Онлайн чтение книги Когда незаконнорожденная дочь графа выходит замуж When The Count’s Illegitimate Daughter Gets Married
Глава 107

Оливией и драконами был разработан стратегический план по поимке жертвы.

Икар был драконом, ставящим разум выше эмоций. Он был командиром, умеющим отдавать приказы и использовать свой блестящий ум для быстрой разработки планов захвата цели. Однако, даже будь он светилом стратегической науки, все его планы были бесполезны, если бы его подчинённые были глупы.

Сейчас Оливия показывала себя с самой лучшей стороны.

Оббежав Храм Неба несколько раз, она запомнила приблизительное расположение внутренних помещений.

Его голубые глаза упали на Оливию.

«Сюда.»

Оливия повела головой в  сторону. Она схватила Сету за шиворот и захромала в сторону Икара.

Сета, ведомый Оливией, задал интересующий его вопрос:

— Куда… куда мы идём?

— Хватит болтать. Следуй за мной.

Сета совсем не понимал стратегии Икара и Оливии. Тем не менее он знал, что если последует за ней, то они придут к загнанному в угол беглецу.

Их целью был Белый Дракон Пагвей. Он был крупным, неповоротливым и медлительным. Несмотря на то, что поначалу он умело избегал ловушки преследователей, в конечном итоге его окружили в одном из белых коридоров.

— Не могу поверить!

С обеих сторон его поджимали Икар с Оливией. У Пагвея не осталось путей отхода. Он спрятался за мраморной статуей, но это не могло ему помочь.

— Бесчестные глупцы! Как вы можете идти против своих же братьев ради спасения какого-то человека!

Прямо перед ним выросла фигура Икара. Он протянул руку, призывая Пагвея встать.

— Мы не идём против вас. Мы лишь просим о содействии.

— Я сам встану! — он оттолкнул руку Икара, закряхтел и сел на колени. — Всё равно нужного количества магии вам не удастся собрать! Вы правда слепо верите, что драконы переступят свою гордость и поделятся магией с теми, кто относится к ним с таким неуважением?

Тогда вперёд вышел Сета.

— Я прошу прощения… Но вы можете себе представить, сколько я уже собрал?

В руке Сеты загорелась магическая энергия, бурно вращавшаяся по кругу.

По приблизительным подсчётам число собранной энергии соответствовало энергии двадцати драконов, но для спасения Ларит им требовалось много больше.

— И, Пагвей, ты последний дракон, кто не поделился энергией, в этом храме.

У Белого Дракона отпала челюсть.

— Что! Как… Неужели все драконы в храме согласились помочь вам? Это просто не имеет смысла!

— По сути, это предупреждение о том, что вам не следует меня беспокоить.

Сета смущённо улыбнулся и взглянул на Икара и Оливию. Неудивительно, что эти двое так раздражали драконов! Даже тот, кто заявил, что предпочтёт смерть помощи людям, сдался спустя двое суток.

«…Это было потрясающе».

Картина предстала в его голове будто наяву.

В конечном счёте Пагвей сдался, пусть с его уст не переставали слетать гневные упрёки.

— Как вам кажется, мы сможем убедить вождей драконьих кланов? — это тревожило Икара больше всего.

Магия многих драконов была собрана… Однако предводители кланов никогда не отличались сговорчивостью. А команде по спасению Ларит требовалась помощь по крайней мере одного-двух вождей для достижения нужного количества энергии.

У Икара была причина пока не подступаться к главам.

— Так что мы будем с ними делать? — спросил Сета.

Икар откровенно высказал свои мысли.

— Да ты идиот.

— Чего?

Красные драконы, к которым принадлежал сам Сета были на короткой ноге со своим главой. Они могли не стесняясь обмениваться подколами и шутками. Однако по природе своей глава имел «королевский» статус. В частности, Маргаретта, предводительница Синих драконов, была тираном и в своё время сменила Этиннет.

Но всё же…

— Попытка не пытка. — Уверенно пробормотал Икар, хотя это было совсем не в его характере.

— Настало время серьёзного разговора.

У глав было обсуждение планов в зале совещаний – самом высоком месте храма.

Сета уже виделся со своим главой, а потому узнать, осведомлены ли главы о суматохе, которая происходила в храме в течение нескольких дней, никто не мог.

Оливия, Сета и Икар направились в зал совещаний.

Дорога была пугающе тиха.

Даже имея очень скудные знания о драконах, Оливия осознала всю тяжесть ситуации при одном взгляде на напряжённое лицо Икара.

Храмовая дорожка, парящая над огромным облаком, была цвета слоновой кости.

Бесконечные колонны с обеих сторон поддерживали широкий потолок. На потолке были вырезаны некие сюжеты. Поскольку это был храм, посвящённый людям, Оливия могла прочитать надписи на картинах.

На потолке, под которым она только что прошла, был изображен миф под названием «Милосердие пламени», показывавший, как красный дракон даровал пламя первобытным людям и побудил их использовать огонь. После этого была «Война между богами и драконами» — история, которую придумали люди, когда однажды увидели исчезновение море.

Чем дальше она шла, тем больше легенд и историй попадалось ей на глаза. Сета немного дрожал и покашливал. Тут его взгляд упал на больные ноги Оливии.

— Кстати, разве с такими ногами удобно? Я могу это исправить. Это не такое уж большое вмешательство в жизнь людей.

Икар усмехнулся.

— Даже не думайте соглашаться. С его способностями, он отрежет ногу и сделает так, чтобы отросла новая.

— Я могу это сделать, пока она будет без сознания!

— Человек, когда очнёшься, можешь обнаружить, что там, где раньше была правая нога, красуется левая.

Оливия только покачала головой на их пререкания. Сете показалось, что она не верит в его способности, и чуть не расплакался.

— Я могу сделать всё на высшем уровне!

— Я не говорю, что не доверяю тебе, просто я не вижу необходимости что-то менять.

Раны напоминали Оливии о том, как однажды она бросила свою дочь.

Её сердце всегда будет разрывать факт того, что она так и не нашла Ларит в особняке Брумайеров.

Итак, в этот момент, когда она шла по пути, который мог спасти Ларит, она чувствовала себя странно. Оливия была уверена, что если бы она действительно могла спасти Ларит, то стерпела бы ради неё любые боли в ногах.

«Ларит, ведь ты всё ещё жива?»

Она беспокоилась, что ушла, ничего не сказав. Ей было плевать, если в особняке герцога её снова поминали чёрным словом, но Оливия убивалась, что Ларит снова будет разочарована в ней.

Но она скоро вернётся.

В конце коридора виднелись массивные ворота молочного цвета. По обеим сторонам возвышались статуи львов, стоящих на задних лапах. Белая дверная ручка была исполнена с большим мастерством – в виде львиной головы.

Тело Икара было как натянутая струна.

— Что ж, давайте зайдём.

Если они смогут убедить хотя бы одного из находящихся внутри драконов, судьба Ларит будет изменена уже в следующее мгновение. При мысли об этом, сердце Оливии загрохотало в груди.

Сета с волнением открыл дверь.

Как результат, магическая завеса, блокировавшая внешние звуки, была разрушена. Именно благодаря ей главы семейств не знали о беспорядках, происходивших в последние дни.

Глаза собравшихся за необъятным столом сосредоточились на дверном проёме.

— Я, голубой дракон Икар, живущий в заснеженных горах к северу от горы Ласло, смею приветствовать предводителей кланов.

Икар глубоко поклонился и не мог увидеть, какое впечатление произвело их появление.

Он ожидал вопроса. Давно уже должен был прозвучать чей-нибудь недовольный голос:

«Что тут происходит?»

Однако в зале стояла тишина.

Главы и самые благородные представители кланов впервые за пять тысяч лет присутствовал на собрании. И Икар не смел вымолвить и слова, пока кто-нибудь из них не заговорит.

— О, что же это?

Голос подала Астрит: на первый взгляд – дружелюбная старушка с собранными в пучок волосами. Невозможно было сосчитать прожитые ею годы; однако речь её была твёрдой и уверенной.

Услышав её голос, Икар поднял голову.

Астрит…!

— Что у вас там происходит с людьми, Икар?

— Почтенная Астрит, вы пробудились!

— Я уснула с верой в конец своего существования, но проснулась и осознала, что всё ещё жива. Оказалось, пришло время общей встречи, так я и прилетела.

Икар не был рад этой встрече.

Для того, чтобы вылупиться из яйца, дракону требовалась энергия другого дракона… Чем чище и невиннее она была, тем лучше для нововылупленного. Прежде чем отойти к своему последнему сну, Астрит самолично отдала энергию яйцам.

— До твоих пятисот лет казалось, что ты только и делаешь, что несёшь несуразицу, и я очень переживала за тебя. Но ты всё же вырос.

Астрит была матерью всех драконов. Она искренне любила каждого из них.

Другими словами… он знал свою мать лучше кого бы то ни было.

Настал момент, когда их план по спасению был как никогда близок к свершению.

***

Ларит поинтересовалась:

— Могу я сказать, что люблю тебя?

В открытое окно задувал ветер. Наконец она могла ощутить весенний бриз. Весна была у порога.

Иан взял Ларит за руку.

— Не говори так, будто это в последний раз.

Девушка даже не поняла, что он держит её за руку – она продолжала смотреть в окно. Её взгляд уже давно затуманился, и она почти ничего не ощущала. Ларит даже не чувствовала тяжести Бабочки на своём бедре.

— Разве мы не договорились встретить конец весны вместе?

Не успели последние слова слететь с его уст, как Иан понял, что приближается момент их последнего прощания.