— Одержим? Да я бы не осмелился даже думать о таком.

— Я тоже не думала о тебе, как о рабе.

Пербальт хмыкнул и уставился на меня в попытке понять, что я имела в виду. Я знала, что он вел себя так с Флодией, потому что признал в ней свою госпожу и старался не вести себя самонадеянно.

Если бы он действительно считал себя равным по отношению к Флодии, то называл бы её по имени, а не обращался как к госпоже. А если бы он переживал о том, что подумают другие люди, то звал бы её по имени только, когда они бы были наедине. Однако, он так не поступал.

— Я знаю, что вы не обращались со мной как с рабом. — произнес Пербальт.

Ложь. Только сейчас бессмысленно было говорить что-либо на эту тему.

— Но госпожа, вокруг вас роится так много всяких насекомых. — продолжил он, оставляя на моем декольте дорожку из поцелуев. — Прошу вас, поймите меня, если я буду немного грубым по отношению к вам. Я с трудом могу себя контролировать во время гона.

Обычно в подобных сценах для взрослых, главную героиню вообще никто не спрашивает и не дает время на размышления. Все, что ей остается, это только стонать, в то время как главный герой безжалостно набрасывается на её тело.