Контент удален!

– Ты много работала, Су Хёк.

– Нет. Это сестрица Хе Джи усердно работала.

Возможно, потому что О Хе Джи и Джу Су Хёк находились на некотором расстоянии, они, похоже, ещё не заметили Ан Дайн.

Поскольку оба были превосходными Игроками, они чувствовали на себе взгляды окружающих, но для них это было обычным делом.

На самом деле, помимо Ан Дайн, на них двоих поглядывало множество людей.

Если только они не учувствовали в битве, Джу Су Хёк и О Хе Джи, похоже, не слишком беспокоились о том, что за ними пристально наблюдают в школе.

– …Кстати, о том, что ты меня забирал на протяжении всего экзаменационного периода, это, возможно, было по просьбе брата Су Гёма?

В тот момент, когда О Хе Джи произнесла слова «брат Су Гём», она смутилась.

Он ей так нравится, что даже простое произношение его имени вызывает смущение?!

Похоже, О Хе Джи всё ещё питает безответную любовь к этому обречённому заядлому курильщику Джу Су Гёму.

Возможно, она стала испытывать к нему ещё большую симпатию, потому что Джу Су Гём сорвал заговор стариков из группы Джу-О и проводил её до места проведения экзамена СSAT.

И всё же я ненавидел Джу Су Гёма.

В этот момент Джу Су Хёк сказал нечто бестактное.

– Нет, я пришёл, потому что сам захотел.

Услышав слова Джу Су Хёка, глаза Ан Дайн слегка задрожали.

Конечно, Ан Дайн ничего не знает о Джу Су Гёме.

Тем не менее, благодаря этим словам всем стало известно, что Джу Су Хёк добровольно провожал О Хе Джи на протяжении всего экзаменационного периода.

Джу Су Хёк посмотрел на О Хе Джи с немного более обеспокоенным выражением лица.

– Брат Су Гём сказал, что во время выпускных экзаменов всё будет в порядке. Тем не менее, я волновался, поэтому…

Я разделяю мнение Джу Су Гёма.

Целью безумных стариков из «Джу-О Групп» было скорейшее замужество О Хе Джи. Поэтому они попытались воспрепятствовать её зачислению в университет.

Но в этом не было необходимости во время сдачи выпускных экзаменов, которые гарантировали ей получение диплома. Потому что если бы О Хе Джи по какой-то случайности останется на второй год, их цель отодвинулась бы ещё дальше.

«Если они настолько не в себе, есть вероятность, что они захотят сорвать выпускной в старшей школе, но даже если она не сможет поступить в университет, они ни за что не откажутся от звания дочери семьи О, окончившей школу Ынгван».

Игроки часто не поступали в университеты.

Игроки были похожи на спортсменов, которые после окончания старшей школы сразу же решали бы вступить в профессиональную команду.

Однако, независимо от того, какой это Игрок, он, как правило, оканчивает старшую школу или сдаёт квалификационный экзамен.

– Понятно… спасибо, Су Хёк.

– Нет, я рад, что с сестрицей Хе Джи ничего не случилось.

Хотя это и не соответствовало ожиданиям О Хе Джи, она мягко улыбнулась, вероятно, из-за доброго сердца Джу Су Хёка.

Джу Су Хёк тоже улыбнулся, и эта сцена выглядела невероятно трогательной.

На мой взгляд, как человека, знающего обстоятельства жизни этих двоих, они выглядели как близкие брат и сестра, но в глазах Ан Дайн это может выглядеть иначе.

Ан Дайн на мгновение скривилась, а затем отвела взгляд от них двоих.

– Боже мой…

Мун Саэ Рон, наблюдавшая за этой сценой, воскликнула довольно сдавленным голосом, словно её накормили сладким картофелем.

Я также почувствовал неприятное предчувствие.

Джу Су Хёк, заметивший нас только сейчас, заговорил с нами.

– О, все пришли рано.

– Вы здесь? В коридоре холодно, почему вы на улице? Давай просто зайдём.

В этот момент подошла Ю Сан Хи, которая находилась на шаг позади них и наблюдала за ситуацией.

Ю Сан Хи, которая нас коротко поприветствовала, сразу же обратилась к О Хе Джи.

– Хе Джи…

– Что?

– Ты расстроена из-за того, что провалила СSAT? Похоже, ты ещё больше утратила здравый смысл, которого тебе и так не хватало.

Ей не понравилось, что Ан Дайн, её младшая из Студенческого совета, была грустной?

Ю Сан Хи излагала факты доброжелательным голосом, одновременно задевая за живое О Хе Джи.

О Хе Джи не сдалась и вернула слова Ю Сан Хи.

– Ты что, затеваешь со мной драку? И когда я провалилась? Ты набрала меньше баллов, чем обычно.

– Ты просто пытаешься затеять ссору. Я ненавижу вступать в конфликт с невежественными людьми. Да, мои оценки упали, но даже несмотря на это, они намного лучше, чем у Хе Джи.

– Любой, кто это услышит, подумает, что разница составляла 20 баллов. А ты поднимаешь шум из-за всего лишь 2-х баллов.

– Хе Джи сказала, что получит высший балл. По сравнению с высшим баллом, у тебя очень низкий показатель.

О Хе Джи говорила, сдерживая гнев, который вот-вот должен был вспыхнуть, а Ю Сан Хи широко улыбалась и контратаковала.

Мне казалось, что я должен их остановить, но, будучи младшим, мне было неловко вмешиваться.

На самом деле, даже тем же самым сверстникам было бы непросто встать между ними, выплёскивающим свою энергию.

Хотя родному младшему брату, Ю Сан Хуну, было бы легко вмешаться, он лишь усталыми глазами наблюдал за спором своей родной сестры с одноклассницей.

Похоже, он вообще не собирался вмешиваться.

Когда их голоса стали громче, я подумал, что даже если я не справляюсь, мне следует вмешаться.

– Ваши младшие на вас смотрят. Прекратите это.

После слов До Вон У они тут же замолчали.

Его умение пресекать споры было весьма достойным бывшего президента Студенческого совета, который почти 3 года имел дело с классом 0.

До Вон У также громко высказался в сторону детей, которые собрались вокруг.

– Собрание представителей студенческих организаций скоро начнётся. Заходите внутрь.

Услышав слова До Вон У, дети, собравшиеся у входа, один за другим вернулись на свои места.

Поскольку собрание представителей учащихся проводилось учениками второго года обучения, третьегодки из студенческих организаций заняли отдельно подготовленные места, вместо того чтобы подойти к трибуне.

Их места находились сбоку от мест первогодок, поэтому я случайно подслушал разговор О Хе Джи и До Вон У.

– Ты сильно изменился.

– Что?

– Обычно ты встаёшь на сторону Сан Хи и получаешь от неё удар в ответ.

– …

О Хе Джи упомянула о неприглядном прошлом До Вон У, но он никак не отреагировал. Он просто сел, сохраняя невозмутимое выражение лица.

Если посмотреть на профиль До Вон У, то можно заметить, что у него более выраженная линия подбородка, возможно, он похудел из-за проблем, возникших в «TC Групп».

«У Хон Гю Бина забрали дело, связанное с «Намгун Групп», поэтому он полностью сосредоточится на «ТС Групп». Давление, должно быть, очень велико».

В данный момент Хон Гю Бин отслеживал спонсора, который поддерживал проект Научно-исследовательского института TC.

Прямо сейчас До Вон У сотрудничает с Ассоциацией и, судя по всему, прилагает все усилия, чтобы передвигаться и одновременно противостоять атакам, направленным на подавление и дезорганизацию оппозиции внутри ТС.

Но, как и подобает моему талантливому игровому персонажу, он отлично справлялся с задачей.

«Хон Гю Бин отвечает за дело TC, так что, вероятно, всё будет в порядке. Сейчас необходимо решить другой вопрос».

Если взглянуть на текущую ситуацию с точки зрения жалкого парня, который играл в СИМ до самого конца, возник кризис первостепенной важности – Ан Дайн, прибывавшая в уныние, и Джу Су Хёк, который понятия не имел, что только что произошло.

Я не знал, ревновала ли Ан Дайн или это было недоразумение, но в любом случае, она выглядела не очень счастливой.

Ситуация прошла мимо, так и не получив возможности разрешиться, но было бы ещё более странно, если бы кто-то с опозданием вмешался и заявил, что Джу Су Хёк и О Хе Джи не состоят ни в каких отношениях.

Когда я пытался придумать способ преодолеть этот кризис…

*Дудудум!*

Одновременно со звуком барабана я услышал трубу.

Откуда-то раздался звук парада колесничих.

В тот же момент дверь открылась, и появились Гым Чан Соль и Ван Чан Соль, все их тела были обклеены листовками неизвестного содержания.

– Встречайте президент класса 2-0, Гым Чан Соль!

– Встречайте вице-президента класса 2-0, Ван…

Однако их реплики и величественная фоновая музыка были одновременно прерваны.

*Вжик!*

Пламя, вспыхнувшее вокруг Ём Джун Ёля, охватило конференц-зал.

Стоя у места председателя совета Ём Джун Ёль поджег спрятанные Bluetooth-колонки с помощью [Дистанционного поджога].

– Я был так занят подготовкой к собранию, что совсем забыл о Чан Солях. Разве вы не знаете, что установка чего-либо внутри конференц-зала без разрешения Студенческого совета будут немедленно демонтированы? Вы пришли, так что садитесь.

Ём Джун Ёль говорил спокойно, но пламя, охватившее Bluetooth-колонки, яростно пылало.

Только когда колонки превратились в кучу пепла, пламя полностью погасло.

Казалось, Гым Чан Соль и Ван Чан Соль больше расстроились из-за того, что им не удалось произвести потрясающее впечатление, чем из-за сгоревших колонок.

– Ужас! Всё было почти идеально! Но нас снова поймали!

– Нет, нам всё равно это удалось. Мы идеально привлекли внимание и вошли последними!

– Мы что, действительно вошли последними? Старших мерзавцев из класса 3-0 здесь нет? Ван Чан, что случилось?!

– Э-э, я думал, они придут, но их здесь нет…!

Гым Чан Соль и Ван Чан Соль снова попытались появиться последними, но, похоже, у них снова не получилось.

Я слышал, что У Ки Хван и его банда из класса 3-0 сегодня пришли в школу и сдавали выпускные экзамены. Они планируют просто пропустить собрание?

Даже если бы не пришли ученики класса 3-0, Гым Чан и Ван Чан всё равно появились последними.

Пока Гым Чан и Ван Чан пытались одержать эту психологическую победу, У Ки Хван и вице-президент класса 3-0, член Клуба традиционной музыки, появились с опозданием.

В этом году на собрании студенческих представителей последними оказались и привлекли к себе всеобщее внимание именно У Ки Хван и его соратник.

– Что за вонь тут стоит? Проветрите помещение.

Когда У Ки Хван обмахнулся рукой, явно не довольный запахом дыма, Гым Чан Соль и Ван Чан Соль поджали губы, как утки, и заворчали.

Они грубо кричали: «Быстрее заканчивайте учёбу!», «Если вы сдали выпускные экзамены, просто идите домой!».

*Тух!*

Ём Джун Ёль ударил молотком по столу председателя.

По мере распространения мощной сверхъестественной волны, шумный конференц-зал мгновенно затих.

– Теперь начнём собрание представителей учащихся четвёртой четверти.

Когда до задних рядов донесся голос Ём Джун Ёля, наполненный сверхъестественной силой, все настороженно прислушались.

Это выступление ещё не было таким же мастерским, как у До Вон У, но оно, безусловно, было достойно нового президента Студенческого совета, выбранного школой Ынгван.

Процесс после вступительной речи прошёл гладко.

Я видел, как третьегодки уверенно кивали головами, наблюдая за тем, как Ём Джун Ёль руководил собранием.

«Мне обязательно нужно сегодня отправить поздравительное сообщение».

Пока я подбирал слова, чтобы поздравить Ём Джун Ёля с его успехами как младший и его мастер, завершились отчёты Студенческого совета и президентов классов.

После этого последовал отчёт Команды лидеров, и президент Чон Дон Ха спокойно, без малейшего волнения, завершил его.

У президента Клубного комитета Хо Че А иногда дрожал голос во время отчёта, возможно, из-за большого количества дел, но в остальном критиковать было нечего.

Как раз когда я был доволен игрой своего персонажа, моё настроение внезапно резко упало.

– Далее выступит представитель Союза Крыльев.

При этих словах появился президент Союза Крыльев, ублюдок «Гад».

Чем больше я слушал доклад Союза Крыльев, тем хуже мне становилось.

Какие же грехи совершили ученики из общежития школы Ынгван, что им пришлось выбрать этого злобного комментатора в качестве президента?

Он хорошо учился у образцового старшего и неплохо справился, но мне совсем не понравилось видеть его на месте президента Союза Крыльев.

«…Похоже, он посмотрит в сторону Ан Дайн».

Прежде чем Ге И Дам закончил отчёт и спустился вниз, он, казалось, на мгновение взглянул на Ан Дайн, прибывавшую в уныние.

По всей видимости, он беспокоился об Ан Дайн, не зная своего места.

Если бы Ге И Дам был в пределах моей досягаемости, я бы, наверное, ткнул ему ножом в глаза.

После того как каждая из автономных организаций завершила свой периодический отчёт, началось обсуждение основных пунктов повестки дня.

– Первый пункт касается отбора представителей школы Ынгван.

Когда прозвучали слова «отбор представителей», все взгляды, казалось, устремились на меня.

Казалось, они смотрели на меня как на кандидата, даже если это не отражало их истинных намерений.

Ём Джун Ёль, стоявший на месте председателя, тоже посмотрел на меня.

– Как президент Студенческого совета, нет, как ученик, который в этом году был официальным лицом школы Ынгван, у меня есть предложение.

В этот момент Ём Джун Ёль сказал нечто неожиданное.

– В настоящее время в школе есть два вакантных места для официальных представителей, – это несравнимо малое число по сравнению с размером самой школы.

В школе Ынгван обучалось около 1500 учеников.

Хотя студенческие автономные организации представляли интересы учеников, строго говоря, выбранный кандидат являлся официальным представителем учеников.

Даже вдвоём это было бы огромной нагрузкой.

Ём Джун Ёль, который оставался активным, несмотря на это тяжелое бремя, поистине достоин восхищения.

Во время разговора Ём Джун Ёль открыл голограмму:

– Поэтому, начиная с этого года, я надеюсь отобрать больше учеников в качестве официальных представителей, чтобы облегчить нагрузку на выступающих и помочь им активно продвигать школу.

На голограмме отображалось четыре вакантных места для учеников и один для учителя.