Я выбила замок выстрелом из пистолета и выбежала наружу. Аферист сказал, что это на севере.

Учитывая, что я понятия не имею, где тут север, у меня был только один выход:

[Вечный компас — 10 очков]

Купить за мета-очки предмет, который укажет мне путь на север.

Я быстро купила компас и побежала в направлении, которое он указывал.

Это было до жути странное место — бесконечный лабиринт из ослепительно-белых стен. Сколько бы я ни бежала, стены всё не кончались, и я даже начала подозревать, что бегаю по кругу, но решила довериться компасу.

Бежала до тех пор, пока дыхание не стало обжигать горло, и наконец уперлась в очередную белую стену.

Я остановилась, тяжело дыша, и начала лихорадочно искать дверь, когда вдруг услышала за спиной хлопки.

Хлоп. Хлоп. Хлоп.

— Надо же, промывка мозгов уже спала? Как и ожидалось от Иррегуляра. Впечатляет!

Он ухмыльнулся, и между его губами блеснули острые клыки.

Это был брат Пак Юры, Пак Юльхан.

И…

— Но если вы вот так сбежите, у меня будут проблемы! Меня же отругают, понимаете?

Встретить его сейчас — это худший из возможных вариантов. 

Я нервно потерла похолодевшие пальцы о край одежды.

— А мне-то какое дело? Выкрал человека, а теперь еще и жалуешься?

Я покрепче перехватила пистолет. 

Я не дамся так просто! Нужно продержаться хотя бы еще немного, пока Сухарь не придет!

Я поспешно активировала навык.

Бах! Бах! Бах!

Я выстрелила, но Пак Юльхан даже не сдвинулся с места, насмешливо принимая пули на себя. Он расслабленно улыбнулся и спросил:

— И это всё?

Пак Юльхан, в отличие от сестры, унаследовал гораздо больше вампирских черт.

Поэтому ранить его можно только силой святого атрибута. А моя мана не имеет атрибута вообще.

Ничего не выйдет. 

Как только эта мысль промелькнула у меня в голове, Пак Юльхан исчез.

— !..

Но я почувствовала чье-то присутствие за спиной и мгновенно перекатилась по полу.

— Ого, отличные рефлексы!

Пак Юльхан, поигрывая отросшими когтями, хищно улыбнулся. Я молча показала ему средний палец.

И началась отчаянная игра в кошки-мышки.

Бах!

Сколько бы маны я ни вкладывала в пули, Пак Юльхан просто шел на меня, даже не пытаясь уклоняться.

Вшух!

Каждый раз, когда его острые когти тянулись ко мне, мне приходилось кувыркаться и отскакивать, чтобы не попасть в его лапы.

— Ой-ой! Предметы использовать нельзя!

Стоило мне потянуться за зельем, как он тут же разбивал флакон. Он всё сильнее загонял меня в угол, словно играя с добычей.

— Издевается!

Мана стремительно заканчивалась.

Я колебалась. Использовать ли мета-систему прямо перед ним?

И пока я думала об этом, Пак Юльхан в мгновение ока оказался передо мной и схватил меня за горло. Его сила была настолько огромной, что он тут же повалил меня на пол.

Да куда ты так спешишь, придурок!

Прижав меня к полу, Пак Юльхан ухмыльнулся и произнес:

— А знаете? У вас невероятно красивая мана.

— Убери от меня свои мерзкие глаза.

— Ой, как грубо. Аж в самое сердце.

Ответил Пак Юльхан с лицом, на котором не было ни капли обиды, и поднес свои острые клыки к моей шее.

— Раз уж так вышло, я, пожалуй, получу свой бонус.

Раз уж так вышло, придется использовать мета-очки! 

Я до крови закусила губу.

— Приятного мне аппетита!

Но в тот самый момент, когда я уже собиралась призвать мета-систему, ослепительно-синий свет пронзил стену.

Бабах!

Куски разрушенной стены с грохотом посыпались на пол, оставляя грязные следы на безупречно белой поверхности.

— Кто это?! Кто смеет прерывать моё счастливое время?!

Сквозь пролом в стене я увидела знакомое лицо.

И «Синие сумерки». Синийсвятой меч героя, сокрушающего зло. Сжимая в руках сияющий клинок, он произнес:

— Я пришел забрать тебя, Нахён.

Надо же, как в кино. 

Я невольно рассмеялась от этого идеального тайминга.

Синий сияющий клинок тут же обрушился на Пак Юльхана.

Но скорость Пак Юльхана была невероятной, и он умудрился увернуться.

Кр-р-рах!

Удар Сухаря расколол пол.

— Что это такое!

Впавший в панику Пак Юльхан окутал одну руку черной маной.

Его фигура, сжимающая руку с черной маной, похожую на когтистую лапу, исчезла, и тут же прямо перед моими глазами раздался звон сталкивающихся атак.

ДЗЫНЬ!

Каждый раз, когда меч со святой маной сталкивался с черными когтями, когти постепенно крошились и рассыпались.

— Кх!

Лицо Пак Юльхана помрачнело.

Глядя на него, Сухарь произнес:

— Не думай, что это будет легко.

Ледяное лицо Сухаря и его низкий голос ясно давали понять: он в ярости.

— Ха-ха, похоже, сегодня не мой день!

Вся сила Пак Юльхана заключалась в скорости. В остальном он полагался лишь на свои видовые особенности. Против чистой, концентрированной святой силы Сухаря у него не было ни единого шанса.

Поняв, что ситуация складывается не в его пользу, Пак Юльхан со скрежетом зубов отскочил назад.

Меч Сухаря стремительно последовал за ним, но фигура вампира уже растворилась во тьме.

Сухарь некоторое время сверлил взглядом темноту, в которой скрылся Пак Юльхан, а затем медленно убрал меч и подошел ко мне.

Аура вокруг него смягчилась, гнев ушел.

— Ты в порядке?

— Никаких проблем.

Я усмехнулась, и только тогда на лице Сухаря появилась слабая улыбка облегчения. Он протянул мне руку, чтобы помочь встать.

— Спасибо, — сказала я, взяв его за руку, но, видимо, из-за усталости после боя ноги подогнулись, и я снова опустилась на пол.

Сухарь осторожно поддержал меня.

— Извини, видимо, напряжение отпустило.

— Обопрись на меня. И…

Его глаза тепло сощурились.

— Давай вернемся.

— Угу.

Пора было возвращаться в академию.

Когда мы, опираясь друг на друга, вышли из здания, мы наткнулись на остальную часть нашей команды, которая как раз заканчивала разбираться с остатками «Дикой охоты».

— Нахён!

На Юри, которая секунду назад безжалостно выбивала зубы одному из врагов, увидев меня, разрыдалась и бросилась мне на шею.

— Слава богу.

А еще Ли Хана, которая обняла меня и долго не отпускала.

— Сонбэ, моя рука…

— М-м?

— Рука…

— Не отпущу.

И Чхве Суджон, которая почему-то обмотала хвост вокруг моей руки и не отпускала до самой академии. В общем, было шумно.

Вместе с ребятами, таща за собой связанных преступников, мы вышли на улицу.

Снаружи нас встретила огромная толпа. Охотники, прибывшие на подмогу, зеваки — яблоку негде было упасть.

Аферист показывал какую-то фотографию полицейским и охотникам, которые, видимо, прибыли по его вызову, и о чем-то с ними разговаривал.

— Эту девушку… как зовут?

— Кан Нахён.

В этот момент Аферист обернулся, чтобы оценить обстановку, и увидел меня, идущую издалека.

Его лицо как-то странно исказилось. В глазах, казалось, блеснули слезы.

Пока я в растерянности смотрела на него, он сорвался с места и побежал ко мне. Подбежав, он крепко обнял меня.

— Ты жива… слава богу!

— Угу. Спасибо тебе, Юхан.

Я похлопала его по спине, с улыбкой давая понять, что всё хорошо.

Я попыталась отстраниться, но он почему-то вцепился в меня мертвой хваткой.

И ты туда же? Да что с вами сегодня?

Полиция, хоть и прибыла с опозданием, быстро взяла ситуацию под контроль.

Главарям удалось сбежать, но рядовых членов организации арестовали и увезли на допрос.

Как выяснилось, эти «Дикая охота» уже не раз устраивали теракты и похищения, поэтому находились в черном списке как особо опасная группировка.

А вот мое положение… было щекотливым. Но, поскольку я несовершеннолетняя и, технически, действовала под промывкой мозгов, мне сказали, что мои действия можно признать смягчающим обстоятельством.

— Но руководство академии может считать иначе.

— Понимаю…

Выслушав наставления полиции, я вернулась к своим ребятам, которые всё это время ждали меня.

Кстати, от промывки мозгов меня избавили, одолжив у Ли Ханы то самое норигэ с хвостом Небесного Лиса.

Как только морок спал, меня захлестнули стыд и ярость.

Тигр недобитый! И как только совести хватило припереться в наш приют!

Через планшет я связалась с Иггдрасиль, которая хотела убедиться, что я жива, и на всякий случай попросила её присмотреть за моей семьей в приюте. К счастью, она с готовностью согласилась.

Но дальше начались проблемы.

Как только мы вернулись в академию, меня тут же, не дав даже нормально поговорить с ребятами, потащили к учителям.

Обращались со мной как с преступницей.

Ну, технически, даже под промывкой мозгов я всё-таки совершила преступление, так что, наверное, они правы?

Я молча смотрела на свои руки.

Как я вообще могла с улыбкой принести туда вещь, из-за которой могли погибнуть сотни людей? Я в своем уме? 

На душе было паршиво.

Учителя перешептывались, бросая на меня косые взгляды.

— Она уже контактировала с ними, высока вероятность, что они попытаются снова.

— А мы точно уверены, что промывка мозгов снята до конца?

— Хм-м…

— Вот вам и правительственные пробужденные.

Чего только они обо мне ни говорили.

У меня не было слов в свою защиту, поэтому я просто стояла и смотрела в пол. И тут двери конференц-зала с грохотом распахнулись.

— Ну и ну, решили устроить судилище без меня?!

Развевающиеся серебряные волосы. Зеленые глаза, хранящие в себе лес. И крошечный рост.

Иггдрасиль.

Как только Иггдрасиль ворвалась в кабинет, она безапелляционно заявила:

— Что тут обсуждать? Её использовали — значит, невиновна! Вопрос закрыт! Идем, мелюзга!

— Постойте, Иггдрасиль!

— Вот поэтому мы тебя и не звали…

Как только послышались робкие возражения, Иггдрасиль нахмурилась и пронзила собравшихся устрашающим взглядом.

— Решили вершить её судьбу за спиной куратора? Исключение? Отстранение? Запомните: пока я здесь и я в своем уме, я этого не допущу.

Под её ледяным взглядом человек, попытавшийся возразить, сжался и не смог вымолвить ни слова.

— Но Иггдрасиль! Кан Нахён…

— Нуждается в защите!

Иггдрасиль кивнула своим словам и посмотрела на меня.

— Поэтому мы поступим так.

Она слегка поморщилась, словно ей это было неприятно, но продолжила:

— Кан Нахён, я назначаю тебя объектом под интенсивным наблюдением.

Иггдрасиль похлопала меня по ноге.

— Защита и наблюдение в одном флаконе! Никаких проблем, верно?!

— Н-ну, технически да, но…

— Что значит «но»? Вопрос решен! На выход!

Иггдрасиль буквально пинками выставила остальных учителей из кабинета.

Когда в кабинете повисла тишина, она посмотрела на меня с грустным лицом и сказала:

— Прости, что не заметила раньше.

— Всё в порядке.

—Я не позволю, чтобы это повторилось.

— Спасибо вам.

В этот момент Иггдрасиль выглядела такой уязвимой.

Это её лицо, так непохожее на её обычное поведение, еще долго стояло у меня перед глазами.

…Всё из-за этого ублюдка Тото.

Короче говоря, из-за него я теперь под круглосуточным наблюдением.

Да, я избежала клейма предательницы, но всё равно это отвратительно.

Хотя, с другой стороны, благодаря этой слежке меня вряд ли похитят снова, так что, может, стоит сказать спасибо?

Более того, на период наблюдения я должна была посещать занятия в специальном классе для таких же «объектов наблюдения»…

Нет, надо искать во всем плюсы.

Это отличный повод держаться подальше от Афериста.

Судя по последним «Сценам», у него явно поехала крыша. Откроешь «Сцены», а там всё забито мыслями обо мне. Я буквально знаю каждую минуту его дня.

Это никуда не годится. Это нездоровая фигня. Даже если я потеряю мета-очки, мне нужно дистанцироваться от него. Да и… будет сложно придумать оправдание тому, что я использовала «Изменение сюжета».

Я посмотрела на свои мета-очки.

[Текущие мета-очки : 8020]

Ладно, буду считать, что я просто пережду, пока его нездоровая зависимость от меня не пройдет.

С таким темпом роста очков я скоро смогу купить тот самый «Эликсир» для ребенка с врожденной болезнью.

Какое-то время его чувства ко мне сохранятся, так что я всё еще буду мелькать в «Сценах» и получать очки.

А потом появится новая, шикарная героиня, он начнет с ней общаться, и вся эта его псевдолюбовь испарится. Это сто процентов временный эффект подвесного моста, не иначе.

А когда я вернусь в обычный класс, ко мне будут относиться как к надежному товарищу по команде. Я ведь достаточно полезна.

Так что это просто отличный шанс увеличить дистанцию! Серьезно, нынешний Аферист меня немного пугает.

Погрузившись в эти серьезные раздумья, я шла по коридору.

Люди в черных костюмах, сопровождавшие меня и не дававшие ни малейшего шанса на побег, только ухудшали настроение.

Вскоре показался класс, где мне предстояло учиться.

Кто же там будет? 

Я перебирала в уме всех проблемных студентов, но никто не приходил на ум.

С чувством легкого облегчения я открыла дверь и…

— Ох, здравствуйте!

Моё сердце чуть не выскочило из груди от удивления, когда я увидела, кто там находится.