Рядом с упавшим Тан Чхольёном в унылом безмолвии лежали разбитое ведро с водой и сломанное коромысло.

Солнце уже скрывало свой лик за горами, и по мере того как по ночному небу начала расстилаться завеса тьмы, приближалась холодная ночь.

— Хуфф, хуфф, Учитель, случилось нечто ужасное.

— Что такое, зачем поднимать такой шум?

Намгун Сан подбежал, задыхаясь, не в силах скрыть свою спешку.

— Хуфф, хуфф, Тан Сан, Тан Сан…

— Что Тан Сан? У Тан Сана отец умер? Ты же сейчас задохнешься.

— Ну, отец Тан Сана в порядке, но сам Тан Сан при смерти. Кажется, он может умереть в любой момент.

— Ты ведь шутишь, да?

С недоверчивой улыбкой спросил Би Рюён, но кончик его правой брови дернулся.

— Это правда.

Ответил Намгун Сан с серьезным выражением лица. Его лицо кричало: «Это не шутка!»

— Вжух!

Подобно дикому гусю, оседлавшему ветер, Би Рюён бросился к общежитию. Намгун Сан поспешил за ним.

— Что случилось? — срочно спросил Би Рюён.

— Да, Ёнхо и я пошли искать его, и мы нашли Тан Сана без сознания на склоне горы и принесли его обратно.

Хёнун стоял рядом и ответил на вопрос. Девушки сейчас окружили Тан Сана, ухаживая за ним. Лежащий там, весь в крови, неподвижный, как смерть, он выглядел так, словно трупу, умершему несколько дней назад, было бы совершенно нормально предложить ему дружбу.

— Его избили, и он потерял сознание?

— Да.

— ……

— Значит, он проиграл, не так ли? — спросил Би Рюён, словно желая подтверждения.

— Да.

— Мой ученик проиграл в драке кому-то другому!

Би Рюён ударил кулаком по полу. Каменный пол провалился со звуком, похожим на обрушение земли. Он явно был в ярости.

— Судя по следам вокруг, кажется, на него напала группа из более чем десяти человек. Судя по следам, за исключением одного человека, остальные не были особенно высокого уровня, но Тан Сан был очень истощен после дневной тренировки, поэтому он не смог отбить одновременные атаки нескольких противников. Судя по его состоянию, кажется, они избивали его довольно долго. Чудо, что он жив. Они не нанесли смертельного удара. Поэтому он и выжил.

Главной задачей Хёнуна сейчас было хотя бы немного успокоить гнев Учителя. Ситуация была крайне напряженной, несчастный случай мог произойти в любой момент.

— …Лекарь…

— Да?

— Зовите лекаря! — крикнул Би Рюён, и его голос разнесся по ночному небу.

Его ученика избили. Нет, когда тот не вернулся после того, как пошел за водой, он послал учеников искать его, и они нашли Тан Сана без сознания на склоне горы, словно мертвого, поспешно принесли его обратно, чтобы вызвать лекаря, и теперь он лежал на лечении. Нравится он ему или нет, но это был его названный ученик. И один из доверенных ему учеников ушел по делам, был избит толпой и вернулся без сознания, а теперь получал помощь лекаря. Синяки и порезы по всему телу ясно показывали следы одновременного нападения нескольких человек. Следы каждого были отчетливы.

Чудо, что ничего не сломано. Если и треснуло, то, кажется, ничего не сломалось. Но даже с железными ограничителями, сковывающими его движения, он не был из тех, кого могли бы избить обычные бандиты. Казалось, на него напал опытный воин. Конечно, даже в этом случае они были куда менее искусны, чем Тан Сан, но было ясно, что во время боя Тан Сан на мгновение ослабил бдительность, и они ударили его со спины, сбив с ног, а затем избили всей толпой. Его сжатый кулак напрягся от силы.

Только Учитель в этом мире мог тронуть его ученика. Или, скорее, только он должен был иметь на это право. Но кто-то другой посмел тронуть его ученика без разрешения, да еще так высокомерно. Это было делом гордости.

«Кто посмел? Тронуть моего ученика и оставить его в таком состоянии».

Ярость Би Рюёна закипала.

— Скрип.

Дверь открылась, и вышел известный лекарь Со, а вместе с ним и Хёнун, исполнявший обязанности его помощника. В комнате стоял сильный запах лекарств, а Тан Сан лежал на кровати, весь обмотанный бинтами, похожий на мертвеца.

— Как он? — осторожно спросил Би Рюён, его глаза были полны беспокойства. Лекарь Со тоже ответил тихим, осторожным голосом:

— Эм, плата за лечение будет довольно высокой.

— Скидка? — осторожно спросил Би Рюён.

— Нет.

— В рассрочку?

— Все еще нет.

— В кредит?

— Тем более нет.

— Неужели вы не можете сделать небольшую скидку? Яркая улыбка для клиента и различные удобства, предоставляемые ему, гарантируют блестящее будущее и прибыль благодаря постоянному сотрудничеству с потенциальными клиентами!

— Абсолютно нет. Ни единой монетки!

Лекарь Со решительно покачал головой. То, что нельзя было сделать, нельзя было сделать. Он тоже зарабатывал этим на жизнь, поэтому не мог просто так произвольно снижать плату за лечение. Если он снизит ее один раз, они привыкнут к этому и попытаются снизить ее снова в следующий раз. Чтобы предотвратить подобные вещи, ему нужно было быть твердым сейчас. Лекарь Со укрепился в своей решимости.

— Значит, мне придется с этим смириться! — сказал Би Рюён, сжимая кулаки так сильно, что они заскрипели. Намерение убивать исходило от всего его тела.

— А?

Осторожное мнение лекаря Со и его решительный настрой определили следующее действие Би Рюёна. С точки зрения Би Рюёна, это был уровень оскорбления, который нельзя было терпеть.

— Возможно, вам придется заплатить значительную сумму денег.

Слова лекаря Со, несущие в себе столь глубокий смысл, были чем-то таким, о чем он едва ли мог вообразить: они решили судьбу целой секты.

Утром послезавтра, на переднем дворе общежития Академии Чхонму, расположенном на выдающемся пике горы Эмэй, после завтрака. Тан Сан теперь подавал признаки возвращения в сознание, хотя и слабо. Старик, сидевший в центре стола, спросил:

— Это точно охранное предприятие «Чунъян», верно?

— Да.

Почтительно ответил пухлый юноша.

— Кан Джангхан?

— Да, даже в своем спутанном сознании он бормотал названия «Охранное предприятие Чунъян» и «Кан Джангхан», так что это явно их рук дело. Судя по их навыкам, он лидер нападавших, так что он, вероятно, их представитель. Однако он не был главным охранником. Если бы это было маленькое, обычное охранное агентство, возможно, но «Чунъян» — это известное, крупное охранное предприятие.

— Эти парни.

Пухлый юноша, Гым Ёнхо, использовал множественное число «парни» вместо единственного «парень» в своем предыдущем заявлении. Это замечание заставляло задуматься, что охранное предприятие «Чунъян» тоже было в сговоре с Кан Джангханом. Слово «нападение» также сильно резало слух Би Рюёна, который в данный момент был в облике старика.

— Твои зубы?

— Я скрипел ими.

— Тогда это точно.

Старик снова спросил, но не Гым Ёнхо, а всех пятнадцать человек, сидевших за столом, исключая Тан Сана. Его глаза остро блеснули.

— Подготовка?

— Завершена.

Все держали в руках деревянные мечи, вырезанные из дерева.

— Пойдем? — снова спросил старик.

— Да!

Группа из не менее чем шестнадцати человек начала спускаться с горы. В деревне, куда они спускались, находилось охранное предприятие «Чунъян», которое тоже было не таким уж маленьким охранным агентством.

— Это здесь, верно?

— Да.

— Ну, на табличке ясно написано «Нянуч опб»!

— Охранное предприятие «Чунъян», читается справа налево, — любезно поправил Хёнун. В то время таблички в Китае были написаны так, чтобы их читали справа налево. Би Рюён прочитал табличку слева направо.

— Неважно. Главное, чтобы смысл был понятен.

Беспечно ответил Би Рюён.

— Да, смысл понятен? Как? Это абсолютно невозможно! — с удивлением спросил Хёнун, словно теряя терпение, недоумевая, почему так много вопросов.

Как можно было интерпретировать «Нянуч опб», чтобы передать смысл?

— Я интерпретирую это справа налево. Даже если я читаю это слева направо.

Хрусь! Пятнадцать ртов широко открылись, и все тупо уставились на него, ошеломленные. Би Рюён, возможно, почувствовав на мгновение неловкость, почесал затылок.

— Не смотрите на меня такими глазами, полными восхищения. Это смущает меня. Пойдемте внутрь.

Бум и краш! Со скрипом главные ворота охранного предприятия «Чунъян» отлетели. Из облака пыли, созданного ударной волной, вошла группа людей. Человеком, возглавлявшим их, был старик лет пятидесяти с белой бородой, а за ним следовала смешанная группа мужчин и женщин в почти разорванной одежде, с деревянными мечами в одной руке.

Их волосы были в беспорядке, а одежда потертой, но исходящая от них острота была отточена, как лезвие. Эта острота, подобная лезвию, недвусмысленно доказывала, что они не были легкой или обычной группой. Конечно, стариком, идущим впереди, был Би Рюён, который в данный момент успешно осуществлял аферу, нося маску из человеческой кожи. Группа, следовавшая за ним, — члены отряда Киноварного Феникса, которые были с почетом отобраны из Академии Чхонму для альпийских тренировок, но теперь страдали уже пять месяцев под руководством фальшивого мастера из-за божественного вмешательства. Изначально в отряде Киноварного Феникса было шестнадцать членов, но присутствовало пятнадцать, а одно место пустовало. И это единственное пустое место было как раз той причиной, по которой они так «уважительно» входили в главные ворота охранного предприятия «Чунъян». Би Рюён, который был впереди, открыл рот:

— Идите и скажите главе выйти.

Его тон был явно провокационным. Уперев руки в бока, выпятив грудь и высоко подняв голову, он всем своим видом демонстрировал высокомерную уверенность, показывающую, что ему нет до них дела.

— Вы кто такие?

Бесстрашный охранник, охранявший предприятие, выхватил меч и бросился в атаку. Из шестнадцати человек он бросился на Би Рюёна, который был немного сутулым и имел скверный характер… В одно мгновение Би Рюён нанес удар.

— Бум!

— Кха!

Со странным криком атаковавший охранник отлетел вперед и рухнул на землю.

— Ах, кто это был… Ах да, скажите этому главному охраннику, Кан Джангхану или Цзяньчжанхану, чтобы он тоже вышел. У этого старика к нему дело.

Экстренная тревога, которая никогда раньше не звучала, яростно зазвенела, и все охранники внутри агентства собрались на тренировочной площадке. Место, где стояли Би Рюён и его группа, прорвавшиеся через ворота, было тренировочной площадкой охранного предприятия «Чунъян». Все они вошли вооруженные. И затем, словно доказывая, что он важная персона, выбежал мужчина средних лет, одетый иначе, чем эта шпана.

Судя по большому иероглифу «大», вышитому на правой стороне груди его зеленого халата, и трем узорам лотоса под ним, он, казалось, был человеком значительного положения в этом агентстве. Обычные охранники этого охранного предприятия «Чунъян» имели слово «Чунъян» и один цветок лотоса, вышитые на правой стороне груди.

— Он представитель охранного предприятия «Чунъян», — прошептал Гым Ёнхо Би Рюёну, увидев его. Гым Ёнхо, будучи единственным сыном Торговой Компании «Гымхо», которая не уступала никому в деловых кругах Центральных Равнин, с детства усвоил много информации путем зубрежки. Благодаря такой подготовке наследника он много знал в этой области.

— Ребята, в атаку!

А? Представитель, который внезапно появился, сразу же приказал своим подчиненным атаковать. Он, несомненно, был невежественным человеком, который не знал о поиске решения конфликтов путем консультаций, обсуждений, диалога и компромисса. Он приказал им атаковать, и подчиненные двинулись в атаку, в то время как Би Рюён и его ученики могли только защищаться. Нападавшие, группа Би Рюёна, позже оправдывали применение насилия как необходимое средство самообороны.

Би Рюён был неудержим. Он двигался сквозь вражеские ряды с голыми кулаками, словно ему даже не нужно было использовать секретные техники или глубокие искусства. Те несчастные, кто попадался под его руку, отлетали и бились головой о стену, словно мертвые.

То же самое касалось и пятнадцати самопровозглашенных учеников, которых он привел с собой. Вместо того чтобы потерпеть поражение или отступить, они сбивали своих противников одного за другим. Это были люди, которые с гордостью поступили в Академию Чхонму — заведение, попасть в которое было так же сложно, как сорвать звезды с неба. Более того, они прошли через адские тренировки в течение последних пяти месяцев, подвергаясь манипуляциям и переутомлению со стороны самопровозглашенного мастера неизвестной личности, Би Рюёна. Железные ограничители, которые они носили, не сильно их сдерживали. Другими словами, им не нужно было снимать их ради простых головорезов, не говоря уже о квалифицированных мастерах. Под ударами деревянных мечей этих пятнадцати человек бесчисленное множество охранников предприятия «Чунъян» истекали кровью и теряли сознание.

По мере того как число людей, врезающихся в стены, росло, появились первоклассные эксперты охранного предприятия «Чунъян».

— Кто вы такие!

Забыв предыдущую непроизнесенную реплику, тот, у кого было три лотоса, наконец произнес ее. Когда незнакомцы, старики, молодые мужчины и женщины, неженатые пары, беременные женщины, пожилые люди или слабые вторгались в собственную секту, стандартной процедурой было сначала сохранить противостояние, а затем спросить: «Кто вы такие!», чтобы начать диалог с противником. Однако, поскольку представитель, появившийся первым, не сказал этого, бой продолжался без достижения тупика.

— Могу ли я смиренно попросить вас объяснить нам, глупцам, благородные и чистые причины, по которым вы вторглись в наше скромное и незначительное агентство, после того как сначала представитесь. Эта молодежь в наши дни не имеет манер и совершенно неисправима.

Би Рюён расстроился еще больше, потому что противник с самого начала говорил с ним в фамильярном тоне, вежливо не расспросив. Тем не менее, он произнес эту длинную речь мгновенно, ни разу не переведя дыхание, и на мгновение вокруг воцарилась тишина. На лбу мужчины средних лет, стоящего в центре, вздулись синие вены.

— Откуда вы?

Он не выказал намерения слушать слова Би Рюёна. По крайней мере, Би Рюён ожидал чего-то вроде: «Откуда вы?», но ответ не оправдал его ожиданий.

— Вон оттуда.

Би Рюён указал пальцем на гору. Гора называлась Эмэй. Глава склонил голову набок.

«Не похоже, что они с Эмэй. На горе Эмэй не может быть банды разбойников, и какая банда разбойников осмелится воровать на территории Ордена Эмэй?»

Сомнения главы накапливались.

— Да, зачем вы пришли?

— Зачем вы пришли? Это очень хороший вопрос. Этот вопрос является очень полезным и важным вопросом, который может разрешить эту деликатную и сложную ситуацию, в которой находимся мы и вы. Вы должны были спросить об этом с самого начала!

— Разве не сложно говорить без запятых вот так?

— Конечно, сложно.

Глава спросил обеспокоенными глазами, а Би Рюён ответил с выражением лица, которое спрашивало, почему он спрашивает что-то настолько очевидное. Слова Би Рюёна были длинными, быстрыми, произносились на одном дыхании и были настолько запутанными, что разум слушателя пришел бы в замешательство. Однако, казалось, разговор наконец дошел до сути.

— Я слышал, в вашем агентстве работает курьер по имени Кан Джангхан или Цзяньчжанхан. Это правда?

Би Рюён думал, что спрашивает вежливо. Он использовал меньше фамильярностей, чем обычно…

— Совершенно верно. Человек по имени Кан Джангхан занимает должность представителя в нашем агентстве.

— Этот человек посещал гору Эмэй в течение последних трех дней?

— Да, он ходил преподнести подарки Ордену Эмэй.

Глава особенно подчеркнул слова «Орден Эмэй». Это была невысказанная угроза, подразумевающая, что за ними стоит Орден Эмэй, поэтому они не должны действовать опрометчиво. В землях Сычуани, особенно у подножия горы Эмэй, кто не боялся бы или не уважал бы «Орден Эмэй»? С таким расчетом глава подчеркнул слова «Орден Эмэй». Однако всегда есть исключения. Ожидания главы не оправдались. Для ушей Би Рюёна «Орден Эмэй» не представлял никакого интереса.

— Вот именно! Это действительно был тот самый главный охранник Кан Джангхан и его банда, которые были вашими курьерами. По пути вниз с горы Эмэй они нашли пустяковую причину, чтобы напасть на одного из моих учеников, их было больше десяти, и они применили коллективное насилие к моему любимому обожаемому драгоценному ученику, избив его до полусмерти. Вот почему я пришел. Его принесли обратно всего в крови, и сейчас он лежит в постели, получая лечение. В результате мой ученик получил тяжелые травмы, требующие двух месяцев абсолютного покоя, трех месяцев интенсивной терапии и шести месяцев регулярного лечения, с высоким риском осложнений. Следовательно, похоже, что потребуются огромные и значительные расходы на лечение. Кроме того, этот парень Кан, поняв, что не может справиться с моим учеником в одиночку, должен был отступить, как это было бы естественно при недостатке навыков, но вместо этого он прибег к подавляющему численному превосходству, окружив моего ученика и совершив коллективное насилие. Поэтому я требую наказания и дисциплинарных мер для этого парня Кана. Я также требую компенсации за моральный и физический ущерб, причиненный моему ученику и мне самому.

Снова речь лилась без запятых и точек, но последние слова были самыми важными и главной причиной того, что они зашли так далеко. Речь шла о деньгах и мести.

— Эй, разве это не был один месяц абсолютного покоя? — Гым Ёнхо выразил сомнение.

— Кажется, интенсивная терапия была на месяц… — сказал Хёнун.

— Да, а регулярное лечение — три месяца, — сказала Намгун Сансан.

— Риск осложнений был минимальным. Совершенно не о чем беспокоиться.

— Я слышал, как лекарь сказал это, ударив себя в грудь с такой уверенностью… — честно засвидетельствовал Намгун Сан ситуацию, свидетелем которой он был.

— Хм, я тоже это слышал… Я ослышался?

— Когда состояние Тан Сана ухудшилось? Я ничего об этом не слышал…

Ученики шептались позади, но Би Рюён проигнорировал их, как будто ничего не слышал.

— Это невозможно. Глава Кан — известная личность в нашем агентстве. Он бы не сделал ничего подобного.

Хотя он так сказал, в сознании главы всплыл образ главы Кана, вернувшегося два дня назад всего в ранах после визита к Ордену Эмэй. Хоть раны и были незначительными, травмы по всему телу были необычными, что заставило его заподозрить неладное. Раны напоминали те, которые можно получить, будучи беззащитно избитым обычными головорезами, а не оружием. Если их слова правдивы, это запятнает имя охранного предприятия «Чунъян». Это было не простое дело.

— Где глава Кан? — спросил глава у суперинтенданта рядом с ним.

— Его сейчас нет.

— Найди его немедленно!

Затем он сказал Би Рюёну и его свите:

— Поскольку его сейчас нет, почему бы вам не подождать, пока глава Кан вернется?

— Мы так и сделаем, — неторопливо ответил Би Рюён