Онлайн чтение книги Главная героиня романа про обратный гарем сбежала? The female lead in the reverse harem novel ran away?
1 - 9

«Какая красавица». — закралась невольная мысль. Сложно поверить, что эта женщина родила двух сыновей. Она обладала длинными ногами, стройным телосложением и молодым лицом, на котором не отпечатался возраст. Красота маркизы была холодной, как и ее голос, который прозвучал в тишине комнаты.

— Ты приехала верхом на волке. Надо же, редкое зрелище. Не так ли, Агат?

Брат сидел за столом вместе с матерью. Казалось, они вместе наслаждались утренним чаепитием.

— Сестрица с самого утра ведет себя странно. — произнес он, склонив голову набок.

— Что ж, у тебя ведь есть ко мне дело? Не думаю, что ты пришла бы ко мне просто так. — мачеха решила сразу взять быка за рога.

Я уже собиралась было ответить ей, но подумала, что невежливо вести беседы в таком положении и наклонилась к оборотню.

— Пербальт, можешь спустить меня вниз?

Зверь легко склонился и помог мне встать на пол. Несмотря на ломоту в теле, я все же смогла сделать пару шагов вперед и занять стул рядом с Агатом. Маркиза слегка подвинулась, освободив для меня пространство за столом. Ее взгляд еще раз прошелся по мне и Пербальту.

— Забавно, что ты выбрала подобный способ передвижения. Я бы даже сказала, по-бунтарски. Скажи, ты и дальше собираешься передвигаться на спине этого зверя? — неожиданно спросила она с заинтересованным блеском в глазах.

— Ты тоже хотела бы прокатиться на нем? — осторожно поинтересовалась я.

— Я частенько катаюсь верхом на лошадях. Мне просто интересно, каково это.

Я кинула взгляд на Пербальта. Тот недовольно качнул головой — рассердился. Как правило, оборотень старался держать от людей подальше. Единственным исключением стала лишь его возлюбленная Флодия.

Естественно, что он не хотел катать на себе других.

— Мне жаль, но я думаю, что вряд ли Пербальт обрадовался бы такому повороту. — я отвела взгляд в сторону.

— Что ж, ничего не поделаешь. — мачеха едва заметно дернула плечом. 

Сегодня я узнала нечто новенькое для себя — маркиза Дебюсси любит верховую езду.

— В таком случае, тебе стоит заняться своими делами. У меня после обеда назначена встреча.

Я думала, что она просто наслаждается чаепитием с сыном, но оказалось, что они вместе куда-то собирались идти.

— Агат тоже пойдет на встречу?

— Да, потому что Офэр, которого вы так цените, ведет распутный образ жизни.

Флодия приходилась сестрой Офэру лишь наполовину, однако его родная мать относилась к сыну с большим неодобрением, чем к остальным детям.

— Не особо-то мы его и ценим. — процедила я.

Это настоящая Флодия хотела быть с ним семьей до тех пор, пока не сбежала.

— Что ж, я рада, что ты так считаешь. Агат рассказал, что он пытался к тебе приставать.

Я стрельнула взглядом в сторону брата, но тот притворился, что ничего не заметил. Конечно, здесь не было секрета, который я бы предпочла скрыть. Наоборот, я пришла сюда с целью поговорить об этом.

— Кажется, Офэра очень заинтересовали игры, в которые мы играем с Пербальтом, но я не думаю, что его положение позволяет заниматься подобными глупостями. Я была очень смущена, когда он предложил присоединиться к нам. — я одарила маркизу ослепительной улыбкой, но та продолжила буравить меня взглядом.

— Да, я родила его, но после что-то пошло не так. Я хотела выгнать его, пока он не запятнал честь семьи, но ты вступилась за него и сказала, что он тоже член рода Дебюсси.

Маркиза и правда пыталась выгнать Офэра, вот только Флодия не захотела с ним расставаться несмотря на то, что он вел себя неподобающе. Она считала его членом семьи.

— Могу я узнать, — продолжила мачеха, — почему ты поменяла свое мнение? И почему твое поведение отличается от обычного?

Она медленно протянула руку в мою сторону и нежно погладила по щеке. Я невольно напряглась. С чего это вдруг она напрямую задает подобные вопросы? Ей же все равно не нравится Офэр.

Заметив мой дрогнувший взгляд, маркиза рассмеялась.

— Ах, ты же тоже человек, поэтому я верю, что у тебя было время поразмыслить над своими решениями. Честно говоря, Офэр ведет себя столь бесстыдно, что мне сложно называть его своим ребенком. Скорее всего, даже ты со своим добрым сердцем находишь его поведение раздражающим.

Она аккуратно убрала ладонь с моей щеки, и я почувствовала некоторое расслабление.

— Итак, что же ты от меня хочешь? Чтобы я сказала этому идиоту, маркизу Дебюсси, не устраивать сцен и выгнать Офэра из семьи?

Маркиза говорила так, словно знала о моих намерениях. Я осторожно кивнула, памятуя о том, что должна вести себя как настоящая Флодия.

— Да. Пожалуйста поговорите с отцом. Мне сложно относиться к Офэру как к брату, особенно когда он позволяет себе так отзываться о моем дорогом друге Пербальте. Кроме этого, он пристает к моим служанкам и подслушивает личные разговоры.

— Что ж, я передам твои слова маркизу и попрошу, чтобы не перегибал палку.

— Спасибо. И все же, постарайтесь не относиться к Офэру слишком жестоко. Он же мой брат в конце концов.

Из-за того, что ситуация с бестолковым старшим сыном повторялась, мои слова звучали вполне естественно. Для пущего эффекта можно было бы пустить пару слезинок, но увы, сегодняшняя я не могла выдавить из себя ни одной капельки.

— Тогда я пойду. Надеюсь, в следующий раз мы с тобой тоже куда-нибудь сходим вместе. — произнесла я, обращаясь к мачехе.

Как же хочется избавиться от неловкости каждый раз, когда я разговариваю с членами семьи. Надеюсь, мне еще недолго осталось играть роль Флодии.

***

После ухода падчерицы, Карин, маркиза Дебюсси, покрутила ложечкой в своей чашке.

— Агат, кажется, это дитя изменилось. Ты так не считаешь?

— Да, мама. Будь она прежней, непременно простила бы Офэра и постаралась оставить его здесь и дальше, независимо от того, насколько низко тот пал. — Агат невозмутимо отпил из своей чашки.

— Думаешь?

 Отношения между Карин и Флодией нельзя было назвать близкими. Падчерица всегда вызывала у нее чувство неловкости, поэтому маркиза не стала лезть из кожи вон, чтобы сблизиться с девочкой. Спустя годы пропасть между ними становилась все больше, но Карин это не особо волновало. Даже собственный сын, Агат, не вызывал у нее нежных чувств, поэтому она не собиралась обращать внимание на ребенка второй жены своего мужа.

Тем не менее, маркиза время от времени наблюдала за падчерицей. Возможно, ее поступки диктовались чужеродностью, которую она испытывала при общении с Флодией.

— Да. — ответил Агат. — Я думаю, что сейчас она стала еще лучше. В ней больше человечности и нет того святого всепрощения, что было раньше.

Карин криво усмехнулась.

— Больше человечности, говоришь… Полагаю, что она просто поменяла свои взгляды на более приземленные. По крайней мере, именно такое чувство у меня возникает, когда я на нее смотрю. Она даже улыбаться начала искренне.

Выражение лица, голос и жесты этой девушки всегда были безупречными и… неживыми.

— Не думаю, что Флодия вообще когда-либо считала Офэра своей семьей. — задумчиво проговорил Агат.

Скорее, играла роль любящей и преданной младшей сестры. Словно весь этот мир являлся огромной сценой, а они — обычными персонажами.

— Тогда почему твоя сестра продолжала прикрывать Офэра и твердить, что он — ее семья?

— Вряд ли мы теперь узнаем причину. Дитя, что появилось сегодня на пороге этой комнаты, казалось совершенно другим человеком. А тот, кто знал все ответы, наоборот — покинул нас.

Иначе, зачем бы Флодии говорить о своих планах напрямую? Ее золотистые глаза, всегда казавшиеся блеклыми и безжизненными, как будто она умирала от скуки, сейчас искрились энергией. Карин это нравилось.

 Всякий раз, когда она оказывалась с падчерицей в одной комнате, то чувствовала себя персонажем какой-то пьесы. Однако сегодня она была настоящим, живым, дышащим человеком.

— Давай сходим куда-нибудь вместе с Флодией в следующий раз, как она просила. — решительно заявила маркиза.

— Ты серьезно? — глаза Агата округлились от удивления. Его мать всегда казалась безразличной ко всему, что ее окружало.

— Что в этом такого? — невозмутимо ответила Карин. — Думаешь, я решила солгать? Ты такой же как я, и теперь, когда у меня остался лишь один сын из двух, давай станем хоть чуточку ближе.

— Тебе не к лицу говорить подобные вещи, мама.

— Знаешь, с возрастом люди меняются. Просто прими это как есть.

С этими словами Карин решила закончить неловкий разговор с сыном и поднялась из-за стола. Она еще больше утвердилась в своем решении поговорить с маркизом Дебюсси сразу после возвращения домой. Вряд ли за это время ее непутевый старший сын успеет натворить дел. Маркиза беспечно полагала, что он сможет справиться со столь простой задачей.

***

Покинув комнату мачехи, я отправилась назад в свою спальню, чтобы позавтракать. Из-за своей крайней занятости всю прошлую ночь и утро, у меня не было времени на еду. Мысли о вчерашнем снова вызвали у меня приступ раздражения, из-за чего я крепко вцепилась в шерсть волка, который вез меня на себе.

Пербальт повернул голову в мою сторону.

— Госпожа, вы мной недовольны?

— Нет.

— Тогда почему вы так оттягиваете мою шерсть? Как будто хотите вырвать из меня клок.

— Я… Случайно.

Пербальт ускорил шаг, словно желая поскорее закончить свою миссию. И в моей спальне, куда мы вскоре вошли, нас встретил тот, кого я совершенно не желала видеть. С потрепанным видом, словно развлекался всю ночь, на меня потемневшими зелеными глазами смотрел Офэр.

— Флодия, куда ты ходила? Я уже довольно долго жду тебя в твоей спальне.

Что этот засранец здесь забыл?

— Почему это ты едешь верхом на рабе? — продолжил братец.

Пербальт мгновенно оскалил зубы и насторожился.

— Офэр, он не раб. У него есть имя. Пербальт. — ответила я, ни на шаг не отходя от волка.

— Ах, да. Ты злишься, когда я называю его рабом. Прости меня, Флодия. Ты же понимаешь меня, правда?

— Нет. Не понимаю. Убирайся из моей комнаты.

Офэр не двинулся с места. Все мои вещи были разбросаны вокруг него в беспорядке.