1 - 8
Шум льющейся воды.
Персефина вздрогнула от звука, доносившегося из-за стены.
Сидеть на самом краю дивана было неудобно, но, если встать и ждать стоя, Аид, пожалуй, удивится.
И диван-то огромный…
Стоило сесть поглубже, как ноги переставали доставать до пола. В люксе отеля «Паласт» вся мебель была огромной, словно подогнанной под рост Аида.
Персефине казалось, что она попала в комнату великана, и она озиралась по сторонам.
Одна эта комната была размером с четыре её спальни. Стол перед диваном пышно украшали живые цветы, словно забывшие о времени года.
За огромным, от пола до потолка, окном виднелись крыши столицы. Обои словно были прошиты золотой нитью: всякий раз, когда дрожал свет люстры, сама стена мерцала, как солнечные блики на воде.
Даже Персефине, выросшей графской дочерью, комната казалась не просто роскошной, а расточительной.
Разве не говорили, что всё его состояние конфисковали?
Персефина вспомнила заголовок жёлтой газеты, которую Ибелис бросила на столик в малой гостиной.
«Королевский дом Кройсена конфисковал всё скрытое имущество Аида. Сумма — целых тридцать миллионов крон!»
Аид, поднявшийся от королевского сторожевого пса до главы преступного мира, всегда был самой занимательной темой для разговоров кроненбургского общества. Трагическая новость о том, что он в конце концов совершил измену и лишился всего состояния, разнеслась по столице так быстро, что даже Персефина, жившая в особняке почти как узница, не могла её не услышать.
Говорили же, что благодаря конфискованному у господина Аида имуществу королевский дом десять лет может не беспокоиться о казне.
…Поэтому Персефина, естественно, решила, что Аид остался без гроша. Вот почему всю прошлую ночь она мыла и чистила свой маленький домик.
Каким же убогим показался мой дом такому человеку.
Сидя на роскошном диване и вспоминая свой дом, она чувствовала, что лицо горит.
— Что делаешь?
Аид неожиданно выглянул из-за её спины, когда она прижимала тыльную сторону ладони к горящей щеке.
Как такой огромный человек умудряется двигаться совершенно бесшумно? Персефина попыталась унять заколотившееся от испуга сердце.
— !..
Но всё было напрасно.
— Я спрашиваю, что ты делала.
Аид перешёл к дивану напротив, плюхнулся на него и спросил, встряхивая рукой мокрые волосы.
— …
Ворот небрежно накинутого банного халата сползал на одну сторону.
— В-ваша одежда…
Совершенно растерявшаяся Персефина широко открыла рот, но, не найдя слов, снова закрыла.
В распахнувшемся халате виднелась широкая грудь. Казалось, он вдвое шире её самой. Но талия под ней была поразительно узкой, и силуэт получался куда изящнее, чем она представляла по одежде.
— А что с моей одеждой?
Аид, похоже, заметил, насколько её смутил его вид, но не был настолько джентльменом, чтобы заботливо запахнуть халат.
В конце концов Персефина, не найдя, куда девать глаза, уткнулась взглядом в пол. Лицо горело несравнимо сильнее, чем когда она вспоминала свой маленький дом.
Вдруг она вспомнила, что ей предстоит провести первую брачную ночь с этим стройным, как хищник, мужчиной. Ведь это она сама чётко объяснила Аиду брачный закон: в Кройсене брак завершается венчанием и первой ночью.
Когда она говорила о первой ночи, ей было всё равно, а теперь уверенности совсем не было. Аид славился красотой не меньше, чем властью. Наверняка и к женщинам он очень придирчив.
— Что не так с моей одеждой, принцесса?
Аид снова надавил, словно поддразнивая не отвечавшую Персефину.
— Простите.
Персефина стиснула лежавшие на коленях руки в кулаки и крепко зажмурилась.
— За что ты извиняешься?
Услышав этот спокойный вопрос, она поняла, что сама не знает, за что извинилась. Осознав это, она покраснела ещё сильнее. Глупая Персефина.
Ей словно слышалось, как граф цокает языком: ни красоты, ни ума — на что такая годится.
— Н-нет, ничего.
Она бестолково, запинаясь, отказалась от своих слов, и Аид хмыкнул.
— Ну нет так нет.
Потом послышалось, как он одевается.
Шорох халата, соскользнувшего с плеч, шелест накрахмаленной рубашки по коже заставили Персефину вздрогнуть.
Шорох. Ещё шорох.
Почему он так медленно?
Почему на какие-то несколько пуговиц уходит столько времени, было непонятно.
— Я оделся, можешь открыть глаза.
Персефина робко открыла глаза.
Аид в чёрном костюме выглядел так великолепно, что невозможно было поверить: ещё вчера этот человек был в тюремных лохмотьях. Впрочем, настоящим его обликом, пожалуй, был именно этот.
В чёрном его золотые волосы кажутся особенно светлыми, — рассеянно подумала Персефина, глядя на него.
— Вам очень идёт…
— Да? Немного маловат.
Костюм одолжен у Берна, потому и тесноват, сказал Аид и пару раз покрутил плечами.
Из-за этого пуговицы расходились всё сильнее, и взгляд то и дело тянулся к просвету между ними. Персефина сглотнула и с усилием заговорила о другом:
— Я не знала, что отель «Паласт» принадлежит вам, господин Аид.
Аид поднёс к губам длинный указательный палец.
— Тсс.
Подмигнув, он продолжил:
— Это секрет, принцесса. Никто не знает, потому и не отобрали.
Персефина кивнула и осторожно спросила:
— Тогда вам будет удобнее жить здесь?
— Нет, это…
Бах!
Аида оборвал резкий выстрел.
Прежде чем она поняла, что это за звук, он наклонил голову набок.
Персефина вытаращила глаза.
— Г-господин Аид!
Треск!
Пуля вошла в стену за диваном.
Не успела она сказать больше ни слова, как он сдёрнул её с места.
Когда Персефина пришла в себя, она уже лежала ничком на полу у дивана. Аид, прижимая большой ладонью её голову, шепнул:
— Лежи тихо, принцесса.
Голос был слишком спокойным для человека, который только что увернулся от пули.
Бах! Бах! Бах!
Выстрелы гремели один за другим.
В разбитое вдребезги окно хлынул зимний ветер. Едва осколки, рассыпавшиеся по ковру, как лёд, перестали звенеть, дверь распахнулась.
— Господин Аид! Вы в порядке?!
— С запада.
Поднявшись, Аид коротко бросил:
— Кажется, третий этаж здания напротив. Взять живым.
— Да!
По его приказу все с топотом бросились вон.
— Принцесса, дыши. Всё уже хорошо.
Хриплый вдох. Ещё один.
Только после слов Аида Персефина осознала, что всё это время не дышала. Грудь ходила вверх-вниз, но вдохнуть толком не получалось. Похоже, от испуга обострилась болезнь.
— Так испугалась, принцесса?
Большая ладонь похлопала её по спине. Так укладывают спать ребёнка. Персефине это было совсем незнакомо.
— Как видишь, у меня положение так себе.
Усадив кое-как успокоившуюся Персефину на диван, Аид пожал плечами.
— Так что жить у тебя будет меньше хлопот.
Персефина невольно взглянула на разбитое окно. Окна в её доме были несравнимо тоньше, чем в отеле «Паласт».
— Не волнуйся.
Проследив за её взглядом, Аид невозмутимо продолжил:
— Скоро со всем разберусь. Ты не пострадаешь.
Он сказал это так буднично, словно собирался разобрать бумаги на столе или ящик комода, но вряд ли этот мужчина «разбирался» с какими-то перьями для письма.
— К-как же не пострадать? Если ворвутся люди с оружием.
— М-м. И правда.
Ответ, в отличие от её тревоги, был совершенно безучастным.
Оглядев её, потерявшую дар речи от такого ответа, Аид отряхнул ей воротник. Стеклянная крошка посыпалась с плеч.
— Ха…
Похоже, выстрелы напугали лишь её. Он смотрел на неё, дрожащую, сверху вниз с видом человека, которому добавили немного хлопот.
У неё появилось предчувствие, что она не того выбрала в мужья.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/obrechyonnaya-zhena-hadesa-f013e6
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
