Контент удален!

Как и следовало ожидать, Юлиус Вудпекер обладал всем.

Вместе с именем, означавшим власть, он в юном возрасте унаследовал земли и состояние. Рядом с ним были хорошая еда, хорошее образование, хорошие вассалы… и одиночество. В детстве он потерял родителей от яда змеи, но множество людей заботилось о нём, и он вырос, сохранив своё наследство.

Вернее, вырос, но не повзрослел.

Вудпекер был проклят в тринадцать лет — в том самом возрасте, когда убили его родителей.

Говорили, что проклятие ведьмы течёт в жилах королевской крови. Поэтому люди недоумевали, почему проклятие пало на герцога Вудпекера, а не на нынешнего короля или наследного принца. Он тоже член королевской семьи, но разве у него не было своего места?

Однако совет старейшин, исходя из того, что именно в Вудпекере течёт истинная королевская кровь, пытался выдвинуть его на трон. Это было бессмысленно.

На самом деле Юлиус Вудпекер не верил ни в какие «ведьмовские проклятия».

Но в само «проклятие» — верил.

— Этот тип — герой очередных слухов? — спросил Юльс.

— Да, ваша светлость.

Услышав ответ слуги, он вспомнил юношу, которого только что видел, — того, чей взгляд был устремлён чуть сверху вниз. Мужчина с лицом, более похожим на женское, чем на мужское, смотрел на него странным взглядом.

Адри Гмальди. Тот, кто получил рыцарское звание от наследного принца заочно, по бумагам — законный наследник графского дома Гримальди, пользующегося величайшим доверием и вместе с тем подвергающегося величайшей дискриминации при дворе.

По идее, должен был быть ещё один, но говорят, тот умер давно. Раз уж близнецы, то и девичья половина, наверное, была бы хороша собой. Раз не похож на графа Гримальди, значит, пошёл в графиню, вот только была ли графиня такой уж красавицей — неизвестно. Впрочем, это отдельная тема.

— Наглец.

Юльс не мог забыть тот взгляд, которым этот тип смотрел на него, удивлённый. Лицо у него было такое, будто он ничего не слышал о слухах. Если бы не это лицо, возможно, он бы приказал казнить его прямо сейчас.

— Если он вам не угоден, я могу запросить замену.

— Оставь, — сказал Юльс.

— Всё равно все они на одно лицо.

Юльс не доверял рыцарям охраны дворца Палесса. Все они служат королю. Пусть они и уступают королевским рыцарям из дворца Ионады, но сути это не меняет — они всё те же королевские псы.

А среди них — Адри Гримальди…

«С такой-то мордой — и пёс Палессы?»

Обычно тех, кого называют псами, имеют в виду что-то негативное, но судя по его виду, на пса он не тянул. Неужели он пёс потому, что виляет хвостом перед каждым? — задумался Юльс.

***

Охранять герцога Вудпекера оказалось нетрудно.

Как и говорил слуга, герцог почти не выходил наружу. Во дворце Палесса не нашлось бы никого, кто мог бы угрожать герцогу, к тому же он ничего не требовал от рыцарей охраны.

Хотя иногда на него и обрушивались удивлённые взгляды, по сравнению с тем, что было в Третьем ордене, дел почти не прибавилось. Напротив, вопреки слухам, герцог Вудпекер вёл довольно упорядоченную жизнь.

Охранять его было явно легче, чем тех, кто непредсказуем, чьи капризы кипят, как похлёбка: сегодня он просыпается среди бела дня, завтра — среди ночи, послезавтра валяется в поле, а на следующий день катается на лодке по озеру.

Адри проверил время. Утром дежурил Берт.

Точное время пробуждения герцога было неизвестно, но до девяти утра охрану нёс Берт. Однажды, придя пораньше, Адри видел, как герцог совещался со слугами. Вероятно, речь шла о делах в его владениях. Адри это не интересовало, да и знать он не желал, поэтому просто ждал за дверью, пока не наступит его время.

Раз уж до утра было время, Адри успевал с утра потренироваться, позавтракать и помыться. Гораздо больше, чем в Третьем ордене.

Когда Адри приходил, герцог всегда читал газету. Иногда его взгляд падал на Адри. Что это значило, понять было невозможно.

В одиннадцать утра начинали прибывать аристократы. Говорили, что расписание герцога на время пребывания в Палессе составляется ещё с прошлого года.

Каждый день являлись разные аристократы, так что даже казалось — неужели в Палессе их так много? Иногда он встречался с одним и тем же человеком несколько раз. Почти всегда они обедали вместе. Во время трапезы их обслуживали слуги замка, фрейлины и рыцари.

Затем герцог отправлялся в библиотеку. Когда столицу перенесли в Ионаду, новую библиотеку построили там, но все книги, кроме самых редких, которые невозможно было восполнить, оставили во дворце Палесса, так что в здешней библиотеке было много достойных внимания томов.

Видимо, не все книги удалось забрать, поэтому, если требовалась какая-то книга, король и члены королевской семьи тоже периодически наведывались в Палессу, и между королевскими библиотеками, судя по всему, была налажена связь.

Когда герцог шёл в библиотеку, Адри тоже мог входить внутрь, но, если честно…

«Скучно».

Адри с книгами был не в ладах.

Он не мог понять герцога Вудпекера, который бродил по всем уголкам библиотеки с таким видом, будто искал сокровище.

Просидев в библиотеке до заката, герцог закрывал книгу и возвращался в резиденцию. Ужинал он либо с гостями, либо, если встреч не было, просто в резиденции. Сегодня, похоже, был как раз свободный день.

В дни, когда герцог ужинал один, еду накрывали слуги. Адри же всегда питался в рыцарской столовой, и Берт неизменно ужинал вместе с ним. Адри, привыкший есть в одиночестве и в своём доме, и во дворце Палессы, поначалу чувствовал себя неловко с Бертом.

Берт говорил, что еда в Палессе невкусная. Адри же считал, что она вполне приличная. Потому что еда в Гримальди была действительно отвратительной.

— И так всегда? — спросил Адри.

Берт, отщипывавший хлеб, замолчал, несколько раз прожевал, проглотил и переспросил:

— Что именно?

— Герцог. Мне кажется, в такой охране особой нужды нет.

Конечно, нельзя было судить всего по одной неделе, но, судя по образу действий герцога, казалось, что ничего и не случится. Берт усмехнулся в ответ.

— Поживём — увидим.

«Даже если пожить — вряд ли что-то изменится», — подумал Адри. Слишком уж предсказуемой была эта жизнь. И если это и есть охрана…

«Похоже, Второй орден просто сидит на золотой жиле».

Неудивительно, что все хотят попасть во Второй орден.

Честно говоря, Адри не ждал от охраны ничего особенного и предполагал, что иметь дело с высокородными аристократами или членами королевской семьи будет непросто, но вопреки ожиданиям работа оказалась лёгкой. По сравнению с патрулированием, конвоированием преступников или разниманием драк, куда его привлекали в Третьем ордене, здесь было слишком спокойно.

К тому же платили ещё и надбавку за охрану. Для Адри, у которого деньги не водились, этот доход был весьма кстати.

— Неужели это и есть «плата за красивое личико»? — пробормотал Адри. — Красивым мордам, видимо, и деньги достаются легче?

— Ты это о чём? Плата за личико?

— А разве нет? При такой-то работе — самое время получать за внешность.

Берт замолчал. Внешность рыцарей Второго ордена дворца Палессы славилась не меньше, чем внешность гвардейцев дворца Ионады, но редко кто говорил об этом вслух. Хотя в мыслях, возможно, и держали.

— Ладно, плата за внешность — потом, а охрана нужна, — сказал Берт.

С таким раскладом и одного Берта бы хватило. А если нет, то почему бы герцогу не привозить с собой двух охранников? Зачем специально запрашивать охрану во дворце? Для безопасности куда надёжнее были бы собственные вассалы.

Неужели… нарочно?

— Можно задать один вопрос?

— Хоть дюжину.

— Сколько лет герцог приезжает сюда?

— …Разве ты не знаешь?

— Не знаю. Я вообще в Палессе всего три года.

— Даже если так, слухи могли дойти.

— Я не интересуюсь другими людьми.

Услышав этот спокойный ответ, Берт подумал, что это похоже на правду. Он погладил рукой жёсткую седеющую щетину.

— Приезжает каждый год с тринадцати лет.

То есть почти всю сознательную жизнь, тринадцать лет подряд, он каждый год приезжает в Палессу.

— Зачем? — снова спросил Адри.

Всё, что Адри Гримальди знал о герцоге, — что он племянник короля и наследник престола (хотя насколько велики его владения под южными дубравами, он понятия не имел), и что он проклят.

— Секрет, — ответил Берт.

Если бы герцог метил на трон, он бы отправился в Ионаду, а не в Палессу. А может, раз это древняя столица, здесь что-то осталось? То, что ищет герцог? Что это? Чего может желать нынешний герцог? Если бы Адри был на его месте…

…Может, там разгадка проклятия?

Но ведь он ищет её уже тринадцать лет и не нашёл.

— Ещё вопросы?

— Нет.

— А надо бы.

— Почему?

— Нам ведь ещё долго быть вместе.

— Всего один сезон.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что каждый год вы приезжаете и каждый раз запрашиваете другую охрану, — сказал Адри.

Берт прищурился. Будто удивившись, что тот это заметил. Но вслух сказал обратное:

— Мы бы и сами были не против оставаться с одним человеком. С новыми каждый раз привыкать — утомительно.

Адри легко мог понять, что это ложь.