Хитрый план императрицы!
Во дворце Нинкунь Чжао Хуэйин подперла лоб рукой и наполовину откинулась на мягкую кушетку. Патриарх клана Чжао, Чжао Кун, беспокойно сидел в стороне. Через некоторое время, видя, что императрица не собирается говорить, Чжао Кун не мог не осторожно не спросить.
“Ваше величество, вы нашли решение?”
Чжао Хуэйин открыла глаза с оттенком нетерпения. “Старший брат, я давно говорила тебе, что ты можешь нажиться на Цзяннани, но ты не должен протягивать руку слишком далеко. Посмотри, что ты наделал? Это прекрасно, что вы присвоили так много серебра. Проблема в том, что вы даже не смогли должным образом разобраться с несколькими простолюдинами и позволили им устроить такой беспорядок, что его Величество теперь обеспокоен этим! ”
Лицо Чжао Куна было искажено страданием. “Я тщательно проинструктировал их тогда. Кто знает, что губернатор Цзяннани настолько бесполезен и даже неспособен контролировать своих подчиненных. Вот почему толпы воспользовались возможностью сбежать. Сестра, ты также знаешь, что я помог тебе и наследному принцу получить довольно много денег за эти годы. Иначе, как Его высочество смог бы получить серебро, чтобы подкупить чиновников и вырастить столько подчиненных? ”
Выражение лица Чжао Хуэйин внезапно изменилось. Он пытался угрожать ей? Она с приглушенным стуком ударила по столу. “Старший брат! Ты понимаешь, о чем говоришь?”
Тело Чжао Куна задрожало. Он поднял руку и хлопнул себя по губам. “Я несу чушь. Но, сестра, ты должна разобраться с этим вопросом должным образом. В противном случае не только наследный принц, но даже клан Чжао будет замешан! ”
Чжао Хуэйин был в ярости. Этот Старший брат был неспособен ничего добиться, но мог все испортить. Если бы не тот факт, что его было легче контролировать, она бы не помогла ему стать патриархом клана Чжао. Думая об этом, она не могла не стиснуть зубы и сказать: “Я знаю. В наши дни вам не нужно ничего делать. Ты просто ходишь ко двору, как обычно, и остаешься дома все остальное время. Никого не встречайте и ничего не говорите. Я разберусь с этим ”.
Чжао Кун улыбнулся и кивнул. “Да. Раз вы так говорите, я чувствую облегчение. Не волнуйся, я останусь дома в эти дни. Сестра, тебе также следует позаботиться о своем здоровье. Я слышал, что Шестой принц Великого королевства Юэ снова приезжает в Даан. Это хорошее время. Разве его величество не доверяет монаху Ляочэню больше всего? Пусть он скажет несколько слов. Тогда Его величество проявит мягкосердечие и не накажет наследного принца.”
Чжао Хуэйин небрежно кивнула. “Я понимаю. Старший брат, поторопись и возвращайся.” Этот глупый брат! Если бы все было так просто, она бы уже вытащила наследного принца из беды. Почему ей приходится ждать до сих пор?
“Хорошо, хорошо, тогда я уйду первым”.
Чжао Кун вышел с улыбкой на лице. Мэйсюэ тихо вошла, чтобы помочь Чжао Хуэйин помассировать ее плечи.
Чжао Хуэйин нахмурила брови. Ее алые ногти выглядели исключительно великолепно. “Мэйсюэ, следи за кланом Чжао в течение следующих нескольких дней. Не позволяйте им снова создавать проблемы. ”
“Да, ваше величество”.
Чжао Хуэйин долго размышляла, и зал затихла. Через некоторое время она сказала: “Мэйсюэ, пойди и спроси мастера Ляочэня лично, будет ли в последнее время дождь”.
Мэйсюэ была озадачена. “В прошлый раз, когда я имела дело со старой леди Сяо, именно благодаря прогнозу мастера Ляочэня мы смогли выбрать дождливый день. Вот почему я смогла уничтожить все следы и даже составила заговор против принцессы Чжаохуа. Ваше Величество, поскольку на этот раз вы хотите знать погоду, есть ли у вас какие-либо контрмеры против коррупционного дела в администрации в Цзяннани? ”
Чжао Хуэйин повела плечами и позволила Мэйсюэ остановиться. “Его Величество категорически запрещает людям из гарема вмешиваться в дела двора. Даже если я скажу еще одно слово, меня будут ругать. Поэтому я совершенно не могу говорить о случае с коррупционной администрацией Цзяннани ”.
“Ваше величество, каков ваш план?”
“Я не могу вмешиваться в дела двора, поэтому могу начать только с гарема. Наследный принц всегда был добрым и уважительным сыном. Теперь, когда его только что подставили, кто-то не может не проклясть его и заставить отказаться от должности наследного принца или даже убить его. Насколько это будет для нас жалко? ”
Лицо Чжао Хуэйин было холодным, а на ее красных губах играла холодная улыбка. “Чем больше людей хотели свергнуть наследного принца, тем больше Его Величество подсознательно предпринимал действий, чтобы защитить его. Пока Его Величество тронут, от него потребуется только предложение, чтобы стереть то, что сделал наследный принц. Более того, на этот раз небеса помогают мне. Бу Цзинлан приближается. Его Величество не позволит наследному принцу потерять лицо перед принцем Великого королевства Юэ! ”
Когда Мэйсюэ услышала это, она была ошеломлена. После того, как она пришла в себя, ее сердце наполнилось восхищением. “Ваше величество, вы действительно мудры”.
Чжао Хуэйин насмешливо рассмеялась. “В этом гареме вам больше всего нужен не высокий статус или красивое лицо, а способность понимать мысли его величества. Пока ты можешь понимать его мысли, тебе будет легко справиться даже с самой сложной задачей. ”
Наследный принц был наказан и ему было приказано подумать о своих проступках. После этого Бейли Цинцан наказал нескольких чиновников, которые вступились за наследного принца в суде. В результате гражданские и военные чиновники были крайне осторожны, опасаясь раздражать его.
Три дня спустя шел сильный дождь. Дождь продолжался два дня, не утихая. На третий день новость разнеслась по гарему подобно грому. Предметы, использованные для проклятия наследного принца, были найдены во дворе пятого принца.
На мгновение всеобщее внимание снова сосредоточилось на этом принце, который происходил из низкого сословия.
Бейли Цзиндзе опустился на колени на ледяные ступени. Все его тело промокло под дождем, но он не заботился о своей мокрой одежде. Вместо этого он продолжал кланяться Бейли Цинцану, который стоял у входа во дворец. “Я всегда восхищался наследным принцем и никогда не осмеливался оскорбить его ни в малейшей степени. Как бы я проклял его? Отец император, пожалуйста, внимательно изучите! ”
Бейли Цинцан сердито посмотрел на Пятого принца под дождем, который был в плачевном состоянии. “Ты никогда не осмеливался оскорбить его? Тогда скажи мне, что это на земле?”
На земле у входа во дворец было несколько матерчатых кукол, промокших под дождем. Они были заколоты золотыми иглами и запятнаны кровью.
Бейли Цзиндзе чувствовал, что у него не было способа объяснить, даже если бы у него была сотня ртов. “Я не знаю. Я обижен. Кто-то, должно быть, хочет подставить меня. Пожалуйста, внимательно изучите, отец император ”.
“Хех, все свидетели и вещественные доказательства здесь, а ты все еще отказываешься признать?”
Бейли Цзиндзе сердито посмотрел на мальчика-слугу и дворцовую служанку, которые стояли на коленях на земле, дрожа. Он хотел бы разорвать их на куски своими глазами. “Я всегда хорошо к тебе относился. Почему ты подставил меня? ”
Дождь был слишком сильным. Он переписывал Сутру сыновней почтительности в своей комнате, когда внезапно услышал шум. К тому времени, когда он вышел, куклы, используемые для проклятия, уже были найдены. Говорили, что их смыло дождем. Эти слуги также настаивали на том, что у него были злые намерения и он намеренно проклял наследного принца.
Прежде чем он успел отреагировать, император привел стражу. Эти так называемые свидетели и вещественные доказательства были на месте в одно и то же время.
Услышав обвинение Бейли Цзиндзе, слуги поспешно опустились на колени и поклонились. “Мы заслуживаем смерти. Пожалуйста, накажите нас, ваше величество.”
Действия одного из евнухов толкнули Бейли Цзиндзе в пропасть. Он закричал: “Ваше высочество, мне очень жаль. Я не смею жить в этом мире. Я определенно не предам тебя снова в своей следующей жизни! ”
Как только он закончил говорить, он сразу же встал и бросился к колонне у двери, сильно ударившись головой о колонну. Кровь немедленно разлилась по всей земле. Очень быстро он был мертв. Он не осмелился жить, потому что предал Бейли Цзиндзе? Это означало, что Бейли Цзиндзе действительно проклял наследного принца.
Бейли Цинцан был так зол, что все его тело дрожало. “Хорошо, это мой хороший сын! Монстры, вы все монстры! ” Сказав это, он проигнорировал мольбы окружающих слуг и зашагал к залу Чэнцянь.
Когда Шэнь Нинхуа получил известие, Бейли Цзинцзе уже перевели во дворец Сяньян, чтобы посадить под домашний арест.
Чу Цзюньи небрежно очистил апельсин и отдал половину Шэнь Нинхуа. “Дворец Сяньян - чрезвычайно пустынный дворец. Он долгое время был необитаем. Его Величество не назвал конкретного срока для ареста. Что ж, на этот раз Пятый принц потерпел огромную неудачу.”
Шэнь Нинхуа съела кусочек апельсина, и кисло-сладкий вкус освежил ее. “Императрица была достаточно быстра, чтобы сделать ход, и время было выбрано отлично. Через несколько дней прибудет Бу Цзинлань. Как может Даан, как принимающая страна, не позволить наследному принцу приветствовать принца Великого королевства Юэ? В конце концов, наследный принц связан с основанием страны. Какой бы хаотичной ни была ситуация, Его Величество должен поддерживать престиж страны перед посторонними. ”
Чу Цзюньи кивнул. “Да, у императрицы действительно хороший план”.
Шэнь Нинхуа слегка вздохнула. “Жаль, что такая хорошая возможность упущена”.
“На самом деле еще ничего не было упущено. Мы можем воспользоваться этой возможностью, чтобы свергнуть губернатора Цзяннани и уничтожить часть сил наследного принца, а аптека Хуаджун воспользуется этой возможностью, чтобы подняться на более высокий уровень! ” Цзяннань был богат. Пока они контролировали Цзяннань, это было в основном равносильно контролю над половиной Даана.
“Да. Но будьте осторожны. После этого инцидента его величество, должно быть, заметил Цзяннань. Аптеке Хуаджун лучше не слишком бросаться в глаза.”
“Конечно. Не волнуйся, я все устрою.”
“Хорошо”.
Чу Цзюньи дотронулся до живота Шэнь Нинхуа и сказал нежным голосом: “Папочка, хорошая крошка, что ты хочешь сегодня съесть? Хм? Приготовленная на пару мандариновая рыба, хрустальные локти…Хорошо, папа достанет для тебя все деликатесы.”
Шэнь Нинхуа перестала жевать апельсин и безмолвно посмотрела на Чу Цзюньи. “Сколько нашему малышу лет, что он уже знает приготовленную на пару мандариновую рыбу и хрустальные локти?”
“Мой ребенок от природы чрезвычайно умен. Он также знает о тушеной львиной голове и четырех счастливых фрикадельках.” Чу Цзюньи самодовольно улыбнулся.
Шэнь Нинхуа прищурилась. “Все, что он знает, это еда?” Разве он не сказал ей не видеть и не слышать зла? Действительно ли ему было уместно говорить о еде весь день напролет?
Выражение лица Чу Цзюньи слегка застыло. “Тогда я спрошу вас о еде позже”. Говоря это, он погладил живот Шэнь Нинхуа. “Детка, папа сейчас научит тебя классическому трехсимвольному: люди от рождения от природы хорошие...”
Шэнь Нинхуа бросила в него оставшийся апельсин, который держала в руке. Чу Цзюньи взял его, повернув запястье, и с улыбкой сказал Шэнь Нинхуа: “Каждый раз, когда я это читаю, ты становишься крайне нетерпеливой. Похоже, нашему ребенку это очень не нравится.”
Шэнь Нинхуа подавила желание закатить глаза. “Ты читаешь мне это дважды в день. Наш малыш настолько умен, что может запомнить его, прослушав дважды. Какой смысл читать это каждый день? ”
Чу Цзюньи внезапно понял. “Верно, почему я забыл об этом? Давайте сегодня прочитаем классику из тысячи символов ... ”