Онлайн чтение книги Читра - Графиня, что предпочитает красавчиков Chitra
Глава 30

Наконец, закончив свои размышления, она сказала:

— Сначала отправим грязную шею маркиза Солта в соляной ящик. По трёхцарственной системе.

«Трёхцарственная система?»

Никто из присутствующих не понял, что это значит. Но ясно было одно — такие слова не могла бы произнести обычная леди.

Торниан подумал:

"Вижу, что наша хозяйка не провела жизнь, сочиняя стихи, играя на пианино и слушая пение птиц".

Ладельк спросил:

— Что ещё необходимо?

— Хм… Потребуем военные репарации. Сколько — пусть Торниан подсчитает и пришлёт к утру. С обращением с пленными разберёмся позже.

Трах!

Она стукнула по столу и вышла из конференц-зала.

Ладельк последовал за ней. Она направлялась в большую баню на крыше.

Только открывая дверь бани, она обернулась к Ладельку.

— Ах…!

Ладельк уже был осведомлён, что ранее Торниан помогал ей мыться, и что результат его стараний её не удовлетворил.

Ладельк сказал:

— Сегодня я буду вашим помощником.

На это Читра замялась. В её решении шла борьба разума и инстинкта.

"Если Ладельк будет мыть меня, не придётся волноваться о коже головы… но просить каждый раз!"

В конце концов, она решила:

"Ну и что, что прошу не каждый раз? Только когда устала".

Хотя она спокойно отдавала приказы, на самом деле была уставшей. Она тоже человек, пусть и скрывает эмоции. И всё же приказ о смерти тех, кто должен был умереть, исходил от неё самой.

Это был долг владычицы, несущей ответственность за территорию.

— Прошу вас помочь.

Не исключено, что голос слегка дрогнул. Ладельк увидел в этом её усталость.

Читра первой вошла в баню. Ладельк, прежде чем закрыть глаза, схватил крючок её платья.

— Сначала я распущу завязки на спине платья, чтобы было удобнее раздеваться.

Она кивнула. В мире средневекового фэнтези это было проблемой: даже снять одно платье — это отдельная задача. Ладельк протянул руки и распустил ленты на спине платья. Переплетённые зигзагом, словно шнурки, они мягко развязывались при каждом его движении.

Читра доверила спину тому, кто только что орудовал шеей маркиза.

Последняя лента была распущена, платье сползло. Округлые плечи девушки открылись.

— Дальше я справлюсь сама.

Так было лучше. Желание оставить на её шее след зубов хотя бы немного сдержалось.

Читра сняла платье и вошла в ванну. Сегодня особенно яркая луна.

Так же было и на Земле: ей нравилось находиться в воде.

Раньше, когда она сидела спокойно, ей всегда было холодно в груди и животе. Даже в больнице не было больного места, но холод ощущался именно так. В воде тело становилось теплее — это было приятно.

Сейчас, в другом теле, ощущения те же. Значит, дело было в душе.

Дверь скрипнула. Она оглянулась — Ладельк вошёл с завязанными глазами.

Хотя глаза закрыты, он ступал уверенно, не скользя. Опытный мастер есть мастер.

Истории о слепых экзаменах кажутся киношными, но видеть это вживую — удивительно.

Его серебристые волосы спускались из-под повязки на глаза.

"Красивый жнец".

Сегодня он убил людей. Кратко оплакала их смерть. Всё было настолько чисто, что казалось настоящим ритуалом.

Она сделала небольшой глоток вина из бокала.

— Сегодня людей умерло много, да?

Чувство отличалось от казни преступников. Это — война.

Люди…

Она убила несколько десятков заговорщиков — и уже испытывала такие чувства. Каково это, думала она, когда солдатов на войне истребляют? Это ли ещё можно назвать здравым умом? — тихо размышляла она.

— Хорошая работа.

— Трудности — на тебе, Ладельк.

Она схватила его руку и прижала к щеке. Перчатки не давали ощутить тепло, поэтому она их сняла и снова провела щекой по руке.

Мышцы на внутренней стороне запястья Ладелька мгновенно напряглись.

"Почему он напрягается…" — подумала она.

Всё же она просто наслаждалась его теплом. Сейчас, казалось, ни один человек не мог бы заменить его рядом.

В исторических и политических драмах всегда говорят: правитель одинок. Тогда это казалось красивым на экране.

Да, сцена, где седовласый мужчина в костюме стоит среди толпы, а одинокий средневозрастный герцог потягивает виски — романтика.

«Просто одиноко».

После первой победы оставалось не радость и не вина за убийства — лишь холодная пустота одиночества.

Было странно: руки не дрожали, сердца не билось быстрее. Просто казалось, что осталась одна на этом свете. Холодная, чёрная тьма вылезала из толпы и поглощала её.

Но хоть прикосновение было только к рукам, чужая плоть на щеке немного развеяло чувство одиночества.

Ладельк расслабил её напряжённые плечи, прочёсывая позвоночник до лопаток. Пока смывал шампунь с её волос, он сказал:

— Может, стоит нанять горничную?

Теперь у неё было достаточно имущества в владении, чтобы позволить себе хотя бы одну. Она понимала это, но слова не шли с губ.

Причина была не только в том, что он красив. Ей стало неприятно доверять тело чужому человеку.

Читра спросила:

— Действительно ли нужна горничная?

Ладельк прочитал в этом её внутренние сомнения.

После купания Ладельк аккуратно отряхнул с неё воду. Он ощущал кончиками пальцев волосы, чувствовал её дыхание и тепло тела.

Полотенцем он провёл по плечам, грудям и талии. Когда она была больна, её тело было худым, словно кости выступали наружу. Теперь же оно обрело объём.

— Ты действительно не хочешь нанять горничную?

Она колебалась. В тот момент Ладельк наклонился и коснулся её губ.

— Чмок.

Короткий звук — и его губы соприкоснулись с её, вкусив густое вино.

Она ощутила, как тело напряглось под его ладонью. Дыхание, стук сердца, пульс — всё это он хотел впитать. Желание вырвалось наружу, словно прорвавшаяся плотина. Его язык исследовал её, и она ощутила это остро, пронзительно. Внутри него мужчина говорил, что хочет её, и она хотела остаться в его объятиях.

— Ла… Ладельк…?

Её голос, дрожащий и тихий, пробил барьер эмоций.

— …Простите, — сказал Ладельк и отнял руку.

"Какой слуга, какая семья…" — думала она.

Он спокойно вышел. Читра ещё долго смотрела на повязку, оставленную им.

"Поцелуй… Поцелуй — это вот что!"

Она схватила обе щеки руками и воскликнула:

"Эврика! Это был поцелуй!"

Отчаянное чувство одиночества исчезло после одного его поцелуя. Девочка впервые испытала вкус чужих губ, сжимая сердце и сжимаясь в себе.

"Вау, вау-вау-вау! Вау-вау-вау!"

Её голова была переполнена, словно паровой двигатель вот-вот взорвётся.

"Поцелуй! Поцелуй… Поцелуй!"

Читра чувствовала невероятное удовольствие. Так приятно… так безумно приятно.

Большие мужские руки, крепкие предплечья Ладелька касались её щёк — это было остро и захватывающе. Шероховатый подбородок, изящные изгибы лица, линия носа — всё это она видела в мельчайших деталях. В тот момент, когда его глаза заполнили весь мир, их губы встретились.

Время казалось и мгновением, и вечностью одновременно. На вкус это было как лимонная карамель.

Язык приятно покалывал, пробирало дрожью, хотелось поглотить этот вкус целиком.

"Это… это поцелуй! Поцелуй! Кис-кис! Это же поцелуй!" — мысленно визжала она, будто Ладельк услышал бы и принялся бы всерьёз убиваться.

"Я тоже это сделала! С настоящим красавцем! Я попробовала! Чёрт, я победила! Это… это невероятно!"

И вот на конце всего этого восторга возник один вопрос:

«…А почему он это сделал?»

В голове возникло сотни возможных ответов — все они казались разумными.

***

На следующее утро Читра проснулась и увидела, что Ладельк втащил чайную тележку.

— Проснулись, госпожа? Кофе? Чай? — спросил он.

Читра, глядя на него, подумала:

"Эхехехехе~!"

Вчерашний поцелуй снова всплывал в её памяти, и уголки губ сами собой растянулись в улыбке. Почему она так реагирует? Почему они встретились губами? Наверное, просто потому что мне нравится… правда ведь?

Да. Ладельк мне тоже нравится. Ага! Всё его внимание, его забота, как он всегда называл меня «госпожа», — всё это было проявлением чувств!

Читра притворилась, что трёт глаза, и мельком посмотрела в зеркало:

"Хм, сегодня тоже красивая."

Ах, слава богам красоты. Душа вложена в это прекрасное лицо. Прекрасно. Очень-очень прекрасно!

Она посмотрела на Ладелька глазами, полными смятения и восторга одновременно.

Он заметил это и подумал:

"Госпожа выглядит немного растерянной…"

После вчерашнего невозможно было сохранять спокойствие. И всё же, он сам сказал, что хочет относиться к ней как к семье.

— Чай чёрный, пожалуйста. — сказала Читра, думая:

"Хехех, а может, выпьем прямо в постели? Хотя это слишком странно, наверное…"

Она снова хотела повторить поцелуй. Ей это так понравилось.

"С древних времён герои были влюбчивы! Проникновение в другой мир — символ истории о героях! Если главный герой слегка распущен, в чём проблема?" — думала она.

Её мысли были полностью поглощены воспоминанием о поцелуе.

Ладельк поставил чашку. В тот момент её рука случайно коснулась его пальцев.

— Ах, извините, — коротко сказал он, убрав руку.

Странно. Прежде чем Читра успела что-то сказать, Ладельк уже начал приводить комнату в порядок.

— Я ненадолго выйду. Как только закончите с делами, зовите меня.

Он сделал идеально выверенный, словно обточенный клинок, поклон и вышел, как ветер.

Скрипнула дверь, и на миг она заметила его серебристые волосы. Он даже не оглянулся.

"Что… что это было? Почему?"

Читра стояла с чашкой чая, охваченная смятением.

"Поцелуй… разве это не знак любви?"

Для девушки, которая никогда не была в отношениях, понять сердце Ладелька было почти невозможно. И это только добавляло путаницы.