Контент удален!

— Прости, что заставил тебя тащиться в такие трущобы.

— В-всё нормально. М-мне тоже д-дома к-комфортнее.

— У меня тесно.

В углах потолка тесной квартирки тут и там чернела плесень от въевшейся сырости. Сквозь дыры в обоях проглядывал голый бетон, а тонкие стены так плохо глушили звук, что голоса шумных соседей раздавались отчетливо, словно те находились в этой же комнате.

— П-плечо в порядке?

— Ага.

Как и сказал Александр, квартирка оказалась крошечной. Небольшая гостиная, спальня больной бабушки да совмещенный санузел — вот и всё.

Судя по постельному белью на старом диване, чьи ржавые пружины скрипели при каждом движении, своей комнаты у Александра не было, и он спал в гостиной.

Едва войдя в старый жилой комплекс, И Ан невольно сморщилась от жуткой вони — смеси сигаретного дыма и гниющего мусора. Но, как ни странно, в квартире самого Александра витал уютный аромат свежего белья, словно здесь был совершенно иной мир. Стоило лишь переступить порог, и атмосфера разительно менялась — И Ан даже глаза широко распахнула от удивления.

Из-за зимы в квартире было довольно зябко, но Александр, одетый лишь в футболку, одну за другой убирал вещи в гостиной, освобождая для И Ан место для работы.

— Бабушке в последнее время хуже, поэтому я не могу надолго уходить из дома. К счастью, это удачно совпало с перерывом в тренировках из-за травмы плеча.

— А в б-больницу ходили?

— Страховки нет. А даже если бы и была, они сплошь и рядом отказывают в оплате лечения.

Слушая, как буднично Александр говорит о том, что из-за бедности они даже в больницу сходить не могут, И Ан не знала, что ответить, и лишь нервно теребила ремешок сумки. Повернувшись к ней спиной, он поставил кипятиться чайник и достал из шкафчика две толстые кружки.

— Тебе горячий шоколад с маршмэллоу?

— Д-давай.

И Ан с детской радостью тут же согласилась, и Александр тихо усмехнулся. Достав большой пакет с какао-порошком, защепленный пластиковым зажимом, он принялся за дело.

Родители строго следили за питанием И Ан и Ноа, поэтому полуфабрикаты или обычные снеки им почти не разрешались. В детстве они тайком таскали сладости, но после пары сильных нагоняев брат с сестрой даже повзрослев невольно избегали приторных перекусов.

Однако иногда, откусывая по кусочку от угощений Джой, И Ан поражалась, какими же они были вкусными. Поедание вредных сладостей втайне от родителей стало для нее эдаким маленьким бунтом.

— Может, позвонишь родителям, пока ждешь?

— П-позвонить?

— Тебе же наверняка нужно разрешение, чтобы есть такое, разве нет?

— В-вовсе нет...

И Ан отвернулась, чтобы скрыть смущение: он попал в самую точку.

Александр бросил подозрительный взгляд на И Ан, крепко прижимавшую к груди скетчбук, а затем щедро насыпал какао-порошок в кружки.

Застучала ложечка, размешивающая какао, и тесная квартирка наполнилась сладким шоколадным ароматом. Он бросил в каждую кружку по два здоровенных куска маршмэллоу и подошел к И Ан, держа напитки в обеих руках.

Пока он готовил напитки, И Ан разложила вещи из сумки и подготовилась к работе. Александр поставил порцию И Ан на низкий столик, а сам плюхнулся прямо на холодный пол.

Диван в гостиной был всего один, и он уступил его, чтобы И Ан могла с комфортом разложить свои вещи.

— Насчет бабушки...

Усевшись на старом ковре, Александр покачивал кружку и неотрывно смотрел на медленно тающие кусочки маршмэллоу.

— Даже если пойдем в больницу, её уже не вылечить. К старости липнут любые болячки, но тело слишком дряхлое, чтобы перенести операцию — это лишь навредит. Сейчас поддерживать её жизнь обезболивающими — это во всех смыслах лучший выход.

— ...А т-ты?

— А я молодой, мне по больницам таскаться ни к чему.

И Ан закончила раскладывать принадлежности и обернулась. Александр как раз убрал стоявшую рядом небольшую корзинку. В ней лежал клубок пряжи и спицы с недовязанным изделием — всё это вместе с корзинкой отправилось на пол.

Судя по всему, это было незаконченное творение самого Александра. И Ан перевела взгляд на моток, с любопытством гадая, во что превратятся эти тонкие белые нити.

— Свитер для бабушки. Говорят, эта зима будет холодной.

И Ан молча кивнула.

— Что? Жалко меня?

И Ан отпила приготовленный им горячий шоколад. Приторно-сладкий вкус тепло обволок язык. Подтаявший маршмэллоу добавил напитку нежности, заполняя рот идеальной сладостью. Подумав, что она уже очень давно не пила такого вкусного какао, И Ан невольно улыбнулась.

— А т-ты... т-ты меня ж-жалеешь?

В этот миг взгляд Александра скользнул к губам И Ан. Возможно, из-за того, что И Ан была подругой Джой, он ни разу прямо не указывал на её недостаток. Однако он, несомненно, прекрасно понимал, что она говорит не так, как другие.

Отставив кружку, он откинулся назад, оперся руками об пол и уселся поудобнее.

— Думаю, Бог справедлив.

— П-почему?

— Ты отлично рисуешь, и денег у тебя куча. Если бы ко всему этому у тебя не было ни единого изъяна, как бы остальные жили, не помирая от зависти?

— Г-глупости...

— Твой недостаток — просто милая мелочь по сравнению со всеми твоими достоинствами. Так что не робей. И ни на кого не оглядывайся.

И Ан тихо рассмеялась и поставила кружку на стол.

Поднявшись, И Ан покинула диван, уселась на пол по другую сторону столика и встретилась взглядом с Александром. Поскольку теперь они сидели на одном уровне, высокий Алекс смотрел на И Ан чуть сверху вниз. В его глазах читался немой упрек: мол, я уступил тебе лучшее место, чего ты на пол уселась? Но И Ан спокойно произнесла:

— Т-ты тоже.

Губы Александра, только что изогнутые в мягкой улыбке, напряглись и превратились в прямую линию. Из-за уборки в его черных волосах осела белая пыль.

Он стал похож на припорошенную снегом рождественскую елку. И Ан осторожно потянулась к нему и стряхнула пыль с волос.

В отличие от мягких волос Пейтона, его пряди оказались жесткими и непослушными. К тому же, какими бы черными ни были волосы, в них обычно проглядывает каштановый оттенок, или они отливают рыжиной на свету, но волосы Алекса оставались угольно-черными при любом освещении.

— Ты з-здоров. Трудолюбив, и у тебя есть своя философия. Людей с такими правильными у-убеждениями в мире с-совсем немного.

— Ради заработка волей-неволей таким станешь.

— Т-ты н-не нищий. У тебя п-просто нет денег.

— Мы знакомы без году неделя. Откуда такая уверенность?

— Е-если смотреть не спеша, всё становится в-видно.

— Что именно?

И Ан кивнула в сторону дивана.

Жить медленнее остальных в этом бешено меняющемся мире — значит вести существование, в котором нет ни единого плюса. Человек, который вечно отстает, терпит насмешки и живет с оглядкой на чужое мнение, невольно становится всё меньше и незаметнее.

Единственным плюсом было то, что И Ан могла подмечать детали, которые ускользали от взглядов вечно спешащих людей.

— В-всё.

Живущая в неспешном ритме И Ан на самом деле была одарена не просто эстетическим вкусом, а поразительно тонкой восприимчивостью к окружающему миру.

Она воспринимала реальность в замедленном темпе, словно смотрела фильм на пониженной скорости. Для кого-то это дар, а для кого-то — проклятие.

Для И Ан это было и тем, и другим.

К тому же, об Алексе многое говорило его отношение к Джой. Шутливо подтрунивая над её аппетитом, он первым замечал пустую соусницу и незаметно её наполнял, или заботливо пододвигал тарелку, чтобы подруга съела еду горячей. Его вежливость с офицИ Антами или то, как он, морщась от боли в плече, первым делом заботился о других игроках — все эти мелочи не оставались незамеченными.

То же самое касалось и инцидента с Пейтоном.

Если уж Пейтон решил сорвать ей участие в конкурсе, деньги для него вообще ничего не значили. Зная его характер, он наверняка предложил сумму, в разы превышающую гонорар, обещанный И Ан.

Если бы Алекс и впрямь был помешан на деньгах, у него не нашлось бы причин отказываться от такого куша.

— Н-никто бы не смог п-поступить так же.

Но Алекс был другим.

Деньги были для него важны, но доверие он ставил превыше всего.

Истинная натура Александра Кросби проявлялась даже в том, что, пригласив И Ан к себе домой, он предложил ей совершенно новые, как будто только что купленные, гостевые тапочки.

— Сядь на диван. Я его для тебя освободил, чего ты на пол уселась?

Грубовато бросил Александр и резко отвернулся.

И Ан посмотрела на плотные полосы тейпа, выглядывающие из-под коротких рукавов его футболки, и на бинты под штанинами, а затем легонько толкнула его ладонью в спину.

— Х-хорошие художники не сажают своих м-моделей на пол.

Опиравшиеся о пол рука и предплечье заметно дрогнули. Алекс неосознанно сжал кулаки и резко подскочил с места с покрасневшими кончиками ушей.

Сидя на полу, И Ан приходилось высоко задирать голову, чтобы хотя бы рассмотреть лицо этого высоченного парня. Проследив, как он направляется к дивану, она бережно разложила принесенную для примерки одежду и снова взялась за скетчбук.

Первая примерка конкурсной работы уже завершилась, но по-прежнему оставалось много деталей, требующих доработки. Тем не менее, поскольку Алекс помогал без лишних слов, сбоев в графике не предвиделось. Общение с моделью — дело непростое, так что встретить благодаря Джой такого отзывчивого парня было настоящей удачей.

Было бы здорово подарить Алексу что-нибудь в знак благодарности.

Разумеется, их связывали исключительно рабочие отношения, но Алекс обходился с И Ан так доброжелательно, словно они дружили уже много лет. Он вовремя отпускал шутки и рассказывал истории со своих подработок, не оставляя ни малейшего повода для неловкости.

И Ан решила, что как только закончит наряд для Пейтона, придумает подарок и для Алекса. Пусть не строгий костюм, но что-нибудь удобное и повседневное, что он наверняка сможет принять без смущения.

Продумывая подарок для Алекса, И Ан сделала большой глоток уже остывшего какао.