Контент удален!

Женщина на фотографии выглядела заурядно. Пожалуй, даже пресно. Взгляд прямой и ясный, но в целом — самый обычный типаж, каких полно вокруг: пройдёшь мимо и не оглянешься. Впрочем, её внешность сейчас роли не играла.

— Сейчас она старший помощник депутата Мин Джи Э.

Услышав доклад старшего помощника Юн Джон Пхё, Кан Хо вскинул голову. Его взгляд безмолвно требовал продолжения — мол, и что с того? Слегка стушевавшись под этим взглядом, Джон Пхё после секундной заминки ответил:

— ...Она там серый кардинал.

Кан Хо нахмурился с таким видом, будто спрашивал: Ты думаешь, я ради этой ерунды выкраивал драгоценное время? Плечи Джон Пхё вмиг напряглись. Уловив недовольство шефа, он поспешил добавить:

— Она долго работала под началом депутата Сон Тхэ Сына, который недавно получил обвинительный приговор в первой инстанции за коррупцию и сейчас отбывает срок. Говорят, в политику её тоже привёл депутат Сон.

Значит, прикрывала тылы севшему за решётку типу? От этой истории явно разило тухлятиной. Кан Хо так и не избавился от прокурорских привычек, и чутьё на подобную грязь у него было развито отменно.

— И что у них были за отношения?

— ...Что?

От столь прямолинейного вопроса Джон Пхё опешил и округлил глаза.

— Спали друг с другом?

Кан Хо продолжал допрос, копая глубже.

— А, это... Нет, насколько мне известно, ничего такого.

Почувствовав неловкость, помощник Юн поспешил подробно изложить собранные сведения. Переманить прозябавшего на задворках политического репортёра Юн Джон Пхё и усадить в кресло старшего помощника было стратегией «красной команды»: требовался человек с критическим взглядом со стороны. Но Джон Пхё оказался чересчур совестливым и чистоплотным, отчего нередко судил о ситуации исключительно по учебникам.

В такие моменты у Кан Хо внутри всё закипало от глухого раздражения. Чтобы подняться наверх, требовалось терпеть подобных людей, но именно это всегда давалось ему тяжелее всего.

— И как вы, помощник Юн, можете за это ручаться?

Кан Хо заговорил подчёркнуто сухим, деловым тоном, вытягивая из собеседника рациональные доводы. Если уж заявляешь «нет», у этого должны быть основания.

— У неё безупречная репутация, да и характер совсем не тот, чтобы...

Но проглотить столь неубедительную банальщину Кан Хо никак не мог.

— Помощник Юн.

— Да.

— Ты эту женщину хорошо знаешь? Вы близки?

— ...Нет.

— Тогда откуда взялся вывод, будто у неё не тот характер? Взять хотя бы меня: каким я тебе кажусь? То, что обо мне говорят на публике, совпадает с моим настоящим характером?

Умный, безупречно воспитанный политик новой формации — именно такой образ слепили для депутата первого созыва Пэк Кан Хо. Но каков он на самом деле? Изворотливый и циничный, будто внутри свернулась сотня хитрющих гадин, да ещё и с непредсказуемой дурью в башке — определение «отморозок нового поколения» подходило ему идеально. Пропасть между фасадом и нутром была столь чудовищной, что даже Джон Пхё не посмел бы возразить.

— Я всё выясню подробнее.

Джон Пхё, не умевший льстить даже ради приличия, поспешил вернуться к теме той женщины. У Кан Хо испортилось настроение, но выказывать этого он не стал и просто поднялся из-за стола.

— Хватит. Пробей, где она.

— Что? Хотите встретиться прямо сейчас?

Опешив от внезапного порыва Кан Хо, Джон Пхё поспешил следом. Тот и без того никогда не придерживался планов, создавая трудности даже для ближайшего окружения, но сейчас перегибал палку сильнее обычного, что не на шутку тревожило.

— Господин депутат!

Кан Хо, ни с кем не считаясь, вышел из кабинета и направился к подземной парковке. Он не оставил времени даже на то, чтобы вызвать личного водителя.

— Чего застыл? Заводи машину.

Джон Пхё ничего не оставалось, кроме как достать ключ и снять машину с сигнализации. Судя по всему, сегодня крутить баранку придётся ему самому.

Кан Хо сел на заднее сиденье и достал из кармана телефон. Он ещё раз бегло просмотрел срочный отчёт, поступивший этим утром. На душе отчего-то нарастало нетерпение.

Нужно действовать до того, как вмешается старик. Ведь даже о том, что Кан Хо раздобыл фотографию этой женщины, деду наверняка уже донесли по своим каналам. В таких делах всё решало время. Отодвинув все оставшиеся дела, Кан Хо поехал туда, где находилась эта женщина.

***

— Это все вещи?

— Ага. Сколько ни собирали, это всё.

Загружая свои коробки в багажник, Хи Сук ответила Му Ён. А затем, увидев, что заднее сиденье тоже забито под завязку, с неподдельным восхищением посмотрела на неё:

— Дорогая, и где ты только умудрилась столько раздобыть?

— Попросила дядю поспрашивать у себя в заведении да по соседям, вот и набралось прилично.

В этот день проходила благотворительная ярмарка, организованная партией «Симин». Из-за отсутствия председателя в партии царила нестабильность, однако ежегодное мероприятие решили всё же не отменять.

Такова была идея депутата Мин Джи Э, временно исполнявшей обязанности председателя партии вместо Сон Тхэ Сына. Ей хотелось через эту ярмарку продемонстрировать стремление партии к молчаливому обновлению. Никто в партии не посмел возразить.

Сказать по правде, в партии просто не осталось никого, у кого нашлось бы достаточно запала подать голос. Реальный тюремный срок Тхэ Сына нанёс сокрушительный удар. Для и без того малочисленной оппозиционной партии «Симин» потеря депутатского мандата самым узнаваемым лидером и уголовные скандалы обернулись угрозой для самого её существования.

— Депутат Мин сразу туда подъедет?

Хи Сук открыла пассажирскую дверь и посмотрела на Му Ён. Будучи старшим помощником в аппарате депутата Чхве Джон Мина от той же партии «Симин», она провела в Национальном собрании больше десяти лет и была тёртым калачом. Когда Му Ён только появилась на Йоидо, ничего толком не зная, именно Хи Сук во всём помогала ей и стала настоящей опорой.

— У неё сегодня деловой завтрак в «Альянсе за свободу», обещала приехать сразу после него.

— Ох, стоило стать исполняющей обязанности, как на неё сразу навалилась куча дел. Но какое же счастье, что у неё есть ты. Наш старик согласился только потому, что организацию ярмарки взяла на себя ты лично. Иначе ни за что бы не стал сотрудничать!

Хи Сук всегда охотно отдавала должное чужим способностям. Такова была её манера находить подход к людям. Пусть за спиной злые языки и называли это пустой лестью, Му Ён искренне хотелось перенять эту черту. Но у неё самой из-за какой-то внутренней преграды подобные тёплые слова вечно застревали в горле. При этом привычка всегда говорить то, что думает, делила отношение к Му Ён в коллективе на два непримиримых лагеря.

— Я слышала, депутат Чхве в командировке?

— Ага. Умеет подгадать момент. Велел мне вкалывать за десятерых.

Хи Сук подмигнула — мол, не суди строго, — и Му Ён ответила понимающей улыбкой. Всё равно для депутатов подобные мероприятия существовали лишь для того, чтобы засветить лицо и сразу уехать, так что большой беды в его отсутствии не было.

У площадки ярмарки уже вовсю толокся народ. Помощники во главе с Му Ён принялись разворачивать подготовку. День выдался удачным, а из-за фестиваля в соседнем торговом квартале оттуда хлынула волна посетителей, так что на благотворительном базаре быстро стало негде яблоку упасть.

— Ой! Слушай, это ведь он, да?

— А? Точно! С ума сойти! Я его впервые вживую вижу. Обалдеть какой красавчик!

Услышав нарастающий гул в толпе у входа, Му Ён решила, что на ярмарку заглянула какая-нибудь знаменитость. Если популярная звезда почтит их визитом хотя бы мимоходом, это здорово подогреет интерес к мероприятию, так что она тоже с любопытством пригляделась.

— Охренеть... Какого чёрта этот тип сюда припёрся?

В этот момент Хи Сук подобралась ближе и зашептала ей на ухо. И только тогда Му Ён поняла, кто именно поверг всю ярмарку в столь бурный восторг.

Депутат Национального собрания Пэк Кан Хо. В этих кругах не сыскалось бы человека, который его не знал. Знала его и Му Ён. Пожалуй, вернее будет сказать — знала. Сама того не замечая, она затаила дыхание и замерла, не сводя с него глаз.

— В чём дело? Вы что, заранее договаривались?

На вопрос Хи Сук Му Ён ничего не ответила.

— Дорогая, ты чего?

— ...Что?

Видя её замешательство, Хи Сук заподозрила, что Му Ён что-то знает, и принялась допытываться:

— Точно что-то есть, я же вижу.

— Да нет. Я сама понятия не...

— Здравствуйте! Вижу, трудитесь не покладая рук!

В этот момент Кан Хо с обезоруживающей широкой улыбкой подошёл прямо к стойке. Людской поток сам собой расступился перед ним, освобождая дорогу.

— У меня тут по соседству были дела, проходил мимо и решил заглянуть.

Выглядело это так, словно он просто заглянул отметиться перед организаторами. Взгляд Кан Хо скользнул и по Му Ён — лёгкий, открытый, на долю секунды задержавшийся на ней с явной благосклонностью.

— Здравствуйте! Господин депутат, какая честь, спасибо огромное, что заглянули! Надо же, какое совпадение. Мне сегодня точно надо купить лотерейный билет! Ха-ха-ха.

Хи Сук, ещё минуту назад источавшая к Кан Хо неприкрытую враждебность, расплылась перед ним в улыбке, переменившись на все сто восемьдесят градусов. Му Ён взяла себя в руки и попыталась проанализировать его поведение — понять, что стоит за его внезапным появлением и каковы его истинные намерения.

— Что у вас здесь самое дорогое?

Кан Хо встал прямо напротив Му Ён и задал вопрос, заставив её поднять взгляд. То, что он обратился лично к ней, а не к Хи Сук, вызвало у окружающих явное недоумение.

— Вот... это самая дорогая вещь.

Му Ён сохранила невозмутимость и спокойно исполнила роль хозяйки площадки. Подхватив сумку, которую она выбрала, Кан Хо без колебаний достал из кармана бумажник.

— Наличные ведь будут нужнее, верно?

Сверившись с ценником на сумке, он без лишних слов протянул Му Ён несколько купюр по пятьдесят тысяч вон. От столь щедрого жеста в толпе прокатился восхищённый гул. Приняв деньги, Му Ён шагнула к кассовому терминалу.

— Вам нужен кассовый чек?

— Было бы неплохо.

— Ваш номер...

В этот момент Кан Хо шагнул к Му Ён почти вплотную. И зашептал, едва не касаясь её уха:

— Плевать на чек, нам нужно поговорить.

От этого неожиданного требования взгляд Му Ён дрогнул. Даже не дожидаясь ответа, мужчина направился в сторону торгового здания.

Теперь взгляды всех присутствующих скрестились на ней. Стараясь держаться как ни в чём не бывало, Му Ён подошла к комнате отдыха, где только что скрылся Кан Хо, и потянула за ручку.

Но стоило ей приоткрыть створку, как сильная рука схватила её за запястье, рывком втащила внутрь и наглухо захлопнула дверь. На миг их тела тесно прижались друг к другу. Запах его парфюма заставил сердце Му Ён заледенеть.

— Скоро с вами свяжутся от председателя Пэк Хи Сана.

От разговора, начавшегося в лоб без лишних предисловий, Му Ён опешила ещё сильнее. Не знать это имя было невозможно. Легендарный создатель королей и негласный серый кардинал всей южнокорейской политики, фигура колоссального масштаба. И кто приходится этому человеку родной кровью, Му Ён тоже прекрасно знала.

— Он предложит вам выйти за меня замуж.

— ...Что?

— И я хочу, чтобы вы, Ли Му Ён, ответили отказом.

Выдвинув это требование под видом просьбы, он коротко усмехнулся.