Контент удален!

— Пейтон?

Оставив сумку в гостевой комнате, И Ан направилась в его спальню. Когда она открыла массивную дверь, Пейтон сидел за столом из ценных пород дерева и изучал тактическую тетрадь.

Заметив И Ан, Пейтон кивком пригласил её войти. Она на цыпочках подошла к нему и села на приставной стул.

— Н-новая тактическая тетрадь?

— Играть одинаково неинтересно.

— О-они не одинаковые. Каждый д-день разные.

И Ан вспомнила те бесчисленные дни, когда он стоял на поле и вёл за собой команду.

И Ан была преданной фанаткой Пейтона, ведь со старшей школы она не пропустила ни одной игры, где он участвовал и брал трофеи. Её знания об американском футболе уже достигли уровня полупрофессионала, и она знала: Пейтон — квотербек-стратег, который мгновенно разгадывает действия защиты противника и ведёт за собой команду.

Благодаря его надёжному руководству игроки, выходившие на поле вместе с Пейтоном, получали травмы гораздо реже. Это укрепляло сплочённость команды и было причиной, по которой все безоговорочно доверяли Пейтону и следовали его указаниям.

— Говорят, НФЛ — это реальный бой.

— Но ты же уже играешь на р-реальном поле?

— По сравнению с НФЛ это детские игры. Когда-нибудь настанет день, когда моя стратегия не сработает, так что я хочу подготовиться заранее.

— М-м… П-понятно.

— Впредь мне нужен собственный стиль игры.

И Ан посмотрела на книжный шкаф у противоположной стены, свободный от футбольной атрибутики. Книг было так много, что комната походила на библиотеку. В особняке Астеров у Пейтона был отдельный кабинет, так как он читал довольно много, и даже начав карьеру игрока, он не убавил объёмы прочитанного.

— В университете т-тоже будешь играть в а-американский футбол?

— Наверное.

— П-потому что нравится?

Пейтону, ни в чём не знавшему нужды, не было смысла рисковать собой и так цепляться за спорт. Конечно, он занимался этим ради удовольствия, но так как в университет он поступал по общему конкурсу, а не по спортивной квоте, И Ан думала, что там он может бросить тренировки.

Конечно, если Пейтон захочет продолжить карьеру игрока, она будет болеть за него всем сердцем.

— Да. Потому что нравится.

Пейтон пристально посмотрел на И Ан.

От Пейтона, который успел принять душ, пока И Ан разбирала вещи, исходил свежий аромат мыла. И Ан рассеянно вдыхала этот запах, пока её взгляд не зацепился за его грудь, видневшуюся в вырезе шёлковой пижамы.

Шрам в центре груди хоть и посветлел, но по-прежнему пересекал область прямо над сердцем Пейтона.

— Т-тебе всё ещё снится тот день?

Обеспокоенно спросила И Ан.

Пейтон знал, что И Ан смотрит на его шрам, но, не отрывая от неё взгляда, лишь слегка кивнул. Так же, как И Ан до сих пор снился день, когда её бросил отец, Пейтон всё ещё оставался в плену своей травмы.

— Такое не забудешь. Ведь в тот день мы познакомились.

— Но в т-тот день тебе было б-больно.

Это случилось в тот год, когда И Ан вернулась в США.

Мать, негласно согласившаяся бросить И Ан в Корее, видимо, чувствуя вину, поехала с маленькими братом и сестрой на загородную виллу. В американской глубинке было так безлюдно, что без машины нельзя было встретить ни души. Однако из-за удалённости от цивилизации природа вокруг виллы была невероятно красивой, поэтому под предлогом приобщения Ноа и И Ан к природе мать позвала своих друзей провести отпуск вместе.

Ноа целыми днями сидел дома за книгами, а мать каждую ночь устраивала шумные вечеринки с приехавшими друзьями.

А И Ан бродила по окрестностям одна, с альбомом и цветными карандашами в руках, и рисовала, пока однажды не заметила странный блеск.

Что это?

На лесной тропе лежала совершенно неуместная в глуши костюмная пуговица. И Ан, только начавшая изучать шитьё, узнала её, а по крошечному драгоценному камню и небольшому размеру догадалась, что пуговица оторвалась от одежды ребёнка её возраста.

Если пойти по этой тропинке, я выйду к пряничному домику?

Вспомнив сказку, которую когда-то читала ей бабушка, И Ан радостно зашагала вперёд. Она невольно начала напевать в надежде, что найдёт сверкающие сокровища и сможет обрадовать родителей.

Но там, куда пришла И Ан, не было ни сладкого пряничного домика, ни роскошного сундука с сокровищами. Пройдя по следу из пуговиц, разбросанных на приличном расстоянии друг от друга, она наткнулась в чаще леса лишь на полуразрушенную постройку.

Она слышала, что в лесу есть несколько охотничьих домиков, и подумала, что эта постройка из их числа. Однако слабо доносящийся откуда-то голос заставил её навострить уши.

— Просто убей его. Чего ты медлишь?

Сквозь звонкое пение птиц послышался чей-то обессиленный голос. Почувствовав неладное, И Ан поспешно нажала кнопку на детском аварийном брелоке, висевшем у неё на шее.

Пи-и! Пи-пи-и! Пи-пи-и! Пи-и-ик!

Высокотехнологичный кулон мгновенно передавал родителям местоположение ребёнка, как бы далеко он ни находился, и автоматически отправлял вызов в ближайший полицейский участок.

Даже если полиция задержится, матери и другим взрослым понадобится меньше пяти минут, чтобы добраться сюда, поэтому И Ан нажимала на кнопку снова и снова.

Ба-бах! Бам! Кх-х!

Раздался треск ломающихся вещей, за которым последовал вскрик. И Ан, окончательно убедившись, что внутри кто-то есть, вбежала в здание.

Внутри оказался взрослый мужчина, придавленный рухнувшей колонной, и мальчик: его покрытое ранами тело было туго перевязано верёвками, и он, извиваясь, полз по полу.

— Т-ты в порядке?

— Ты ещё кто?! Проваливай! Не лезь не в своё дело!

Несмотря на грубую брань, И Ан подошла к распластанному на полу мальчику. Видимо, он не ел несколько дней — его тело исхудало настолько, что напоминало высохшую ветку. Мутные изумрудные глаза отрешённо посмотрели на И Ан, а затем плавно закрылись: он потерял сознание.

— Н-нет. Т-тебе нельзя у-умирать!

И Ан сбросила с себя все вещи и взвалила потерявшего сознание мальчика на спину. Хоть он и был выше неё ростом, из-за сильного истощения он весил достаточно мало, чтобы она могла его унести, приложив усилия.

Собрав все силёнки, И Ан с трудом вынесла мальчика наружу, где их уже ждали её мать с друзьями, отправившиеся на поиски, и приехавшая по вызову полиция.

Воспользовавшись суматохой, придавленный колонной преступник тогда сбежал, и с тех пор о нём ничего не было слышно. Чтобы не бередить плохие воспоминания Пейтона, И Ан никогда не расспрашивала о подробностях инцидента, но была уверена, что семья Астер уже со всем разобралась.

— Пейтон, т-тебе нельзя п-пострадать.

И Ан осторожно запахнула его расстёгнутую пижаму.

Шрам на груди Пейтона был одним из следов того дня. Похититель вонзил нож ему в область сердца, намереваясь убить, и Пейтону удалось выжить лишь потому, что И Ан нашла его за мгновение до того, как лезвие достигло цели.

При мысли о том, какой ужас перед медленно надвигающейся смертью, затмевающий даже боль от ножевого ранения, испытал тогда Пейтон, ей становилось трудно дышать, словно горло оплели колючие лозы.

— Этого не случится.

Уловив тревогу И Ан, Пейтон обхватил её маленькое лицо ладонями. Погладив её по скулам, он прижал большой палец к её нижней губе. Когда он коснулся её губ — самой чувствительной части лица, — пульс И Ан предательски участился.

— Тебя не напрягают чужие взгляды?

— …Взгляды?

— Все ведь думают, что мы встречаемся.

И Ан вспомнила разговор игроков команды по американскому футболу, который услышала несколько дней назад, и плотно сжала губы.

Она понимала, что парни дразнили их не на пустом месте. Со стороны они казались такими близкими, что кто угодно мог бы ошибиться; да и смотрели они друг на друга совсем не по-дружески. Неудивительно, что окружающие считали их парой и сплетничали.

С грустью опустив глаза, И Ан ответила:

— Д-должно быть, тебе от этого некомфортно… М-может, нам пока стоит д-держаться на расстоянии?

Вшух!

И Ан едва сдержала крик, чуть не вырвавшийся у неё из горла.

Пейтон подхватил И Ан, усадил на стол и навис над ней. И хотя они выросли вместе и часто дурачились в обнимку, сегодня Пейтон набросился на неё словно дикий зверь, поэтому И Ан смотрела на него ошеломлённо, как человек, получивший удар под дых.

Волосы И Ан разметались по столу, а её напряжённый взгляд в лунном свете впился в скрытое тенью лицо Пейтона.

— С чего бы мне было некомфортно? И зачем нам держаться на расстоянии?

— М-мы же просто д-друзья. Нам… то есть, т-тебе такие слухи ни к ч-чему…

— Какие же мы друзья?

Губы И Ан бессильно приоткрылись, она онемела от неожиданности. Пейтон медленно наклонился, прижавшись к ней торсом так плотно, что ей сдавило грудь. Его дыхание обожгло её подбородок и плечи, и И Ан крепко зажмурилась. Казалось, он вот-вот её поцелует.

Но Пейтон лишь уткнулся лицом в её ухо и прошептал низким голосом:

— У нас ведь уже было всё, кроме самих отношений.

Он слегка прикусил её за ухо. Лицо И Ан тут же вспыхнуло.

Её тщательно скрываемые истинные чувства словно безжалостно скребли грубой наждачкой. От слов о том, что у них было всё, кроме самих отношений, в душе тяжёлыми грозовыми тучами сгустилась тревога. Но Пейтон, загнавший И Ан в угол, как ни в чём не бывало взял её на руки и понёс в гостевую комнату.

Оказавшись на его руках, И Ан лишь ошеломлённо смотрела в пол.

Безусловно, Пейтон был для И Ан самым близким человеком, и их отношения нельзя было назвать просто дружбой. Но статус влюблённых оставался для них обоих своеобразным табу — они никогда об этом не говорили.

Как они с ним могут стать парой?

Пейтон — публично признанный наследник семьи Астер, особенный человек, известный на всю Америку, в то время как И Ан — всего лишь обычная полукровка.

К тому же И Ан…

Разве тебя не раздражает, что я такая медлительная?

Для И Ан её заикание было гораздо бóльшим изъяном, чем то, что она корейская полукровка. Осознавая этот жалкий недостаток, она чувствовала себя ничтожной.

Если оглянуться назад, Пейтон ни разу не торопил И Ан с момента их первой встречи. Он так часто и подолгу ждал её, что И Ан была безмерно благодарна и дорожила им, страстно желая лишь одного: чтобы её присутствие не испортило ему жизнь.

…Удивительно. Рядом с тобой мои недостатки перестают иметь значение.

Зайдя в гостевую комнату, Пейтон уложил И Ан в кровать и заботливо поправил одеяло. Когда И Ан пыталась собраться с мыслями, она часто бормотала на корейском, поэтому Пейтон не обратил внимания на её шёпот.

— Спокойной ночи, Черри.

— Угу. Т-тебе тоже.

Оставив И Ан в гостевой комнате, Пейтон остановился посреди широкого коридора и посмотрел в окно. Луна скрылась за облаками, и ночь была темнее обычного. Из огромного особняка Астеров открывался широкий вид на ночные окрестности; Пейтон усмехнулся и направился в свою спальню.

Завтра Пейтону предстояла первая игра, в которой он выйдет на поле с новой стратегией. Было бы просто идеально, если бы их противником была команда этого бельма на глазу — Александра Кросби, но даже если это не так, перемены имеют смысл сами по себе.

Будь то игра или отношения.

Ведь если продолжать делать всё как раньше, развития не будет.