Я не ожидала, что она пойдет за мной до самой комнаты для встреч! Неужели она всё это время подслушивала? Увидев, в каком состоянии находится Мин Джэюн, я поспешно замахала руками надзирателям, которые уже потянулись за оружием:

— П-подождите минуточку!

В тот момент, когда я пыталась остановить охрану, до меня донеслись слова, которые я просто не могла проигнорировать.

— Нахён тоже уходит к людям, которые ей дороже меня. Да, конечно. Такую, как я, всё равно никто никогда не будет ценить…

— Это не так.

Я мгновенно возразила.

Решила не обращать внимания на окружающих. Сейчас важна только Мин Джэюн.

Я крепко взяла её за плечи, посмотрела прямо в глаза и четко произнесла:

— Ты мне нравишься.

И это правда. Заботясь об этой мягкой, наивной девочке, я и сама не заметила, как привязалась к ней. Поэтому я хотела, чтобы эта девочка, которой так не хватает уверенности в себе, стала хоть немного счастливее.

— Поэтому не смей так думать. Пожалуйста, не думай, что тебя никто не любит.

Я почувствовала, как кипящая черная мана вокруг нее начала понемногу утихать. Мин Джэюн наконец успокоилась и полностью втянула ману обратно. А затем выдала пугающую фразу:

— Тогда… Нахён, ты можешь дружить только со мной?

— Я не могу.

Это нереально. У меня слишком много людей, которых я люблю, и я не хочу отказываться от них.

Лицо Мин Джэюн исказилось, но я продолжила:

— Я не могу разорвать связи со всеми и жить только ради тебя.

Услышав это, Мин Джэюн низко опустила голову.

— Не хочу. Я вот могу так сделать, почему ты не можешь…

С этими словами она развернулась и, не оглядываясь, побежала обратно в класс. Я молча смотрела ей вслед, когда внезапно раздался бодрый голос:

— Подростковый возраст — самое время для укрепления дружбы!

— Иггдрасиль-ним?

— Хм! Я ждала тебя, чтобы передать кое-что!

Передать кое-что? Я даже представить не могла, что это может быть. Иггдрасиль, лучезарно улыбаясь, сказала:

— Скоро начнется сезон полевой практики, помнишь? В июне. Там ты сможешь встретиться с людьми, по которым соскучилась.

— С людьми, по которым я соскучилась?

— Да. Говорят, даже подарки привезут.

Подарки, значит… Надеюсь, это наличка.

Ой, то есть я хотела сказать:

— А вы не могли бы сказать, кто это?

Встречаться с Аферистом мне сейчас не с руки. Надеюсь, это не он?

— Не могу! К слову, подарки — это сюрприз!

Тц.

С тяжелым предчувствием мне пришлось вернуться в класс. Мин Джэюн лежала на парте, уткнувшись лицом в руки, и тихо всхлипывала.

Я задумалась: должна ли я, как персонаж «Кан Нахён», ласково утешить её и прошептать сладкую ложь о том, что буду только с ней? Но это показалось мне издевкой над чувствами Мин Джэюн, поэтому я решила поступить иначе.

— Мин Джэюн.

Если всё, что я ей показываю и говорю, — ложь, и она это поймет, она больше никогда никому не поверит. Мин Джэюн всегда во всём старается изо всех сил. Если мы договоримся, она будет изо всех сил скрывать мою настоящую личность.

— Давай поговорим в обеденный перерыв.

Значит, всё будет хорошо. Хотя бы одному человеку я могу показать свое настоящее «я».

Мин Джэюн слегка приподняла голову, посмотрела на меня и молча кивнула. А я на всякий случай лишний раз покрутила Кольцо Святости на пальце.

Так прошел урок, полный тяжелого молчания.

— Ч-что ты хотела сказать?

К моему удивлению, Мин Джэюн заговорила первой, переминаясь с ноги на ногу, то неуверенно глядя мне в глаза, то снова опуская взгляд в пол.

— Я хочу поговорить о том, что мы обсуждали утром.

Я привела Мин Джэюн на ближайшую тренировочную площадку. Эта площадка, построенная специально для «объектов под интенсивным наблюдением», была гораздо меньше обычных, но зато невероятно прочной. Я купила баночку сока в автомате и протянула ей.

— Почему ты решила, что я тебя брошу?

Стоило мне произнести эти слова, как мана Мин Джэюн начала угрожающе мерцать. Всё нормально. Мы на тренировочной площадке. Никто не пострадает.

— Н-ну… потому что у тебя, Нахён, слишком много важных людей…

— Это не повод тебя бросать.

— Т-такую, как я… такую, как я, всё равно быстро бросят.

Мин Джэюн словно не слышала меня. Её мана начала закручиваться в яростный вихрь.

— Поэтому сделай меня самой главной.

По её щекам покатились крупные слезы.

— Пусть рядом с тобой буду только я. Я отдам тебе всю себя. Так что… так что…

Я глубоко вздохнула и сказала:

— Повторяю еще раз. Я не могу. Извини, но моя семья для меня очень… нет, они самые важные люди в моей жизни.

Мин Джэюн на мгновение замолчала, а затем переспросила безжизненным голосом. Её глаза наполнились пугающей пустотой:

— А если… семьи не станет?

Черная мана становилась всё гуще, заполняя тренировочную площадку.

— Если твоей семьи не станет, я буду у тебя на первом месте?

Где-то раздался треск. Брошенная алюминиевая банка с грохотом покатилась по полу.

— Если ты попытаешься убить мою семью, я буду сражаться с тобой насмерть.

— Почему?

то был вопрос, не требующий ответа.

— Почему?

Она безумно забормотала себе под нос и сжалась в комок.

— Я думала… я думала, что наконец-то нашла по-настоящему дорогого человека!

Какое-то время она сидела, уткнувшись лицом в колени. А когда снова подняла голову, на её лице, к моему ужасу, сияла широкая улыбка.

Я на секунду оцепенела от этой безумной, искаженной улыбки.

— Я придумала отличный выход. Если мы умрем вместе… Нахён ведь будет моей вечно?

В контрасте с её невинной улыбкой, черная мана окончательно вышла из-под контроля.

Бабах!

Куски потолка тренировочной площадки начали срываться вниз. Я бросилась уклоняться от падающих обломков. К счастью, Кольцо Святости исправно работало, и магические атаки Мин Джэюн не причиняли мне вреда.

Проблема была… в её кулаках. Класс Мин Джэюн — берсерк. Это бойцы ближнего боя, которые усиливают свое тело с помощью навыка «Берсерк» и сражаются на передовой. А это значит…

— Угх!

…что для меня, снайпера, ситуация складывается абсолютно не в мою пользу.

Стремительно уклоняясь от её ударов, я пытаясь разорвать дистанцию. Нельзя пропустить ни одного удара. В этом состоянии её сила равна S+! Но и в затяжной бой вступать нельзя. Её выносливость тоже S+!

— Мин Джэюн!

Вот почему Аферист так отчаянно пытался затащить её в свою команду! С такими-то базовыми статами!

— Ты меня слышишь?!

Я кричала, но Мин Джэюн, казалось, ничего не замечала, лишь с улыбкой бормотала себе под нос.

Одно дело читать об этом в новелле, и совсем другое — видеть вживую. От страха у меня подкашивались ноги.

— Лучше бы… лучше бы ты и дальше скрывала это… Лучше бы притворялась!

Из глаз наступающей на меня Мин Джэюн катились крупные слезы.

— Чтобы я не знала! Чтобы я ничего не поняла!

— Но я так не хотела!

Мой голос сорвался на крик, перекрывая её отчаянные вопли.

БАХ!

Одна из моих пуль срикошетила от обломка, летевшего прямо в голову Мин Джэюн, и отбросила его в сторону. Мин Джэюн удивленно посмотрела на меня.

— Я не хотела этого делать. Я не хотела использовать тебя, обманывая фальшивой дружбой.

Я посмотрела ей прямо в глаза и отчетливо произнесла:

— Да. У меня много дорогих людей. Но это не значит, что ты для меня ничего не значишь.

Мана Мин Джэюн задрожала, словно отражая смятение в её сердце.

— Даже если у меня появятся другие друзья, это не значит, что мы перестанем ими быть. Чтобы стать для кого-то дорогим человеком, необязательно быть единственным в его жизни.

— Но если… если я не отдам всю себя без остатка, если тот человек не будет смотреть только на меня… кто вообще полюбит такую, как я?

— Не говори «такую, как я». Ты заслуживаешь любви.

Мин Джэюн замерла.

— Но я… я даже силу контролировать не могу, я слабая…

— Ты не слабая. И даже если бы была слабой, слабость — это не повод для ненависти.

Мин Джэюн съежилась и ее мана начала рассеиваться.

— Н-но… я всё равно… не могу поверить…

— Я буду рядом, пока ты сама в себя не поверишь.

Я уже готова к этому. Услышав мои слова, Мин Джэюн разрыдалась в голос, как маленький ребенок. Безумие исчезло с её лица, уступив место её привычному, невиннгому выражению. Она робко подошла ко мне, протянула руки и крепко обняла.

— Обещаешь?

— Да. Правда… У тебя очень сильные руки, Джэюн…

Но в отличие от её железной хватки, её мана стала послушной, как овечка. Черная энергия, которая раньше рвалась во все стороны, как неотесанные ветви дерева, теперь с каждым её вздохом плавно и мягко собиралась вокруг нее.

Да. Пройдя через всплеск безумия, Мин Джэюн наконец-то смогла взять свою ману под контроль. Осознав это, Мин Джэюн с удивлением посмотрела на меня.

— Нахён, я могу контролировать ману!

Я широко улыбнулась. Получилось.

— Вот видишь, здорово. Но… тебе не кажется, что нам пора отсюда уходить?

Когда я неловко указала на обвалившийся потолок, Мин Джэюн, кажется, только сейчас осознала масштаб разрушений, которые устроила.

— Ой, ч-что же делать?

— Идем.

Даже сейчас Мин Джэюн не собиралась меня отпускать и передвигалась, крепко обнимая меня. Тренировочная площадка была наполовину разрушена её мощной маной, повсюду падали обломки, но на мне не было ни царапины. Потому что Мин Джэюн, виртуозно управляя своей черной маной, отбивала их и защищала меня. Правда, если крупные обломки она отбивала магией, то мелкие просто отбивала кулаками. Просто голыми руками... Какая же она всё-таки крепкая.

А снаружи тренировочной площадки…

— Вышли?

…Нас ждала Иггдрасиль. Не знаю, когда она там появилась, но она невозмутимо прислонилась к дверному проему.

— Ой, здравствуйте…

— Здравствуйте.

Иггдрасиль широким шагом подошла к нам и похлопала Мин Джэюн по плечу, стряхивая пыль и мелкие крошки бетона.

— Я думала вмешаться, если станет опасно, но вы справились лучше, чем я ожидала!

Если пришли, так помогли бы раньше… Нет, зная Иггдрасиль, она бы наверняка сказала что-то вроде: «Это тоже часть юности! Часть тренировки!» и просто наблюдала бы за нами со стороны…

Так что подавила готовый вырваться вздох.

— Хм! Раз тренировочная площадка разрушена, самостоятельные тренировки отменяются, верно?

Глядя в горящие энтузиазмом глаза Иггдрасиль, я почувствовала сильное беспокойство.

— С завтрашнего дня я лично займусь вашими тренировками!

Только не это.

— А в-вы разве не заняты?

Хотя я и пыталась отговорить её, Мин Джэюн, казалось, не могла скрыть своей радости от того, что сама Иггдрасиль вызвалась её тренировать.

Не радуйся. Тренировки Иггдрасиль — это филиал ада на земле. Хотя результаты, конечно, впечатляющие…

— Хм-м… У тех, кого я сейчас тренирую, практические занятия с утра, так что мы можем заниматься с вами после обеда, как вам?

— Но у нас после обеда теория?

— Кхм. Это я улажу с помощью небольшого скандал… то есть, путем переговоров.

— Правда?

— Хм! Оставьте это мне!

— Ура!

В общем, я снова оказалась в лапах Иггдрасиль на её веселых (нет) тренировках. Я посмотрела на этих двоих, радостно что-то обсуждающих, а затем перевела взгляд на небо.

Я сейчас свихнусь.