– Посмотри. Ты тоже не можешь простить меня, – грустно улыбаясь, Скарлетт не пыталась забрать у Виктора свою руку.

Боясь, что он может схватить её ещё раз. Ведь, по его словам, он мог закрыть её в монастыре, когда захочет.

– Это так. Когда приедет Исаак не разговаривай со мной, – сказал Виктор, отпуская её руку и Скарлетт кивнула, соглашаясь на эту сделку.

Собираясь открыть дверь, чтобы выйти из спальни, он вдруг посмотрел на Скарлетт и спросил:

– Ты всё ещё любишь меня?

– …… – выражение лица Скарлетт слегка исказилось от этого внезапного вопроса.

Она смогла ответить лишь спустя несколько мгновений:

– Не сейчас.

– Так легко отличить это.

– Отличить…… что? – спросила Скарлетт, но Виктор не ответил и вышел из спальни.

Оставшись в комнате одна, Скарлетт некоторое время сидела на кровати. А выйдя из спальни, она увидела, что Блайт направляется в кабинет Виктора, неся деревянный ящик с бутылками алкоголя и ведёрко со льдом.

– Зачем этот алкоголь? – спросила Скарлетт.

– А, молодой господин сказал, что в кабинете закончился алкоголь и лёд.

– ……он собирается пить с самого утра?

– Да. На завтрак – виски. Со льдом.

– Чт, что?

Не будет преувеличением сказать, что Виктор – мужчина, который посвятил свою жизнь тому, чтобы не быть пойманным другими на грехе. Но как он жил в течении этого года?

Если вдуматься, развод мог оказаться огромным пятном на человеке, который ценит лишь честь. Но даже в этом случае, не похоже, что он настолько задет, чтобы пить с завтрака.

– Каким бы здоровьем не обладал Виктор, так он может заболеть, – сказала Скарлетт.

– Подать завтрак? Если я скажу, что это приказ мисс, молодой господин ничего не скажет.

– Да. Подготовь.

После ответа Скарлетт, лицо Блайта просветлело.

После того как секретарь её бывшего мужа ушёл, Скарлетт пробормотала, смотря на пижаму, что всё ещё была на ней:

– Даже не помню, как переодевалась в пижаму……

Сказав это самой себе, она вернулась в свою комнату.

Переодевшись, Скарлетт позавтракала. Она планировала уйти, как только приедет Исаак, но беспокоилась за Виктора, поэтому спустя несколько минут направилась к нему в кабинет. А когда попыталась постучаться, оказалось, что дверь просто открыта.

Приготовленный завтрак стоял нетронутым и в комнате сильно пахло сигаретами.

Виктор сидел на подоконнике и потягивал алкоголь. Скарлетт пристально посмотрела на него и направилась к окну, где взяла стоящий на подоконнике наполовину полный стакан. А когда она попыталась отпить из него, Виктор схватил её за запястье.

– Что ты делаешь?

– Завтрак.

– О чём ты.

– Гости должны следовать за хозяином. Это завтрак, – Скарлетт, смотря прямо на Виктора, потянула руку, за запястье которой он держал её и поднесла бокал к губам.

Виктор наблюдал, как размыкаются губы Скарлетт.

Она допила весь оставшийся виски.

– Вкусно? – спросил Виктор.

– Этого недостаточно для завтрака.

– Боже, – Виктор забрал бокал из её рук.

А когда Скарлетт снова попыталась взять его, он поднял бокал так высоко, что она не могла дотянуться.

– Не волнуйся об этом и иди домой, Скарлетт Кримсон.

– Я всё равно ушла бы. Съешь всё, что тебе приготовили, – сказав это, Скарлетт взяла ломтик белого хлеба из корзинки на столе и, положив его на подоконник, направилась к выходу из кабинета.

*****

Исаак, находящийся под стражей, думал, что его пребывание здесь будет долгим.

К счастью или к сожалению, после того, как Скарлетт поговорила с капитаном королевской полиции, тяжесть его преступления смягчилась.

А на следующее утро к Исааку пришёл старейшина семьи Кримсон. Именно Закари Кримсон был двоюродным дедушкой Исаака и Скарлетт. В настоящее время он был старейшиной семьи Кримсон.

– Что, чёрт побери, ты натворил? – спросил Закари.

– …… – Исаак не ответил, просто склоняя голову набок и не сводя взгляда со своего деда.

После того как Эвиль Кримсон поглотил семью, среди родственников не нашлось никого, кто захотел бы помочь Исааку и Скарлетт.

– Я знаю, почему ты отрезал Эвилю палец, – сказал Закари, поворачивая голову, чтобы не смотреть на внука, взгляд которого было трудно выносить. – Думаю, это было сделано для того, чтобы помешать ему изготавливать часы. Ты думаешь, это укрепит позицию твоей сестры?

– Если из оставшихся двух мастеров один утратит возможность работать, оставшийся займёт его место.

Закари Кримсон вздрогнул от этих слов.

А Исаак продолжил:

– Они сказали, что вы помогаете подать на Скарлетт в суд. Старейшина семьи Кримсон.

– Это… Эвиль имеет реальную власть над семьёй, будучи твоим опекуном. У меня не было другого выбора, кроме как пытаться выжить, – и Закари добавил. – В любом случае…… Исаак. Пожалуйста, разберись со своей сестрой. Что эта девчонка может знать?

– ……

– Ты собираешься позволить Скарлетт запятнать имя семьи, которой ты управляешь?

Слушая, как Закари Кримсон повторяет слова Эвиля, Исаак подумал о 13-летнем себе и 12-летней Скарлетт.

Когда я пришёл в себя после аварии, в которую попала карета, родители были мертвы, а я не мог видеть. Я, которому было всего 13 лет, месяцами сидел в инвалидной коляске, не говоря ни слова.

Скарлетт же, едва вернувшись домой из больницы, побежала в кладовую, где хранились чистящие средства, чтобы взять швабру, которой изначально пользовались лишь горничные. И я помню, как слышал звук мытья окон.

– Я очень хорошо прибираюсь. Здесь будет очень чисто. С этого момента оставь уборку на меня. О, и тебе также нужен кто-то, кто позаботиться о тебе. Я сделаю это, приложу все усилия!

12 лет.

Всего 12 лет.

Как, чёрт побери, она смогла так быстро оценить ситуацию?

И пока я думал о том, как мне подавить свою печаль после услышанного приговора, ответ был один.

Скарлетт поняла, что если её выгонят из дома, моя жизнь окажется в ещё большей опасности. В отсутствие родителей она ощущала, что должна была защитить меня, своего брата, который внезапно ослеп.

Пока Исаак думал об этом, Закари продолжал говорить:

– Если это произойдёт, вся семья будет разрушена. Не знаю, как ты думаешь, но если бизнес станет нестабильным, придётся использовать любые средства, чтобы сразу получить кредит в банке, иначе завод закроется в один миг.

– Вы знали? Часы дяди неисправны.

– ……

– Конечно, знали. Двоюродный дедушка ведь всю свою жизнь занимался изготовлением часов.

Часовая технология передавалась от преемника к преемнику. Обычно все, кроме наследников семьи, обладали достаточно широкими знаниями в области часового мастерства.

Прошлый граф Кримсон и его супруга были необычным случаем.

Дед Исаака, граф Филип Кримсон, знал, что Венди Тэйл, работающая на фабрике №1, была гением. Поэтому он выбрал своей преемницей Венди Тэйл, а не своего сына Уиллиса Кримсон. Это стало возможным потому, что в Венди был влюблён Уиллис, наследник семьи Кримсон. Именно у них родились Исаак и Скарлетт.

Я уверен, что если бы родители были живы, они бы сделали наследницей семьи сестру, а не меня. Скарлетт с детства любила трогать часы и прекрасно в них разбирается.

Благодаря своей гениальности, она может создавать часы, используя лишь воспоминания далёкого детства.

– Если бизнес продолжит двигаться так же, люди в какой-то момент заметят это и начнётся более крупный судебный процесс, – тихо сказал Исаак.

– Никто не заметит это.

– Это не может остаться незамеченным, – продолжал говорить Исаак. – Вы думаете, что всё заканчивается, когда вы продаёте часы, неумело обманывая всех? Вы думаете, что люди, которые покупают их – дураки.

– Обычные люди не разбираются в часах так хорошо, как люди из нашей семьи.

– Нет. Люди умнее и наблюдательнее, чем вы думаете. Дело не в том, что Скарлетт неумела и поступает не тактично. Она просто достаточно умна, чтобы понимать, что не следует идти по короткой дороге, наполненной компромиссами.

Для Исаака добро и зло в мире были предельно ясны.

Скарлетт Кримсон – добро, Эвиль Кримсон – зло. Это была единственная чёткая граница в его сложной жизни.

– Двоюродный дедушка, сейчас я понемногу начинаю видеть, – сказал Исаак.

– ……что?

– Когда-нибудь моё зрение восстановится полностью.

– ……

– Встаньте на сторону Скарлетт. Тогда в некоторой степени я прощу вас.

Закари Кримсон тяжело сглотнул.

Он понял, что Исаак сделал куда больше, живя на чердаке, чем думали другие.

В этот момент, дверь в комнату для свиданий открылась. Исаак и Закари одновременно посмотрели в сторону двери, где стоял офицер флота.

– Я – Палин Редфорд. Капитан велел мне привести господина Графа к мисс Скарлетт. Вы поедете?

Не только Закари, но и Исаак выглядел смущённым его обыденным тоном.

– Это означает, что я могу просто уйти отсюда? – спросил Исаак.

– Да. Этого хочет наш капитан, – Палин ответил так, словно это было чем-то очевидным и Исаак рассмеялся от разочарования.

Вздохнув, он закрыл лицо обеими руками:

– Если я выйду отсюда, Скарлетт отругает меня……

Палин посмотрел на Закари Кримсон и жестом попросил его уйти.

Я лишь слышал о Викторе Дамфэльт, но понятия не имел, что он настолько всемогущ, – Закари знал лишь то, что Скарлетт вышвырнули из семьи Дамфэльт.

Но сейчас, увидев, как Исаак освободился лишь благодаря силе Виктора, он подумал, что отношения между его внучкой и Виктором не такие плохие, как говорят.

После того как Закари Кримсон сбежал из комнаты свиданий, Палин сообщил Исааку.

– Память мисс немного размыта.

– Что?

– Она забыла, что развелась и приехала в особняк Дамфэльт.

После этих слов лицо Исаака потемнело.