Онлайн чтение книги Читра - Графиня, что предпочитает красавчиков Chitra
Глава 29

В то же самое время Читра наблюдала за этой сценой через магический шар. Тирекс, смотревший в шар, закричал:

— Мои глаза! Кх, мои глаза гниют! Как можно быть настолько уродливым и при этом жить? Что это за тип?!

Если уродлив — значит должен умереть. Эстетика Тирекса заключалась в том, что от такого зрелища пропадает аппетит — и умираешь.

Торниан тоже вставил слово:

— Он глупее, чем я ожидал. Даже если это кратчайший путь, идти по дороге, где полностью раскрывается боевая мощь…

Тирекс сказал:

— Вот именно. К тому же он даже не подготовил магов. За кого он вообще нас принимает? Может, мне одной магией всех тут перебить?

Торниан покачал головой:

— Нельзя. Это не то, чего хочет наша госпожа.

Читра, попивая чёрный чай, медленно остужала разум.

«А, вот как. Значит, они нас совсем ни во что не ставят».

Для захвата владения, состоящего всего из двух деревень, войско действительно было чрезмерным. Но ему стоило знать, кто именно служит ей вассалами.

«Впрочем, неважно. Нужно подать пример другим владениям».

Додумав до этого места, Читра отвела взгляд от магического шара. За её спиной не было Ладелька.

Тогда где же он был?

Ладельк молча смотрел на армию вдали. Стоя на вершине высокой сторожевой башни, куда налетал ветер, он с помощью усиленного зрения разглядывал свою цель.

«Пора, пожалуй».

Ладельк взял в руки лук, совершенно не похожий на обычный.

Великого архимага Тирекса он знал и сам. Того, кто в одиночку уничтожал десятки тысяч людей. Это был магический артефакт, созданный именно им.

Эффект был прост.

Вместо стрел использовалась сконцентрированная магия. Скорость была чудовищной — уклониться было почти невозможно. К тому же сила была настолько велика, что если ты не великий маг, способный создать защитную магию, или не обладатель сверхчеловеческих способностей, тебя просто прошивало насквозь.

Было видно, как вражеская армия остановилась.

Он задержал дыхание и медленно натянул тетиву.

Армия двигалась вперёд. Войско графа Солта нельзя было назвать элитным даже из вежливости. Строй был нарушен, ряды сбиты, управления практически не было.

Снаряжение тоже оставляло желать лучшего. Копья копейщиков были покрыты ржавчиной, а доспехи — собраны из разных кузниц, совершенно не одинаковые.

Кто-то был только в кожаной броне, кто-то — лишь в шлеме.

У щитоносцев было то же самое. Щиты имелись у всех, но доспехов почти не было, а у некоторых вообще не было оружия.

Причина была проста.

В этом мире большинство обычных солдат были призывниками. Когда начиналась война, набирали гражданских, кое-как их тренировали и отправляли в бой.

Таков был обычный порядок вещей.

Разумеется, крупные владения могли тренировать и содержать элитные войска, но большинство средних и малых земель воевали именно с помощью призывников.

Войско графа Солта некоторое время продвигалось по широкой дороге, проходящей через лес, а затем остановилось.

— Почему остановились?! — закричал граф Солт, тряся своими подбородками от злости.

Его карета находилась в самом центре войска, поэтому он не мог видеть, что происходит впереди.

Пока он кричал, передовые отряды армии Солта упёрлись в гигантскую стену. Высокая преграда, перекрывающая лесную дорогу, была сложена из земли и камня, а за земляным валом возвышалась невероятно высокая башня.

Материал башни был деревянным. Однако её высота была столь огромной, что вызывала недоумение — как вообще можно было построить нечто подобное.

Граф Солт, неуклюже выбравшийся из кареты, тоже увидел земляную стену и сторожевую башню.

— Что это ещё такое?..

— Господин лорд! Впереди установлена земляная стена, дорога перекрыта! На стене нет войск, похоже, это попытка задержать наше наступление!

Рыцарь дома графа Солта, Бант Оттега, примчался верхом и, спешившись, доложил.

Когда он, пав ниц, передал сообщение, граф Солт вспылил:

— Тогда чего вы стоите! Перелезьте через стену или разнесите её к чёрту!

— Есть! Это приказ…!

И в тот самый момент, когда преклонившийся рыцарь собирался что-то ответить, мелькнуло что-то ослепительное — и его голова исчезла.

— А?

Лицо графа Солта застыло. Перед ним было безголовое человеческое тело. Почему вдруг произошло нечто подобное? Пропитанный алкоголем мозг с трудом соображал.

Бах!

Крыша кареты позади него разлетелась вдребезги. Сидевшие внутри рабы закричали.

— Засада! Защитите господина ло… аа-а-а!

У другого рыцаря, бежавшего вперёд, целиком исчезла рука. А вокруг графа Солта солдаты один за другим лишались конечностей и заходились в криках.

«Что это такое?»

В тот миг, когда граф Солт впал в панику, все оставшиеся рыцари были устранены.

— О, бог войны! Я принёс подношения, даруй же мне своё покровительство!

Дрожа, граф Солт сжал ожерелье и закричал. Он вспомнил, как перед походом принёс жертвы в храме бога войны и получил благословение.

С небес спустилось красное сияние. Когда оно окутало тело графа Солта, его дряблый жир затвердел, и он превратился в трёхметрового гиганта с массивными мышцами.

— Как вы смеете нападать на меня, получившего благословение бога войны! Я лично разорву вас на части!

Получивший благословение бога войны обретает физическую силу, а даже самый трусливый наполняется храбростью и боевым духом.

Пусть он и недавно обратился в веру и не успел накопить глубокой преданности, этого было достаточно, чтобы превратить свинью в бойца уровня мастера меча.

Обладая силой мастера меча благодаря благословению бога войны, граф Солт шагнул вперёд и закричал:

— Не паникуйте! Бог войны со мной! Все — разбейте эту земляную стену!

Красное сияние продолжало изливаться. Пусть и не так сильно, как на графа Солта, тела всех солдат раздувались. Одним единственным благословением обычных солдат подняли до уровня пользователей ауры.

Раздался рёв. Боевой дух солдат взмыл до небес.

И в этот момент, разрывая волну шума, раздался спокойный голос:

— Этого не будет, граф Солт.

Всего лишь голос — а по коже побежали мурашки. Он молниеносно развернулся и взмахнул мечом.

БАААМ!

Из-за благословения бога войны один-единственный удар меча обладал силой уровня мастера меча. Клинок, способный рассечь даже утёс, будто замер во времени и остановился в воздухе.

— Невозможно?!

Там стоял красивый дворецкий в фраке, с серебряными волосами и в очках. Белоснежной перчаткой он легко перехватил огромный меч.

«Он даже не шелохнулся! Что это за тварь?!»

Если раньше он был просто глупой и жадной свиньёй, то теперь, благодаря благословению бога войны, активизировались не только мышцы, но и мозг. В вопросах боя и войны он демонстрировал молниеносное мышление.

Но лишь до этого предела.

То, что выходило за рамки его понимания, он оценить не мог.

— Приказ госпожи. Граф Солт. Мы лишаем вас жизни.

— Ты смеешь?!

В тот миг, когда граф Солт закричал от ярости, он осознал, что мир вокруг вращается.

После мысли «почему?» в его кружащемся поле зрения появилось его собственное тело — без головы.

«Мне… отрубили голову?..»

Смерть стремительно приблизилась к нему. Вскоре граф Солт погрузился в чёрную тьму. Ладельк закрыл его широко раскрытые глаза.

«Покойся с миром».

Словно святой, совершающий крещение, он даровал графу Солту покой.

Раделк спокойно вкушал безэмоциональную победу. С самого начала было абсурдно, что на место, которое он охранял, напали всего с двумя тысячами солдат.

«Если бы это был посланник бога уровня мастера… да и то — новообращённый щенок…»

Пришедший вместе с ним сержант Нил Ганье поднял голову врага.

— Ваш лорд, граф Солт, мёртв! Сдавайтесь! Если сдадитесь — пощадим! Если будете сопротивляться — убьём!

Боевой рёв, усиленный аурой, оглушительно разнёсся во все стороны.

Из-за снайпера рыцари уже были мертвы. Командиры, отвечавшие за остальных солдат, растерялись от внезапности и не знали, что делать.

И тут это произошло.

[На тех, кто противостоит богу красоты, снизойдёт кара!]

[Сдавайтесь и следуйте за богом красоты. И вы сможете стать красивыми мужчинами!]

По обе стороны лесной дороги появились статуи. Вокруг них солдаты, находившиеся в засаде, разом поднялись, выставив копья.

— С… сдаёмся.

Две тысячи солдат армии графа Солта — все до единого — капитулировали на месте.

«Снайперов называют цветком военной истории со времён Второй мировой войны и до современных конфликтов.»

Читра сделала глоток чая и спокойно произнесла:

— Даже на послевоенный перекус не тянут.

Торниан, глядя на неё, подумал:

«Если бы мы дали им время завершить жертвоприношение, потери могли бы быть куда серьёзнее.»

Недавно обращённого графа Солта сделали мастером меча, а каждого солдата — пользователем ауры.

Мысли графа Солта, вероятно, были такими:

«Когда доберёмся до замка, как следует проведём ритуал, получим благословение бога войны и пойдём в атаку.»

Бог войны — это бог, всегда играющий по принципу высокого риска и высокой отдачи.

Его благословение почти неизбежно требует человеческой жизни. Неважно, чьей — союзников или врагов.

Если процедура соблюдена полностью, он дарует ещё более великое чудо.

Однако из-за жестокости этого метода земли, поклоняющиеся богу войны, неизбежно теряют поддержку народа. Стоит лишь представить, что перед каждым походом тебе придётся жестоко убивать членов своей семьи или близких.

Любой задумается о бегстве. Поэтому к дезертирам заповеди бога войны особенно суровы. Производительность земель и народная поддержка резко падают, зато победа в войнах между владениями гарантирована.

Торниан задумался.

«Если этот необразованный в военном деле граф Солт был уровня мастера меча, то насколько великое благословение получили бы его кавалеристы и рыцари?»

Наибольшую заслугу в этот раз внёс Ладельк.

«Он успел провести снайперский удар до начала ритуала.»

Каким бы богом войны он ни был, он не способен воскресить мёртвого и наделить его силой мастера меча. Быстрое решение Ладелька позволило свести потери к минимуму. Следующим отличился Ладельк.

«Он просто сходил и собрал головы.»

Ладельк — герой, рождённый в более позднюю эпоху. Если бы были современники, можно было бы добыть информацию, но сейчас о Ладельке неизвестно ровным счётом ничего.

— Вы, должно быть, устали от войны. Не желаете отдохнуть? — сказал Ладельк, слегка разминая плечо Читры.

Читра ответила:

— С чего бы мне уставать? Проблема — в том, что делать дальше.

Теперь предстояло решить, как поступить с пленными. 

Она погрузилась в раздумья.