Онлайн чтение книги Когда незаконнорожденная дочь графа выходит замуж When The Count’s Illegitimate Daughter Gets Married
Глава 109

Оливия не могла понять этой атмосферы заброшенности. К ней подошёл Сета, уже в облике человека.

— Ты чего встала столбом? — удивился он.

— Никого нет.

— И не такое в жизни бывает.

Про себя Оливия пробормотала.

— Это не просто так…

Аристократы ни дня не могли обойтись без прислуги, и работников у них всегда было много, поэтому порой именно по их числу определяли финансовое положение дворянина, пусть денежная оплата у некоторых была совсем невысокая. Однако в герцогской резиденции горничные всегда были востребованы.

Золотые рамы пейзажных зарисовок гигантских размеров нужно было регулярно протирать, прежде чем на них ляжет слой пыли. Вдобавок, мраморные статуи, украшавшие каждый коридор, нуждались в сухой чистке по крайней мере несколько раз в неделю. И это только малая часть работы.

И пусть уже был поздний вечер, такая пустота коридоров не сулила ничего хорошего. Горничные постоянно суетились, спеша по коридорам каждая со своими делами.

Это определённо было странно.

И тут Сета спросил, выглянув из окна второго этажа:

— О, все сейчас вон там. Люди этого дома в такой поздний час решили провести некий ритуал? Люди в целом часто таким балуются?

Услышав его замечание, Оливия тут же поспешила к окну. Позади особняка горело колышущееся на ветру пламя. Оливия с Сетой стали свидетелями процессии горничных и рыцарей, несущих по подсвеченной факелами дороге цветочные корзины и белые орнаменты.

Посреди собравшейся там толпы стоял священник.

Оливия чуть не потеряла рассудок, когда разглядела цветы. Даже ночная темнота не могла скрыть лепестков этих растений… То были хризантемы, украшавшие каждые похороны империи.

Только тогда Оливия заметила чёрную форму каждого присутствовавшего во дворе. Сама того не замечая она пробормотала:

— Они готовятся к похоронам.

Сета был удивлён и прилип к окну.

— Что…! Человек умер? Та человеческая женщина? Говорю тебе, бессмысленно менять поток маны, когда человек на смертном одре! Смерть – это полный и абсолютный конец!

Оливия не могла понять.

… Чьи похороны? Возможно, в герцогство был возвращён рыцарь, положивший свою жизнь за честь своих господ. Иначе не вижу причины таких пышных похорон… Все горничные рыдают…

Оливия чувствовала будто что-то важное в её сердце просто отмерло.

Она поспешила по лестнице на первый этаж. Все свечи ярко горели, но общая атмосфера в особняке была тяжёлой и мрачной.

«Не могу представить, чтобы Ларит умерла… она ведь затерялась где-то в толпе? Мне нужно срочно бежать туда… проверить…»

Ей на удачу по коридору пробежала одинокая горничная, которую она поймала за локоть. Это была молодая служанка, недавно вышедшая замуж за рыцаря.

— Где Ларит? Точнее, герцогиня.

Горничная выглядела в конец измождённой – её глаза покраснели и опухли.

— Госпожа…?

Её голос дрожал, и она с трудом выдавила одно лишь слово, а к глазам подступил новый приступ слёз. Она держалась от истерики из последних сил.

В это невозможно было поверить.

Служанке казалось, что только вчера госпожа Ларит и господин Иан отправились на виллу с небольшим числом прислуги. Все оставшиеся в особняке денно и нощно молились о даровании герцогине крепкого здоровья. Конечно, Ларит выглядела очень худой и болезненной, но все верили, что на вилле она поправит здоровье…

— Госпожа… в руках Божьих…

Только вчера бездыханную госпожу вернули домой. Когда Иан внёс её на своих руках, казалось, она просто крепко спит… Но она не могла больше открыть своих прекрасных глаз.

И когда служанка увидела Оливию, столь походящую на Ларит, всё сдерживаемое горе прорвалось наружу. Она не знала причины, по которой внезапно исчезнувшая Оливия вернулась, но у неё не было моральных сил испытывать по отношению к ней гнева.

Заметив, как горничную разъедает скорбь от потери, Оливия сама пришла к осознанию происходящего. К такому никогда не бываешь готов.

— Где герцог?

— Госпожа, госпожа…

— Прекрати рыдать!

Задав ещё несколько вопросов, Оливия узнала, что Иана можно найти в самой северной неосвещённой комнате особняка.

— П-потому что там госпожа… и г-гроб госпожи… Господин не выходил оттуда со вчерашнего…

Оливия незамедлительно отправилась к той комнате. С каждым шагом она набирала скорость. Каждый её шаг отдавался гулом.

… Это не может быть правдой.

Должно быть, они так пытаются на ней отыграться за то, что она исчезла, не сказав ни слова. Это всё жестокий розыгрыш – не больше.

Но она же так старалась! Сколько раз она преклоняла голову и колени, моля о помощи, ради спасения дочери?

Только посмотрите на её стёртые в кровь ладони!

Всё, чего она хотела, так это показать Ларит всю ту магию, которую им удалось собрать. А потом, гоните – не гоните, она готова была уйти без промедлений. Она мечтала только в последний раз взглянуть своей дочери в полные жизни глаза.

Когда Оливия дошла до северного коридора, то застала Иана, закрывавшего дверь в белую комнату.

Их глаза встретились, но оба не молвили ни слова.

В северном коридоре было непривычно холодно, что было вызвано не столько расположением, сколько погашенными свечами. Ларит больше не нуждалась в тепле…

Стояла гробовая тишина.

Иан осунулся. Золотые глаза под непослушными волосами выражали усталость со слабым отголоском подавляемых эмоций. Но на его лице не было видно ни следа пролитых слёз. Он обещал Ларит, что всегда будет готов принять этот момент.

Сухим голосом он поприветствовал Оливию так же, как и всегда.

— Не видел вас довольно долгое время. Не возникло проблем с рыцарями при входе?

Оливия поняла, что Ларит в той комнате, из которой вышел Иан.

Он только пожал плечами.

— Не вижу смысла винить вас в том, что вас не было там в её последние секунды. Быть может…

Вслед за Оливией пришёл Сета.

Глаза Иана слегка оживились. Если Оливия пришла с драконом, они что-то затевали…

— Возможно, у вас были свои дела.

— Ларит…? — голос Оливии слегка дрожал.

Иан выдавил улыбку и скрестил руки на груди. Его подсвечивала одиноко зажжённая свеча.

— Она ушла спокойно… счастливо уснула на своей любимой вилле. Ларит лежит в той комнате. Можете попрощаться с ней в последний раз.

И тогда реальность ударила Оливию в грудь с неистовой силой. Ноги её не держали – она только и смогла, что облокотиться на стену. Цветы, стоящие в вазе, коснулись её плеча.

— Если желаете, можете присоединиться к похоронной процессии.

Когда рыцари поднимают гроб, самый близкий родственник идёт по левую сторону, возглавляя процессию. Изначально предполагалось, что это место займёт Иан. Однако он посчитал, что Оливия может пожелать взять на себя эту роль.

Сета обошёл Оливию и встал прямо перед Ианом.

— Мертва…?

Иан кивнул, подумав, что Сета не понял человеческих оборотов речи. Он старался казаться сильным, но сказать «мертва» было не в его силах. Скажи он это – и порвутся канаты, сдерживающие всю внутреннюю боль.

Почесав голову, Сета спросил вновь.

— Правда мертва…? — Его лицо отражало сомнения и недоверие.

Улыбка слетела с губ Иана.

Он сжал зубы и старался подавить накатившие эмоции.

— Да.

Однако у Сеты была причина задавать такие вопросы.

Драконы были созданы магией. Они были созданы из неё самой. С рождения он мог читать её потоки в воздухе с особой чуткостью. И сейчас он лицезрел магическую энергию, агрессивно кружащую вокруг той комнаты.

Это значило, что Ларит жива.

— Человеческая женщина ещё не умерла.

Схватив дракона за грудки Иан наконец прокричал:

— Она МЕРТВА!

Горящие неистовством глаза выражали желание Иана сломать Сете шею.

— Думаешь, мне было легко принять её смерть?!

Он чувствовал, как жизнь Ларит утекает сквозь его пальцы. Как она медленно гаснет. Это было время для безудержного плача и сожалений. Ему оставалось только гадать, ждал ли её другой конец, поступи он в тот или иной момент иначе…

— Я слышал, как затихает её дыхание. Я слышал слабеющий пульс. Дракон, да ты даже не знаешь, что это такое!

— Нет, я…

— Пульс бежал вниз от подбородка по левую сторону шеи. Он постепенно слабел, пока совсем не пропал. Я чувствовал это!

Сета был не меньше Иана по физическим показателям, но в захвате мужчины он не мог двинуться ни на дюйм.

— Я пытаюсь сказать…

— Тебе никогда не понять, ЧТО я испытал! С таким безразличным выражением, таким пустым голосом ты пытаешь переубедить меня, что моя жена не мертва!

Иан каждый раз прерывал Сету, не давая тому вставить и слова. И Сета начал закипать.

Только когда Иан немного успокоился, выровняв дыхание, У Сеты появилась возможность выразить свою мысль.

— Вот почему по сравнению с нами люди стоят столь низко!

Он оглянулся.

Оливия всё ещё стояла у стены, плакала навзрыд. Пока Иан рассказывал, она переживала последние мгновения с Ларит.

— Она не мертва. Вы, люди, считаете, что ваши знания – это аксиома! То, что у кого-то остановилось сердце, не означает, что этот человек уже мёртв!

Сета постучал пальцем по лбу и продолжил.

— Пока душа не покинет тела.

Душа остаётся в теле до тех пор, пока тело не будет в определённой степени повреждено. Если душа остаётся в теле Ларит, её магические потоки не стабилизируются.

Сета подал знак Оливии. Она должна была передать всё, что собрала для Ларит.

— Чего мы медлим? У нас ещё осталось время.

Время шло не на минуты, а на секунды.