Онлайн чтение книги Зверь ледяной ночи Beast of the Frozen Night
1 - 11

В комнате было чисто, но почти не имелось никаких следов человеческой руки. Возможно, только горничная, отвечающая за уборку, входила и выходила, и, похоже, никто не приходил сюда с целью почитать книгу.

Подумав, что никто не придет, Анна расслабилась и забралась ногами на кушетку. Она была склонна придерживаться прямой осанки, но после того, как приехала сюда, решила отказаться от своих строгих привычек. Если она не ошибается, никто и пальцем не пошевелит, и так как она в любом случае уйдет, этой роскошной жизни придет конец.

Откинувшись на подлокотник, куда ей следовало бы положить руки, она подложила небольшую подушку под талию, чтобы прочно сидеть на своем месте, приняв при этом довольно удобную позу.

‑ Не думаю, что кто-нибудь придет. И почему он так красиво украшен?

Анна предположила, что замок был построен одним из предшественников и с тех пор был утерян, и открыла книгу.

[Основатель Империи Свения, Император Вернуар Элекн из Свении… Среди них он дал имена пяти семьям имперских чиновников… Великое герцогство Кромунд, герцогство Муллит, герцогство Либелуа…]

‑ Герцогство Либелуа…

Читая отрывок, Анна ухмыльнулась знакомым словам. Именно по этой причине ее отец, граф Либелуа, говорил о семье как о пристрастии. Причина, по которой они настаивали на предмете своей гордости, несмотря на уменьшение оказываемого влияния, заключалась в том, что семья Либелуа изначально была герцогством.

Семья, которая внесла свой вклад в основание Свении… И хоть она сама никогда не испытывала этого, ее отец очень гордился тем, что являлся потомком герцога.

‑ От герцогства до графства, удивительно…

Анна была осведомлена, по какому пути сошли Либелуа. Она точно не знала, что произошло, но ей сказали, что из-за ее предшественницы они потеряли имя престижной семьи.

Часто случалось так, что семья, которая долгое время не добивалась успеха или совершала тяжкое преступление, которое было невозможно смыть, понижалась в звании, но тот факт, что Либелуа были понижены с герцогства до графства без видимой на то причины, являлся грандиозной темой для обсуждений даже в нынешнее время.

Непонятно, почему одна из имперских семей была понижена в звании, но было кое-что более шокирующее, чем это. В то же время все финансовые связи семьи были оборваны, а выданный им территориальный пропуск конфискован из-за незначительных ошибок, а сельскохозяйственные угодья, как говорили, были опустошены настолько, что было невозможно платить какую-либо арендную плату, не говоря уже об обильном урожае. Даже бизнес, который они начали, был разрушен.

‑ Хорошо, что семья не распалась.

С момента основания Империи прошло более 400 лет. Тем не менее, граф Либелуа жил с гордостью. Во времена дедушки Анны им удалось восстановить поместье, и финансы в какой-то степени стабилизировались, но в настоящем они находились в беде из-за ее отца, который тупо жаждал превратить их семью в герцогство.

Ее родители тратили деньги, как воду, пытаясь поддерживать дружеские отношения с людьми из высокопоставленных семей и возвысить имя своей семьи. Граф сказал, что восстановит былую славу своих предков, и поэтому воспитывал своих детей чрезвычайно строго, начиная с раннего возраста. Сын должен был стать достойным наследником, а дочь выйти замуж за члена высокопоставленной семьи.

И в случае с Анной все было вполне успешно. Она была помолвлена с преемником маркиза Уитмора, управляющего казначейством из поколения в поколение.

‑ Теперь им это будет больше по душе.

Как бы то ни было, ее родители распространили информацию в социальных кругах в тот день, когда Анна уехала. Они говорили, что породнились с Великим герцогством. Ее родители не думали, что они продадут свою дочь, но просто установление связей с таинственным Великим герцогством привлекло бы к ним внимание людей.

‑ Какое выражение лица у них будет позже?

Довольно холодное чувство овладело ее печалью. Жаль, что она не сможет увидеть их лица лично, но у нее и не было намерения этого делать. Прежде чем приехать сюда, девушка дала себе железную клятву разорвать все связи со своей семьей.

Она снова перевернула страницу и попыталась прочитать следующую статью, но вскоре потеряла к ней интерес, так как знала, о чем она.

Анна почувствовала, как к ней подкрадывается дремота. В библиотеке было холоднее, чем в других комнатах, но когда она легла на удобную кушетку, ее окутала сонливость. Как если бы снотворный чай, который она выпила некоторое время назад, чтобы уснуть, начал действовать.

С темнеющими глазами Анна схватила шаль и накинула ее, чтобы согреться, после чего наконец заснула. Прошло совсем немного времени, прежде чем дверь тихой библиотеки отворилась.

***

Грубо нацарапанные черные буквы растекались, как пролитые чернила, по бумаге на деревянном столе. Высококачественная перьевая ручка в его руке двигалась быстро, и очертания лица Великого герцога были острее, чем обычно.

Эштон, который ждал с другой стороны с пачкой бумаг, внезапно заговорил:

‑ Вы спрашивали Мадам?

‑ Болтай о чем-нибудь понятном.

Лишь холодно произнес Великий герцог, даже не отведя взгляда. Это был нюанс, который показывал не то, что мужчина не понимал, о чем тот говорит, а то, что он не желал тратить время на слова, не имеющие значения.

Эштон продолжил, несмотря на свирепый вид своего господина, который не удостоил его ни единым взглядом:

‑ Разве свадебная церемония не должна быть проведена должным образом?

Эштон вспомнил лицо Великой герцогини, пытающейся сохранять спокойствие. Она была женщиной с красивой фигурой, которая, по слухам, заняла место невесты маркиза Уитмора, превзойдя других дам из знатных семей.

Но это было еще не все. Она обладала достоинством и элегантностью аристократки высшего класса, внешностью, что не уступала никому другому, и умением хорошо ладить с людьми. Она не была узко мыслящей благородной дамой, которая ничего не знает, кроме как богато украшать себя, но больше, чем кто-либо другой, подходила на роль Великой герцогини.

Даже когда Эштон огласил принудительные требования, Великая герцогиня не растерялась и сразу же нашла, что ответить. Их первая встреча, бесспорно, произвела на него огромное впечатление.

Однако после приезда в замок Великого герцога, герцогиня, с которой он иногда сталкивался, немного отличалась от себя прежней, даже несмотря на то, что мягко улыбалась. Все потому, что в ее ясных глазах виднелось легкое беспокойство. И Эштон подумал, что это связано с ее бедственным положением, потому что свадебная церемония даже не была проведена.

Хрусть!

В комнате раздался глухой звук ломающегося острого наконечника. Вместо того чтобы выбросить ручку или что-то в этом роде, он остался на своем месте, поправив очки.

‑ С каких это пор тебя интересуют другие люди, кроме меня?

Глаза Великого герцога, который все это время игнорировал Эштона, теперь раздраженно уставились на него.

Великий герцог нервно стянул с себя домашнюю рубашку с оборками на воротнике, которая была на нем надета, и закатал рукава до предплечья. Его грудные мышцы, видимые сквозь одежду, открывавшую его грудь, привлекли внимание даже его помощника.

Даже в холодную погоду, когда окна были украшены морозной росписью, Великий герцог был одет так, как будто стояла середина лета. Каждый раз, когда подобное происходило, Эштон должен был понимать, что Великий герцог действительно отличается от него. Однако поведать о своих убеждениях своему господину было также долгом и обязанностью подчиненного:

‑ Это потому, что она жена Вашего Высочества.

‑ Эштон, ты позабыл свои манеры. Твой отец не посмел бы сказать ничего дерзкого.

Когда раздался холодный низкий голос, внутри кабинета воцарилось тяжелое ощущение мрачного давления. Казалось, что к горлу Эштона приставили острый клинок убийственной энергии, поскольку оказываемое давление было настолько колоссальным, что воздух, которым он дышал, исчез.

Эштон проглотил еще больше слов, когда Великий герцог упомянул его отца. Говорить что-то господину, не зная своего места, было одной из вещей, которых Великий герцог терпеть не мог. Сглотнув, Эштон склонил голову.

‑ Прошу прощения. Я… Я оговорился.

‑ Не смеши меня, расскажи мне все как следует.

Великий герцог сложил бумагу, на которой писал, капнул на нее воском и поставил свою печать, после чего отдал ее Эштону, как бы швыряя.

Слова, которые он должен был произнести, достигли его горла, но он не мог еще больше разгневать Великого герцога. Проглотив их, Эштон осторожно взял письмо и вышел из комнаты.

После того, как Эштон ушел, взгляд Великого герцога устремился к часам на другой стороне стены. В три часа, как обычно, пришло время переместиться в библиотеку. Он не любил читать книги, но в них было нечто ценное для него, поэтому он всегда посещал ее раз в день.

Однако, прежде чем дойти до библиотеки и открыть дверь, он почувствовал иную атмосферу и остановился. Все потому, что он ощутил чье-то незначительное присутствие внутри.

‑ Кто это? Это не тот человек…

Мужчина с грохотом распахнул дверь и свирепыми глазами начал выискивать незваного гостя. Но стоило ему увидеть лицо женщины перед собой, облегченный выдох вырвался сквозь его напряженные зубы. Перед ним находилась упрямая женщина, которая боялась, но при этом отчетливо отвечала ему.

‑ Хаа… Мне было интересно, кто же это был.

Он почти сразу же без промедления сломал бы незваному гостю шею. К счастью, она спала так, что это бросалось в глаза. Если так… Ее снова запрут этой ночью.

На полу лежала книга, похоже, она заснула во время чтения. Хоть он и прошел весь путь до кушетки, не скрывая своего присутствия, она ничего не заметила и погрузилась в глубокий сон.

Ее пышная грудь легко поднималась и пускалась, когда ровное дыхание срывалось с ее крошечных губ. Светло-русые волосы ниспадали между глубоко посаженными линиями груди, а ее впалые щеки были красноватыми, как будто их пощипали и покрасили розами.

Ее гладкий, безупречный затылок выделялся. Прошлой ночью он несколько раз оставлял засосы на этой шее.

Мягкое тело, которое дрожало в его объятиях, но не могло оказать сопротивление, усиливало его возбуждение и пробуждало садистские наклонности, которые дремали внутри. В конце концов, она разрыдалась, но ничто не могло принести ему большего облегчения, чем этот раз.

‑ Ммм… Холодно…

Пробормотала Анна, которая в этот момент безрассудно хватала и тащила все, что могла удержать в руке, в поисках тепла.

‑ Мне трудно сдерживаться, когда ты так беспечна…