Вместе с Палином Скарлетт осмотрела институт.

Всего было 5 отделения: физика, математика, градостроительство, машиностроение и химия. Три профессора преподавали все предметы без разделений, и студенты также изучали все предметы, но лекций, связанных с машиностроением, почти не было.

Вскоре Скарлетт стояла перед мастерской, предоставленной директором и построенной на пожертвование прошлой четы Кримсон. На двери была написана история этих двух людей.

[Лаборатория Венди Кримсон и Уиллиса Кримсон]

[В память о величайших изобретателей в истории Саланти]

На двери был замок и как только Скарлетт увидела этот красный замок, она вспомнила пароль, который называла ей мама. После нажатия комбинации цифр замок тут же щёлкнул.

Скарлетт открыла дверь и увидела внутри стену с книжными полками, заставленными материалами исследований.

Она вспомнила, как несколько раз приходила в эту мастерскую, когда была ребёнком. Сейчас Скарлетт входила в одно из тех мест, где она была с родителями в забытых воспоминаниях.

Едва Скарлетт увидела обстановку внутри мастерской, как ощутила сильную головную боль и пошатнулась, поэтому Палин поспешно помог ей устоять на ногах:

– Вы в порядке?

– В порядке. Простите.

Услышав ответ Скарлетт, Палин тут же отпустил её и покачал головой:

– Всё нормально.

– Из-за меня вам пришлось проделать весь путь сюда.

– Это, совсем не обременяет меня, – Палин почесал затылок и добавил. – После приезда сюда, я ещё сильнее понял это. Судьба Саланти зависит от мисс.

– ……почему вы говорили, что это будет хлопотно, если считаете так?

– Это непреднамеренные хлопоты.

Скарлетт слегка улыбнулась ответу Палина. Глубоко вдохнув, она снова посмотрела на лабораторию.

Большая часть данных записана в шифрах. Я помню, как родители говорили о паролях, но не могу вспомнить их точно.

– Было бы хорошо, если бы мои воспоминания были немного чётче…… – сказала Скарлетт, обхватывая голову ладонями.

– …… – Палин посмотрел на него.

Скарлетт, которая мгновенно помрачнела, глубоко вдохнула, чтобы подбодрить себя и, смотря на него, спросила:

– Вы голодны? Давайте хотя бы пообедаем.

– А, да. Конечно. Но я не уверен, есть ли поблизости место, где можно поесть, если учитывать людей, которые ранее пытались открыть банку с джемом.

– Верно, – ответила Скарлетт и вышла из мастерской.

После телефонного звонка Палин поискал поблизости и нашёл приличный ресторан. Еда на Севере в целом была не так хороша, как на Юге, но если её ели те, кто не знал этого сравнения, то еда их вполне удовлетворяла.

После обеда Скарлетт вернулась в институт, познакомилась с профессорами, пожала им руки и уже собралась отправиться в мастерскую, когда заметила семейную карету Дамфэльт, остановившуюся перед зданием.

Возможно из-за того, что в этом месте не происходило ничего интересного, все профессора и студенты вышли из здания, чтобы посмотреть на карету. Вскоре из той выгрузили и перенесли в мастерскую Скарлетт такие предметы как жаровня, шторы и пледы.

– А, так уж получилось, что все студенты тоже здесь, – заговорил Блайт, вышедший из кареты, как всегда с дружелюбным лицом. – Вы можете взять всё, что вам нужно, кроме вещей для нашей мисс. Я привёз немного тёплого вина и сыра, не желаете?

Большинство студентов Технологического института были студентами, которые действительно интересовались наукой, и даже при заинтересованности наукой, преемники семей не могли посещать его из-за сильного противодействия своих родителей, поэтому все студенты не были наследниками своих семей.

Пусть все они были детьми из богатых семей, решение изучать технологичные науки в Саланти было тем, что выталкивало их за рамки семей. Также было и с профессорами. Поэтому все быстро стеклись к карете и схватили необходимые для себя вещи.

– На, наконец-то у нас есть и жаровня!

– Значит, теперь мы сможем печь хлеб?

У Скарлетт было трудное взросление, но поскольку она жила в доме, она, по крайней мере, могла тайно печь хлеб.

Пока она непонимающе наблюдала за происходящим, к ней подошла Кристин:

– Скарлетт, скажи мне, если тебе что-то понадобиться. Я помогу тебе во всём!

– Спасибо. А, и я…… – Скарлетт открыла было рот, чтобы завязать дружбу с Кристин, единственной девушкой здесь, когда услышала ворчание Палина:

– Здесь так много учёных, а никто даже не подумал о том, чтобы сделать печь.

Тогда студенты посмотрели на него с таким выражением лица, по которому было понятно, что они хотят сказать очень много.

А Кристин смело закричала:

– Сейчас, когда у нас есть инженер, мы сможем создать что угодно!

– Наша мисс приехала не для того, чтобы делать жаровни или что-то подобное. Я уже говорил вам, она – драгоценный человек.

– Угх…… угх! – Кристин, не знающая что ещё сказать, просто закричала и отвернулась.

Палин цокнул языком и замер как статуя. Посмотрев на него, которого окружающие всегда критиковали за прямоту, сразу стало заметно, что среди обычных людей он являлся альфа-самцом.

Но даже среди таких людей Виктор подавляюще выделялся. Именно в Викторе Дамфэльт все могли опознать лидера прибывших.

Скарлетт посмотрела на вещи, которые он приготовил для неё. И с опозданием осознав окружающий холод, она взмахнула руками и обратилась к Палину и Блайту:

– Спасибо. Тут так холодно, что пора возвращаться.

– Да, так и есть, – весело улыбнувшись, ответил Блайт. – Тогда я просто вернусь обратно.

Попрощавшись, он уехал на карете.

– Это такое тёплое приветствие, – тут же громко рассмеявшись, сказала Скарлетт Палину.

– Да, было бы трудно оставаться так, – улыбнувшись, ответил тот.

– Грустно ходить в спокойную школу.

– Это верно. Никто не думал, что институт будет таким маленьким.

Разговаривая они вернулись в лабораторию.

*****

Там, где находится институт, весь день шёл снег.

В мастерской четы Кримсон, пока Скарлетт наливала себе бокал тёплого вина, профессор Густав обдумывал её замысл, представленный на доске. И студенты рядом с ним также размышляли.

Скарлетт была очень мотивирована тем фактом, что теперь ей не нужно проводить исследования в одиночку и придумывать вещи, в которых у неё не хватало знаний, а могла подумать над ответом вместе с профессором и студентами.

Кристин и Бил, который в первую же встречу похвалил её гены, исследовали тоже самое.

– Кстати, Скарлетт, можешь ли ты поделиться с нами вашими часовыми технологиями? – спросила Кристин, подняв руку. – Технологией семьи Кримсон.

Пока ещё Скарлетт не могла привлечь их всех к чему столь опасному, как разработка летательного аппарата. Кроме того, она не могла им доверять. Поэтому Скарлетт взяла в качестве исследования моменты, которые обычно применялись в создании часов.

– Конечно, – ответила Скарлетт, вручая профессору бокал вина. – Я пришла сюда, потому что хочу более подробно разобраться в технологиях.

– А, круто…… как и ожидалось, ты – мисс из семьи Кримсон из моих фантазий……

– ……Кристин, пожалуйста, не дави на меня слишком сильно, – попросила Скарлетт, но профессор Густав спросил с любопытством:

– Кристин, что именно ты представляла?

– То, что, чтобы правильно унаследовать великие достижения, оставленные графом Кримсон и его супругой, их дочь каждый день прикована к мастерской, где проводит исследования. А, кстати, я не знала, что у них была дочь. Я воображала это, но это оказалось реальностью.

– Если тебя так интересует семья Кримсон, как ты могла не знать этого? – спросила Скарлетт так, словно это было абсурдно. – Мой брак и развод освещали все газеты……

– Скарлетт, я не читаю колонку светской хроники. Это ненужно для жизни. В любом случае, единственные свободные минуты для мисс Кримсон проводит за наблюдением за изменениями погоды за окном.

– Что, чёрт побери, за глупости ты воображала, Кристин? – не выдержав, спросила Скарлетт, но девушка продолжала:

– У мисс, которая так усердно посвящала себя исследованиям, однажды появилось заболевание лёгких.

– Почему, почему заболевание лёгких?

Когда Скарлетт спросила это с широко распахнутыми глазами, Кристин ответила так, словно была сбита с толку вопросом:

– Интеллектуалы обычно страдают болезнью лёгких.

– Мм, я понимаю всё меньше…… – когда Скарлетт пробормотала это, все трое одновременно посмотрели на неё, словно спрашивая почему.

Несмотря на это, закончив встречу и собрав сумку, Скарлетт покинула институт.

Последние несколько дней она ездила туда-сюда между магазином и институтом, понимая, что чтобы заработать на жизнь не хватило бы и 2-х тел.

Сейчас, когда мне не нужно будет идти в институт, я смогу поработать в магазине, а значит, вернувшись домой, я смогу немного отдохнуть сегодня, а завтра пообедать с Исааком, ведь завтра суббота.

В эти дни Исаак был очень занят делами семьи Кримсон. Казалось, финансовые дела были не слишком сложными. Скарлетт подумывала спросить его за обедом о том, нужна ли ему помощь.

А до этого……

– Думаю, стоит сказать спасибо, – сказала Скарлетт сама себе, ожидая трамвай.

Это верно, что он приложил немало усилий, поэтому мне необходимо в какой-то степени отчитаться о прогрессе, – подумав об этом, Скарлетт пришлось заставить себя понять, какие чувства она испытывает к Виктору и хочет ли навестить его.

Сев в прибывший вскоре трамвай, она направилась в столицу.

Между Технологическим институтом Саланти и столицей была скучная равнина. Снега на ней было так много, что даже когда он красиво падал за окном, она не превращалась во что-то уникальное.

От скуки наблюдения одной и той же картины в последние дни, Скарлетт начала организовывать мысли о которых не могла думать из-за занятости.

И одно имя продолжало всплывать в них.

Виктор Дамфэльт.

Виктор Дамфэльт.

Сколько раз я называла его имя в тот день, когда с горячкой вышла из монастыря?

– Пожалуйста, приди раньше, чем обещал, хотя бы один раз. Нарушь свой план хотя бы раз. Спаси меня теплом своего сердца хотя бы раз.

Какое-то время она ненавидела его. Однако всякий раз, когда Скарлетт углублялась в свои мысли, имя Виктора застревало в её разуме. Несмотря на то, что она игнорировала его и сказала не звонить ей, имя бывшего мужа продолжало колоть её горло.