Онлайн чтение книги Вторая жизнь хирурга Doctor’s Rebirth
1 - 40

"Давай дружить! Но ты должен говорить со мной на 'ты', договорились?"

Ван Гак Ён остолбенела — её желание исполнилось так легко.

— Что? А, да! Договорились!

Она кивнула, а затем добавила:

— Насчёт того, что я сказала раньше… Папе…

— Да. Это секрет. Я буду просто одним из твоих многих друзей.

Только тогда выражение лица Ван Гак Ён стало серьёзным.

— Нет. Не так. Ты особенный. Ты всегда будешь особым другом для меня.

Джин Чон Хи подумал:

«Почему дети, которые взрослеют слишком быстро, заставляют моё сердце сжиматься?»

Иногда на приёме у педиатра случалось подобное.

Дети, которые плачут от боли при уколе, — это ещё нормально. Но те, кто смотрит на отца и говорит: «Я хорошо переношу уколы. Совсем не больно»…

«Всё понятно. Дело не в том, что ты сложный ребёнок, а в том, что ты стала такой из-за него. В принципе как обычно».

Джин Чон Хи уже хотел погладить её по голове, но остановился.

Он и сам был в детском теле, и выглядело бы глупо, если бы он стал гладить по голове ровесницу.

Вместо этого он сказал:

— Тогда пойдём гулять?

— Разве можно?

— Конечно. Пропустить один день восстановления на таком этапе — не проблема.

Услышав это, лицо Ван Гак Ён осветилось… но лишь на мгновение.

— А… как мы будем играть?

— Во-первых, нельзя использовать внутреннюю энергию.

— Конечно. Я ещё не полностью восстановилась.

- Даже когда полностью поправишься - под запретом. Никогда и ни при каких обстоятельствах.

Ван Гак Ён быстро поняла намёк и кивнула.

— Верно. Только негодяи из злых сект используют боевые искусства против простых людей.

Видимо, героические сказания, которые она слышала с детства, глубоко въелись в её сознание.

Джин Чон Хи усмехнулся про себя:

«А те, кто напал на тебя, были из "праведной фракции". Как будто все простые люди — взрослые… Ох, дитя моё…»

Впрочем, об этом можно будет подумать, когда она подрастёт.

Забудет ли она эту обиду или нет — её выбор.

На этом разговор закончился.

— Пошли.

— Хи-хи-хи.

Лицо Ван Гак Ён расслабилось. У неё появился первый друг.

Её мечта сбылась. Для юной девочки это было более радостное событие, чем открытие всех меридианов.

Дни шли.

Призрачный Лучник присоединился к медицинскому павильону, а Ван Гак Ён всё ещё оставалась пациенткой.

Наступила настоящая зима.

Ночи в горах были долгими и тёмными. Издалека доносились вой зверей.

Иногда слышались и человеческие крики. Но, как сказал один старый член павильона юному Джин Чон Хи, невозможно понять, люди это или монстры.

С каждым днём обморожений на руках становилось больше.

Даже здоровая кожа краснела от леденящего ветра.

Тем не менее, Джин Чон Хи продолжал упорно тренироваться.

«Говорят, когда техника пяти элементов достигает определённого уровня, такие вещи перестают быть проблемой».

Действительно, члены Медицинского Павильона Белого Дракона выглядели на 10-20 лет моложе своего возраста.

Некоторые даже хвастались, что среди трёх великих медицинских павильонов мира именно у них самые красивые лица.

Разумеется, их навыки тоже были лучшими.

Время расцветало и увядало, как лепестки в глубине зимы.

«Прошло несколько месяцев с тех пор, как я попал в этот мир».

Джин Чон Хи открыл глаза и почувствовал холодный утренний воздух.

На улице шёл снег.

Горный хребет, где располагался павильон, славился сильными снегопадами.

Северо-западные ветра, спускавшиеся зимой, сталкивались с горами и засыпали всё снегом.

Люди здесь уже знали этот факт, хотя объясняли его через принципы инь и ян, а не метеорологию.

К счастью, благодаря термальным источникам в долине, здесь было не так холодно, как в других горах.

«Четыре часа сна…»

Джин Чон Хи спал с 22:00 до 2:00 — время, когда выделяется гормон роста.

Учитель строго следил, чтобы он ложился вовремя, а вставать в 2 ночи было его личным решением.

Благодаря врождённой истинной ци, наполнявшей его даньтянь, он чувствовал себя отдохнувшим, как после 10 часов сна.

«Вот что Учитель имел в виду под "сосудом"».

Он укрепил тело, полностью освоив ци пяти элементов.

Для обычного человека это было бы слишком скучно, но когда он наполнил этот «сосуд» техникой пяти элементов, синергия оказалась огромной.

Джин Чон Хи медленно сделал упражнения в своей комнате.

Это был не какой-то сложный комплекс цигун или тайцзи.

Пилатес.

Он делал его каждое утро ещё в прошлой жизни.

Растяжка улучшала кровообращение и расслабляла мышцы, а также активировала те, что редко использовались.

Когда-то у него были проблемы с осанкой, и он пытался исправить это перед операцией — так это вошло в привычку.

Затем медитация.

Джин Чон Хи закрыл глаза и замедлил дыхание.

Промежутки между вдохом и выдохом удлинялись, становясь всё тише.

Так он почувствовал истинную ци между небом и землёй.

Пробуждая чувствительность, он снова осознал: это не Земля.

Этот мир был наполнен принципами пяти элементов и инь-ян.

Как говорил старый член павильона, крики в горах могли принадлежать не людям.

Потому что такие существа здесь реально существовали.

Наравне с бессмертными и духовными зверями были и их противоположности.

Но говорить о них вслух было опасно — старинное суеверие.

«В романах о боевых искусствах часто бывает, что после объединения мира герой сражается с монстрами или земными бессмертными».

Обычно такое случалось, когда роман хорошо продавался, издатель умолял не заканчивать, а автор хотел погасить ипотеку.

Джин Чон Хи читал такое сквозь зубы, но всё равно находил интересным.

«Если говорить о земных бессмертных, то Чжан Саньфэн всегда либо сражается с главным героем, либо даёт ему мудрый совет».

Чжан Саньфэн— олицетворение бессмертного в жанре.

В длинных сагах он становился мерилом силы.

«В этом романе тоже есть монстры».

Появляются очень поздно, как и положено длинному произведению.

Джин Чон Хи начал собирать энергию, но вдруг почувствовал странные колебания вдали.

«Что?»

Чёрная точка, излучавшая мощную энергию, двигалась вдоль горного хребта.

Энергия была настолько сильной, что по коже побежали мурашки. Но самого источника видно не было.

Обычно Джин Чон Хи не смог бы почувствовать такое.

«Неужели техника пяти элементов даёт такой эффект? Учитель ничего об этом не говорил».

Может, ему показалось?

«Ладно, как новичок я вряд ли мог это ощутить».

Если бы он почувствовал, то остальные в павильоне заметили бы раньше.

Когда точка исчезла, Джин Чон Хи открыл глаза.

Два часа — ровно 4 часа утренней практики по современным меркам.

Теперь его внутренняя энергия была значительной.

В даньтяне чувствовалось примерно запас 15 лет культивации.

«Энергия Пилюли Тысячелетнего Хвандана полностью впиталась».

Это было лекарство духа, полученное от Консон Хён.

Теоретически, он мог бы накопить больше, но примеси только мешали технике пяти элементов.

Он впитал чистейшую ци дерева, а остальное сжёг без сожаления.

Плюс, он поглощал всевозможные травы и снадобья, каждый день практикуя без перерывов.

Благодаря технике пяти элементов, его прогресс превышал все ожидания.

15 лет энергии за полгода — это нарушало законы мира боевых искусств. Без духовных лекарств такое было бы невозможно.

«Сегодняшняя практика окончена!»

6 утра — время Мао-ши (5-7 утра) в мире боевых искусств.

С первыми лучами солнца павильон пробуждался.

Колокол прогремел, сотрясая бамбуковую рощу и прогоняя холод.

Слуги начали дневные дела, а члены павильона завершили утреннюю практику.

Поскольку внутренняя энергия была нужна для лечения, культивация была обязательной.

«Сегодня меня официально назначат членом павильона».

Он пропускал период ученичества.

Это было беспрецедентно. Но этот «ученик» спас пациента, которого не смог вылечить даже Чжэ Гал Ын, и дочь Призрачного Лучника, от которой отказались.

Сегодня состоялось собрание, чтобы определить его статус.

Из-за этого четыре великих мастера павильона собрались в одном зале.

Четыре мастера, управлявшие павильоном, сидели как звёзды на доске го. Их ученики расположились рядом, как камни.

Джин Чон Хи сидел в самом конце — место для новичка без статуса.

Ледяное молчание окутало зал. Ни один из присутствующих не удостоил его даже кивком.

Лишь одна пожилая женщина — Ман Пхэ Гок, глава Зала Лекарственных Трав, — подмигнула ему.

Эта добрая старушка часто угощала его засахаренными цветами и сушёной хурмой.

У неё не было врагов в павильоне — её любили все.

Она отлично разбиралась в травах, поэтому легко добывала редкие ингредиенты.

Наконец, дверь открылась, и вошёл Учитель.

Его седые волосы были аккуратно собраны, и он казался выше, чем обычно.

«Он и так был высоким, но сейчас выглядел по-настоящему величественно».