Ты думаешь, у тебя достаточно большое лицо?

Шэнь Нинхуа слегка приоткрыла глаза и погладила пальцами живот. Холодный свет вспыхнул в ее глазах. “Приемный отец? Какой он самодовольный!”

Хонг Лин яростно кивнул. “Правильно, мисс. Лучше его не видеть. Мастер отправился в министерство гражданских дел. Я думаю, он скоро вернется. Давайте подождем, пока он вернется. ”

“Поскольку он пришел с такой помпой, он должен быть готов. В это время Чу Цзюньи, вероятно, заперт в Министерстве гражданских дел и не может вернуться.” Если бы у Сяо Цзинжаня не было никакого плана, он определенно не пришел бы прямо и не заявил, что является ее приемным отцом.

Хонг Лин была встревожена. “Тогда что нам делать?”

Шэнь Нинхуа посмотрела на нее и спросила: “Почему ты так расстроена? Поскольку Сяо Цзинжань хочет меня видеть, я пойду и посмотрю, насколько властный этот приемный отец! ”

“Мисс, не будьте импульсивной. Теперь у тебя в животе наш маленький хозяин.”

“Нет проблем. Ты и Цин Цюэ сопровождаете меня туда.”

Увидев решительное выражение лица Шэнь Нинхуа, Хун Лин прикусила губы и несколько раз проклинала Сяо Цзинжаня в своем сердце. Она втайне стиснула зубы и подумала: если Сяо Цзинжань посмеет сыграть какую-нибудь шутку, она будет сопротивляться даже ценой своей жизни! Несмотря ни на что, она не могла позволить ему причинить вред мисс и маленькому мастеру.

Когда Шэнь Нинхуа прибыл в цветочный зал, Сяо Цзинжань сидел на почетном месте с мрачным выражением лица. Его глаза были полны нетерпения.

Осколки чайных чашек, смешанные с чаем, были разбросаны по земле. Окружающая обстановка выглядела крайне неряшливо.

Увидев Шэнь Нинхуа, Сяо Цзинжань презрительно фыркнул. “Какая благородная принцесса. Мне пришлось ждать тебя неприлично долгое время.”

Шэнь Нинхуа взяла Хун Лин за руку и вошла в цветочный зал с холодным выражением лица. Поскольку они уже объявили войну, ей не нужно было действовать мягко. Клан Сяо долгое время ничего не предпринимал. Казалось, что они хотели воспользоваться ее беременностью, чтобы причинить ей неприятности.

“Приветствую, старый патриарх Сяо”.

“Старый патриарх Сяо? Только не говори мне, что ты не знаешь о моих отношениях с твоим мужем! ”

Шэнь Нинхуа подняла глаза и равнодушно сказала: “Какие отношения? Если мне не изменяет память, мой муж не имеет к тебе никакого отношения. О, если есть какие-то отношения, вы двое коллеги в суде ”.

“Чушь! Чу Цзюньи - мой приемный сын. Ты хочешь, чтобы он пошел против сыновней почтительности? ” Сяо Цзинжань стукнул кулаком по столу и закричал, нахмурившись.

“Приемный сын?” Шэнь Нинхуа усмехнулась и повернуась, чтобы посмотреть на Хон Лин. “Хонг Лин, у меня плохая память после беременности? Почему я помню, что на банкете с девятью чашами на моей свадебной церемонии старый патриарх Сяо лично пришел и разорвал отношения с моим мужем? ”

Хонг Лин слегка склонила голову и сказала: “Вы правы. Это правда. В то время присутствовали Ее Величество и многочисленные высокопоставленные чиновники и офицеры, и многие люди могут засвидетельствовать ваши слова ”.

Шэнь Нинхуа посмотрела на Сяо Цзинжаня и промолвила: “Понимает ли старый патриарх Сяо что произошло тогда и что происходит сейчас?”

“В то время я просто произнес эти слова от гнева. Как младшие, вы действительно хотите игнорировать мои двадцать лет усилий по воспитанию его? ”

“О, в таком случае, ты хочешь восстановить свои отношения с нашим особняком принцессы Чжаохуа?”

“Я никогда этого не говорил”.

Шен Нинхуа приподняла уголки губ и усмехнулась. “Ты не хочешь восстанавливать отношения, но ты хочешь, чтобы мы относились к тебе как к старшему. Сяо Цзинжань, откуда у тебя такое большое лицо?”

Сяо Цзинжань внезапно встал и сердито крикнул: “Шэнь Нинхуа, ты издеваешься надо мной, важным чиновником?”

“Наглый!” Хун Лин сделала шаг вперед, встала перед Шэнь Нинхуа и холодно крикнула: “Господин Сяо, вы открыто проявляете неуважение к принцессе?”

“Кто ты такая, чтобы так со мной разговаривать?”

Хон Лин резко вытащила мягкий меч из-за пояса и вложила в него внутреннюю силу. Мягкий меч внезапно превратился в острое лезвие. “Я всего лишь неважный слуга, но как ты можешь называть ее высочество по имени? Тебе никто не говорил, как обращаться к принцессе? Или ты смотришь свысока на королевскую семью и не уважаешь их достоинство? ”

Шэнь Нинхуа сидела в кресле без каких-либо изменений в выражении ее лица. Она взяла закуску и попробовала ее. Спустя долгое время она сказала: “Слишком мило”.

Хон Лин тут же повернула голову и с улыбкой сказала: “Ваше высочество, поскольку вам это не нравится, я прикажу кухне приготовить что-нибудь без сахара”.

Сяо Цзинжань был в ярости и яростно уставился на Шэнь Нинхуа и Хун Лин. Они действительно объединили свои силы, чтобы оскорбить его!

“Хорошо, действительно хорошо. Этот особняк принцессы Чжаохуа действительно отличается от других мест. Даже слуга здесь осмеливается ругать важного чиновника императорского двора. Я должен пойти спросить его Величество и посмотреть, откуда эта логика! ”

Шэнь Нинхуа подняла глаза, и на ее лице не отразилось ни малейших эмоций. “Ты закончил устраивать сцены и притягивать проблемы за уши?”

“Что?”

“Я спросила, ты закончил создавать проблемы?” Холодно повторила Шэнь Нинхуа. “Ты растил Чу Цзюньи двадцать лет, но ты должен знать, зачем ты его растил! Не всегда используй это как оправдание. Если бы не твоя доброта к нему, кто знает, существует ли клан Сяо до сих пор.”

“Что? Что ты сказала? Шен Нинхуа, ты хочешь пойти против небес?”

“Хех, какое это имеет отношение к тебе, если я иду против небес? Это также небеса отца императора, а не небеса вашего клана Сяо! ” Глаза Шэнь Нинхуа ярко сияли. “Старый патриарх Сяо, как бы сильно ты ни ненавидел меня из-за Сяо Хуаньси, я принцесса королевской семьи. Пока мой титул не отменен, ты не сможешь выставлять напоказ свою мощь передо мной. Не говоря уже о том, что ты уже разорвал свои отношения с Чу Цзюньи, даже если бы ты этого не сделал, тебе все равно придется приветствовать меня! ”

Сяо Цзинжань подавил свой гнев. Его лицо сначало налилось кровью, стало красным, а затем налилось фиолетовым цветом. Он почувствовал, что вся кровь в его теле прилила к голове. Он почти не мог удержаться, чтобы не выплюнуть полный рот крови. “Шэнь Нинхуа, ты…ты действительно ...”

“Старый патриарх Сяо, ты не можешь найти никаких причин, чтобы опровергнуть меня?” Шэнь Нинхуа подняла глаза и изящно убрала волосы за ухо. “Если больше ничего нет, пожалуйста, уходи. В конце концов, я сейчас беременна, и мне неудобно видеть гостя в течение длительного времени. Если что-нибудь случится с моим ребенком, это будет неприятно ”.

“Стоп!” Вены на лбу Сяо Цзинжаня вздулись, и он изо всех сил пытался подавить гнев, который накопился в его груди. Уголки его глаз дернулись. “Сегодня я пришел сюда, чтобы примириться. Я стар, и теперь Сяо Фэнцзюэ - мой единственный сын. Я действительно скучаю по Цзюньи ”.

Примириться? Сяо Хуаньси была мертва, и Сяо Цзинжань должен ненавидеть ее и Чу Цзюньи до крайности. С чего бы ему хотеть примирения? Даже трехлетний ребенок не поверил бы ему.

“Ты издеваешься надо мной, старый патриарх Сяо? Ты только что сказал, что не будешь мириться, а теперь просишь помириться. Менее чем за пятнадцать минут ты уже забыл, что только что сказал? ”

Сяо Цзинжань проигнорировал насмешку Шэнь Нинхуа и высокомерно сказал: “Что, я лично пришел просить о примирении, но принцесса Чжаохуа хочет помешать Цзюньи вернуться в семью Сяо?”

Шэнь Нинхуа сделала паузу. Клан Сяо воспитал Чу Цзюньи. Эта доброта никогда не могла быть стерта. Сяо Цзинжань пришел сегодня, чтобы помириться. Если бы она отказалась, это было бы нарушением сыновней почтительности. В то время все в мире указывали обвиняющим пальцем на нее и Чу Цзюньи.

Сяо Цзинжань знал это, и именно поэтому он пришел сегодня с большой помпой!

“Принцесса Чжаохуа, ты решила?” Сяо Цзинжань посмотрел на нее с холодной улыбкой. Его глаза были полны ненависти. После нескольких неудачных попыток навредить Шэнь Нинхуа, он подавил ненависть и ждал подходящего момента. Теперь, наконец, это произошло.

От двери послышались шаги. Вошел Чу Цзюньи и сказал: “Старый патриарх Сяо, если ты хочешь примирения, тебе нужно спросить, согласен я или нет, верно?”

Сяо Цзинжань свирепо посмотрел на Чу Цзюньи. Его острый взгляд излучал холодный свет. “Чу Цзюньи, ты не согласен?”

Выражение лица Чу Цзюньи было холодным, когда он подошел к Шэнь Нинхуа. “Да!”

“Что?”

Не только Сяо Цзинжань был удивлен, но и Шэнь Нинхуа была чрезвычайно удивлена. Чу Цзюньи действительно отказался примириться?

Чу Цзюньи повернулся, чтобы посмотреть на Шэнь Нинхуа, и взял ее за руку в знак утешения. Он выпрямился и посмотрел на Сяо Цзинжаня. “Старый патриарх Сяо, ты должен знать причину смерти Сяо Хуаньси, верно?”

“Ты все еще смеешь упоминать Хуаньси?” Аура негодования вокруг Сяо Цзинжаня была темной и плотной.

“Почему я не смею упоминать об этом? Сяо Хуаньси не только неоднократно приставала ко мне, но и неоднократно подставляла Нинхуа. В конце концов, она даже хотела убить Нинхуа. Если бы Нинхуа не повезло, она умерла бы бесчисленное количество раз. Как я мог легко забыть эту обиду? ”

“Разве моя доброта растить тебя в течение двадцати лет не может быть обменена на твое прощение?”

“К сожалению, нет!” Чу Цзюньи выпрямил спину и выплюнул слова холодным голосом.

Сяо Цзинжань был в такой ярости, что чуть не упал. “Хорошо, какой хладнокровный и неблагодарный монстр! Раз ты сказал "нет", то пусть будет так. Я покажу миру, какой ты хладнокровный и неблагодарный! ”

Выражение лица Чу Цзюньи стало холодным. “Цин Цюэ, проводи гостя”.

Сяо Цзинжань уставился на Шэнь Нинхуа и Чу Цзюньи темным и мрачным взглядом. Убийственное намерение в его глазах было почти осязаемым, как лезвие. Затем он взмахнул рукавами и вышел.

Хун Лин прикусила губу и последовала за Цин Цюэ. В зале немедленно остались только Чу Цзюньи и Шэнь Нинхуа.

Они оба молчали, в зале царила полная тишина.

Через некоторое время Чу Цзюньи схватил Шэнь Нинхуа за руку и сказал: “Нинхуа, я просто слишком сильно схватил тебя. Ты в порядке?”

Шэнь Нинхуа покачала головой. “Все в порядке. Я еще не закончила свой завтрак. Почему бы тебе не выпить со мной?”

Чу Цзюньи был ошеломлен, затем он улыбнулся и кивнул. “Хорошо”.

Они вдвоем вернулись в павильон Хуаджун, спокойно закончили завтрак и сели в теплом павильоне, чтобы погреться на солнце.

Чу Цзюньи обнял Шэнь Нинхуа и некоторое время тупо смотрел на него, прежде чем сказать: “Нинхуа, как ты думаешь, какие слухи будут распространяться в столице?”

“Что бы это ни было неприятно слышать”, закрыв глаза ответила Шэнь Нинхуа…

“Наша репутация будет опорочена”. Чу Цзюньи вздохнул.

“Хорошую репутацию нужно тщательно поддерживать, в то время как плохая репутация тянет тебя вниз. Репутация выглядит чрезвычайно важной, но на самом деле это самая бесполезная вещь. Пусть она будет повреждена. Я бросила свой клан и разорвала отношения с семьей Шэнь, что сильно повредило моей репутации. Но теперь никто не упоминает об этом ”.

Чу Цзюньи улыбнулся и погладил ее по голове. “Ты знаешь, почему мой приемный отец сделал это?”

Шэнь Нинхуа открыла глаза и сказала: “Чтобы отомстить за Сяо Хуаньси”.

“Да”. Чу Цзюньи вздохнул. “Он хочет использовать сыновнюю почтительность, чтобы оказать на нас давление. Неоднократно делая это, он надеется навредить нашему ребенку... ”