1 - 10
Энох, беспрепятственно проникший в её рот, принялся уверенно орудовать языком, словно выполнял привычную, обыденную работу. Чужой влажный миг, бесцеремонно щекочущий чувствительное нёбо, вызывал странное, ни на что не похожее ощущение.
— Уууб! Ммм! Ууууум!
От этого чуждого, пробирающего до самых плеч чувства Серрра забилась в седле с такой силой, будто собиралась на полном скаку спрыгнуть на землю. Но всё было тщетно. Откуда только в Энохе бралась такая мощь: он удерживал её всего одной рукой, но при этом даже не пошевелился.
Напротив, пытаясь вырваться, Серрра лишь потеряла равновесие и едва не полетела вниз. Энох моментально перехватил этот момент — стоило её силам иссякнуть, как он резко притянул её к себе, заставляя затылком откинуться назад. Потеряв опору, Серрра в мгновение ока оказалась в положении, когда ей оставалось лишь полностью вверить своё тело его воле.
— Уунг!
Перехватив абсолютное преимущество, Энох ушёл в ещё более глубокий и чувственный поцелуй. Его ленивые, обманчиво небрежные движения языком со стороны могли показаться лишёнными всякого усердия, однако он прощупывал каждый дюйм её рта настолько дотошно и тщательно, словно был предельно сосредоточен на процессе.
Насколько искренен он был в этот миг, Серрра не знала, но одно она понимала отчётливо — Энох Сосо делал это пугающе искусно. Ей чертовски не хотелось признавать этот факт, но плоть предательски подчинялась. Влажный и горячий язык то и дело касался её самых чувствительных мест, пробуждая давно спящие рецепторы; то мягко переплетался с её оцепенелым языком, заставляя его плавно обмякнуть, то властно втягивал его в свой рот, слегка покусывая и откровенно забавляясь.
Щекочущие, мягкие и одновременно жесткие прикосновения сменяли друг друга, сливаясь в единый, лихорадочный хаос. Серрра напрочь сбилась дыхание; и хоть бежала лошадь, её собственные губы теперь судорожно хватали ртом прохладный воздух. Она отчётливо ощущала, как бешено бьющееся сердце гонит по венам обжигающую кровь. И каждый раз, когда Энох касался самой нежной, уязвимой зоны у неё за щекой, глубоко внизу живота затягивался тугой, тянущий узел.
Энох Сосо умело и виртуозно лишал её последних остатков разума. В этот миг он меньше всего походил на благочестивого героя, избранного святым мечом. Он казался порочным, тёмным созданием, явившимся лишь для того, чтобы выпить её душу до капли.
Запертая в коконе этого головокружительного контакта, Серрра могла лишь каменеть от шока, с трудом привыкая к обострившимся до предела, незнакомым ощущениям своего воскресшего тела. Для неё — женщины, которая за всю прошлую жизнь не то что не целовалась, а даже обычного мужчину за запястье ни разу не держала, — это был сокрушительный, травмирующий опыт.
«Нет! Черта с два!»
Кое-как собрав в кулак ускользающее сознание, Серрра со всей дури со всей силы впилась зубами прямо в его язык. Она кусала с такой яростью, будто собиралась отхватить его подчистую. И только тогда Энох наконец нехотя отстранился.
— Пфу! Тьфу! Да ты… ты, сумасшедший ублюдок…!
Насилу выплюнув его, Серрра принялась ожесточённо стирать тыльной стороной ладони остатки поцелуя с губ.
— ……?
И тут, когда ночной ветер коснулся её лица, она внезапно поймала себя на странной мысли: место недавнего ранения на лбу, которое до этого мучительно ныло от холода, полностью затихло.
Она осторожно провела пальцами по коже над бровью — ничего. Осмотрев ладонь, Серрра обнаружила лишь несколько сухих, легко отвалившихся корочек запекшейся крови. Ей не нужен был зеркальный осколок, чтобы понять, что произошло. Память тела сработала безошибочно.
Рана затянулась. Без всяких следов, абсолютно чисто.
Когда именно это случилось? Ответ был один, и он лежал на поверхности. Всё произошло сразу после того, как Энох Сосо впился в её губы.
«Как это возможно? Откуда у этого парня взялась исцеляющая магия?»
Серрра перевела на него полный замешательства взгляд. Но Энох, уловив её немую просьбу об объяснении, лишь продолжал хранить на лице свою извечную, загадочную усмешку.
— Оп.
Вместо ответа его рука, подпиравшая её спину, резко толкнула Серрру вперёд. «Ах ты ж, блядь!» — мысленно взвыла она. Из-за внезапно сместившегося центра тяжести Серрра рефлекторно вцепилась мёртвой хваткой в жёсткую конскую гриву, чтобы не полететь на землю.
Вид её панических метаний несказанно позабавил Эноха, и он тихо, низко рассмеялся:
— Сиди ровно. А то свалишься ещё.
— И по чьей же вине интересно?!
Едва Серрре показалось, что этот сумасшедший наконец оставил её в покое, как его глаза подозрительно блеснули. Он резко перехватил её левую руку, которой она судорожно держалась за гриву.
— А это ещё что? Клеймо рабыни?
Энох приподнял её руку и медленно, с нажимом провёл большим пальцем по внутренней стороне предплечья. Серрра опустила взгляд вслед за его пальцами и обомлела. На белой коже, от самого запястья и почти до локтевого сгиба, чётко проступала угольно-черная татуировка.
Массивные, уродливые символы складывались в ряд цифр: 564 932 781. Тот самый остаток её тюремного срока в аду. Серрра, которая только в эту секунду узнала о существовании этой метки на своём новом теле, сама округлила глаза от запредельного шока.
— Какая-то белиберда. Совершенно невозможно разобрать, что тут написано, — протянул Энох, разглядывая огромные цифры буквально перед своим носом. Похоже, человеческий взор великого героя был бессилен против шрифта Божества.
— Пустите, — буркнула Серрра, мысленно выдохнув от того, что пронесло, и грубо вырвала руку из его хватки. Энох, для которого эта загадка явно не была вопросом жизни и смерти, без лишних слов разжал пальцы.
Очень скоро бешено мчавшийся скакун начал плавно сбавлять ход.
Только заметив выросшие прямо перед ними колоссальные чёрные иглы культа Антарес, Серрра окончательно осознала, куда именно этот сумасшедший её притащил. «Зачем я ему здесь?» — подумала она, лихорадочно осматриваясь по сторонам. В этот момент деревья расступились, открывая её взору залитую лунным светом поляну, где толпились люди.
—Командир! Это командир…!
— Босс вернулся!
Стоило Эноху показаться на опушке, как люди, собравшиеся у подножия чёрного монолита, радостно замахали руками. Они встречали его с таким диким, фанатичным восторгом, словно измученные жаждой путники, добравшиеся до оазиса посреди мёртвой пустыни. Среди этой ликующей толпы Серрра сразу заметила золотистую макушку Сноу.
«Опять они…»
Серрра болезненно наморщила нос, заметив одну пугающую деталь. На плечах у каждого из стоявших на поляне гильдейцев восседали точно такие же черные желеобразные сгустки, какие она видела на наемниках в лагере работорговцев.
Единственными, у кого этой мерзости не было, оставались Энох Сосо и Сноу. Вокруг Эноха пространство было абсолютно чистым, а у Сноу на шее всё так же лениво вился размытый черный дым.
Пока она лихорадочно пыталась разгадать истинный смысл этого странного феномена, Энох уверенно ехал сквозь толпу. Он демонстрировал настолько леденящее, абсолютное равнодушие к своим подчинённым, что Серрре, сидевшей впереди, стало даже как-то неловко за его поведение.
Приблизившись к кромке проклятого леса, он остановил лошадь у раскидистого дерева, чуть в стороне от гигантской иглы, и ловко соскочил на землю. Энох как раз собирался снять Серрру с седла, когда к ним подбежал один из мужчин.
— Энох! Сейен ушёл в зону иглы уже больше шести часов назад! До сих пор никаких вестей, он определённо… — парень выпалил это на одном дыхании, даже не заметив присутствия рабыни.
Его лицо было бледным от явной паники, и он не смог даже закончить фразу. От каких-то страшных мыслей его аккуратные, красивые усы мелко и нервно задрожали.
— Ну да. Либо сбился с пути, либо окончательно влип, — сухо и абсолютно равнодушно закончил за него Энох, привязывая поводья к стволу дерева.
— Так больше нельзя. Я сам пойду туда и вытащу его, чего бы мне это ни стоило!
— Черта с два ты туда пойдёшь, Маркус, — отрезал Энох, сурово качнув сферой головы и пресекая любые попытки мужчины двинуться с места. — Ты сам только сегодня утром выбрался из зоны поражения. Стоит тебе сейчас снова переступить черту, и местный ядовитый туман добьёт тебя окончательно.
— Да кого это сейчас волнует?! Я был наставником Сейена! Это я хреново его выучил, раз он решил геройствовать в одиночку! Так что разгребать это дерьмо должен именно я!
«Хм-м…» — Серрра, внимательно слушавшая их крайне эмоциональную перепалку, понимающе кивнула. Ситуация прояснилась: какой-то сопляк по имени Сейен залез вглубь проклятой зоны и застрял там, а отправить спасательный отряд гильдия не может из-за риска заражения ядовитой маной.
— Ничего ты не должен. Заткнись, иди в угол и поплачь там. Спасать его я буду сам, — в отличие от побелевшего от ужаса Маркуса, Энох оставался издевательски спокойным. Отрезав бунт подчинённого, он небрежно ткнул пальцем в сторону остальных соратников, которые топтались поодаль, боясь подойти ближе.
— Неужели… командир пойдёт лично…? — Маркус, истолковав его фразу по-своему, мгновенно просветлел лицом и с надеждой переспросил.
— Нет, — Энох Сосо в очередной раз одним махом обрубил его надежды.
Лицо Маркуса, секунду назад сиявшее верой в спасителя, стремительно сдулось. Безжалостно растоптав ожидания подчинённого, великий герой указал пальцем на Серрру Розенбаум, которая всё это время изо всех сил пыталась прикинуться элементом ландшафта:
— Она пойдёт.
— ……?!
От этого абсолютно и абсурдного назначения сама Серрра первой уставилась на Эноха взглядом, в котором чётко читалось: «Ты что, совсем головой поехал, ублюдок?»
Только сейчас Маркус наконец соизволил заметить её присутствие и принялся пристально разглядывать девку. Серрра ответила ему прямым, жёстким взглядом в упор. Учитывая прошлый опыт с работорговцами, она ещё не была уверена, стоит ли козырять статусом иммунной перед гильдией «Сигнус», но, вспомнив слова Сноу о том, что такие люди — редкая ценность, Серрра набралась наглости и решила не тушеваться.
Они стояли так, прожигая друг друга глазами, пока…
— ……!
Поймав в бледном лунном свете отблеск её аметистовых глаз, Маркус внезапно издал дикий, пронзительный вопль «Кья-а-ах!», совершенно не вяжущийся с его крепким мужским телосложением.
— Им… Иммунная! Перед нами иммунная тварь!
От этого истошного крика стоявшие поодаль члены гильдии нервно отреагировали.
—……!
— ……!
Словно по команде, десятки людей сорвались с мест и в одно мгновение плотным кольцом окружили Серрру. Раздался оглушительный, металлический лязг: каждый из них выхватил оружие и наставил заточенные клинки прямо ей в грудь.
—Какого хрена иммунная шваль забыла на нашей территории?
— С какой такой рожей ты вообще посмела сюда приползти?
Со всех сторон на Серру посыпались яростные оскорбления и проклятия. Несмотря на то, что перед вооружённой толпой стояла слабая, беззащитная рабыня без единого ножа в руках, в воздухе повисло такое бешеное, звенящее напряжение, словно они стояли перед смертоносным монстром.
— ……?!
Ошеломлённая этой убийственной аурой, Серрра испуганно нахмурилась. «Да что с ними не так? Этот блондин Сноу же орал, что иммунным рады абсолютно везде!»
Не ожидая столь свирепой реакции, она лихорадочно принялась искать глазами Сноу среди ощетинившейся сталью толпы. Найти единственного человека, который не схватился за меч, было проще простого.
— Приве-ет — поймав её взгляд, Сноу лучезарно улыбнулся и непринуждённо помахал ей ручкой. На первый взгляд его лицо лучилось дружелюбием, но Серрра даже с такого расстояния отчётливо разглядела ту тупую, злорадную ухмылку, что застыла в его синих глазах.
И в эту секунду до неё наконец дошло.
«Твою мать… Этот мелкий ублюдок меня просто развёл».
Она попалась на его удочку как последняя дура. Неужели триста лет в адском пекле окончательно выжгли её прагматизм и чутьё?
Мысленно обложив себя трёхэтажным матом, Серрра окинула взглядом десятки искажённых ненавистью лиц. Что ж, если быть честной, подобный приём был для неё куда привычнее, чем фальшивое гостеприимство Эноха Сосо. За всю прошлую жизнь она получала от людей исключительно проклятия.
Ну ещё бы. С какой стати Серрра Розенбаум вообще решила, что ей где-то могут быть рады?
Окончательно приняв эту незыблемую истину, Серрра тяжело вздохнула и отвернулась от толпы. Переведя взгляд на Эноха Сосо, который с полным безразличием наблюдал за тем, как его люди готовы её растерзать, она сухо спросила:
— Итак… Что именно я должна сделать?