Онлайн чтение книги Выходи замуж за моего супруга Marry My Husband
Глава 62 - Без возврата

— О́ппа, иди медленнее. Я сейчас упаду...

Пак Минхван, который шёл быстрым шагом, не оборачиваясь на мольбу Сумин, открыл переднюю пассажирскую дверь своей машины.

— Садись.

— Оппа...

— Я сказал, садись!

Минхван резко затолкал Сумин в машину, как будто вталкивая её силой, и сам сел за руль. Бах! — с грохотом захлопнулась дверь, и Сумин вздрогнула плечами.

— Зачем ты сюда пришла?

Сдерживая поток ругательств, голос Минхвана стал грубым, будто с металлическими нотками.

— Ты специально всё подстроила, да? Я сколько раз говорил, что не нужно звать людей с работы! Просто сидеть молча и не высовываться — это было так трудно?! Из-за тебя я теперь и лицом показаться на работе не смогу! Что ты собираешься с этим делать?!

Сумин пыталась игнорировать его слова, глядя на стоящие в ряд машины за закрытым окном.

В памяти всплывали сцены одна за другой и царапали изнутри. Неловкие выражения лиц сотрудников, смотревших на неё так, словно она пришла не туда, куда следует. Звук ножа Хи Ён, звенящий от напряжения. Глаза, полные презрения и отвращения...

— Что же такого ужасного я сделала?

— Что ты сказала?

Лицо Минхвана исказилось от ярости ещё сильнее. Но в этот раз Сумин не отступила — резко повернулась к нему, полный решимости и боли.

— Думаешь, я сюда пришла по собственной воле? Это всё Кан Дживон! Не я всё это устроила, а она! Это она хотела навредить тебе!

Сумин содрогнулась от возмущения. Ей казалось, что она — чужая в этом месте, кем-то, кто здесь не должен быть. Эти ледяные взгляды... Всё это должно было быть направлено только на Кан Дживон. И всегда так было.

— У тебя нет права упоминать Дживон. Если ты ещё хоть раз назовёшь её при мне, никакой свадьбы не будет. Я вычеркну тебя из семейной книги, будто тебя и не было, — холодно и решительно произнёс Пак Минхван. Для него, настоящего маменькиного сынка и мастера «почтительности на словах», это прозвучало как ультиматум.

— Послушай меня, оппа... — Сумин побледнела от угрозы разрыва помолвки и схватила его за руку.

— Я просто хотела вручить пригласительный Дживон. Но это она сказала мне прийти сюда. Я же не могла догадаться, что это корпоратив, если она сама мне не сказала!

Сумин показала переписку с Кан Дживон и пыталась объясниться. И, к счастью, Минхван отреагировал.

— Значит, ты хотела передать приглашение Дживон, а она не сказала, что это корпоратив, и позвала тебя сюда?

— Да, именно так! — яростно подтвердила Сумин.

— Чёрт... — Минхван привычно выругался и ударился лбом об руль.

— Она и так еле держится, а ты ещё её тронула... Она человек, которая жить без меня не может! А ты решила дать ей пригласительный? Как же ей, чёрт возьми, должно было быть больно и обидно, если она так поступила!

Реакция Минхвана была совершенно не той, чего ожидала Сумин. Что-то пошло не так.

Она уставилась на него, который, продолжая сидеть, прижал лоб к рулю и бормотал себе под нос. Из его невнятных слов можно было разобрать только три слога: «Кан Дживон».

Холодная догадка — или даже предчувствие — пробежала по телу. Молниеносная мысль: если выйти за него замуж, так и придётся жить всю жизнь с этим грузом. Как будто кто-то кричал прямо в ухо: «Отмени эту свадьбу. Сейчас же».

— Оппа... — тихо позвала Сумин.

Но Пак Минхван не ответил ни звуком. Она замялась, а затем снова заговорила:

－Наша свадьба...

«Бесполезная ты дрянь.»

В тот момент, когда она собиралась сказать «Давай расстанемся», в её ушах вдруг зазвенел голос — словно эхом, пронзившим барабанные перепонки:

«Жалкая ты ничтожество. Смотреть на тебя противно. Что я за грех совершила, что родила такую, как ты? Убирайся. Иди к своему замечательному папаше!»

— Свадьба… Что? — переспросил Минхван, не поднимая головы.

Сумин сжала губы и беззвучно несколько раз пыталась выговорить «давай расстанемся», но слова так и не сорвались с её губ.

— Это ничего. Я была неправа. Теперь буду осторожнее, — тихо сказала она.

Неожиданно зевнула, облокотилась на окно и закрыла глаза.

— Поехали домой. Я так устала и сонна... из-за ребёнка.

***

— Госпожа Кан Дживон.

Знакомое обращение заставило её остановиться. Джихёк не выражал ни тени удивления.

— Я знала, что вы пойдёте за мной.

— Поехали. Вы же всё равно собирались меня подвезти.

— Я не специально… подвожу, — его голос прозвучал мягко, но с оттенком привычного оправдания.

— Знаю. Всё равно это по пути, не так ли?

Она уже знала наизусть все эти его оправдания. Знала, что он обязательно пойдёт за ней и даже откроет заднюю дверь машины.

— Я вызову водителя. Прошу садиться назад.

Словно это было само собой разумеющимся, Джихёк уверенной поступью подошёл к машине и открыл заднюю дверь. Пока Дживон устраивалась на сиденье и смотрела в окно, он сделал несколько звонков, стоя снаружи, а затем сел рядом с ней.

— Отдохните минут десять.

Больше он ничего не сказал. Не осуждал Пак Минхвана и Чон Сумин, не задавал лишних вопросов. Если бы не его прошлое признание, можно было бы подумать, что он совсем не интересуется Дживон.

Именно поэтому Дживон действительно смогла немного расслабиться. Раньше молчание казалось ей невыносимым — хотелось бежать куда угодно, лишь бы убежать. Но теперь оно наполняло её удивительным спокойствием.

Перед глазами, сквозь полуприкрытые веки, мелькнула белая машина среднего класса. Из-за тёмной тонировки Пак Минхван и Чон Сумин не заметили её, но Дживон различила их силуэты.

Машина Минхвана вскоре скрылась из виду. После этого приехал вызванный водитель. За окном уже опустились сумерки.

— Панги.

Дживон, которая всё это время сидела с закрытыми глазами, обернулась на голос Ю Джихёка.

— Панги?

— Когда приедем, через час заберу Панги. Корм, что я в прошлый раз привозил, ещё остался?

— Да, его ещё много.

Представив, как будет смотреть телевизор под тихое мурлыканье кота, Дживон невольно улыбнулась. На губах Ю Джихёка появилась похожая, чуть более сдержанная улыбка.

Дживон слегка склонила голову, но тут же её лицо стало серьёзным. Улыбка Ю Джихёка исчезла.

— Тогда я сегодня его покормлю?

Когда она снова улыбнулась, задавая этот вопрос, Ю Джихёк тоже слегка улыбнулся. Пусть это было еле заметное движение, как судорога в мышце, но по сравнению с его обычно каменным выражением лица — это была настоящая перемена.

— Я покормлю и присмотрю. Заберу его рано утром.

— …Начальник, — тихо позвала Дживон, прямо глядя в глаза Ю Джихёку, на которые ложилась длинная тень от ресниц.

— Вы… случайно не прислали Панги, чтобы меня утешить? Чтобы я не грустила?

Карие глаза, почти цвета каштана, скользнули мимо её взгляда и застыли на закатном небе за окном.

— Не совсем. Просто… Панги вас любит.

На этом она решила не настаивать.

Через тридцать или сорок минут машина подъехала к дому — в том же жилом комплексе жили и Ю Джихёк, и Дживон. Он оставался молчаливым до самого порога. Там, у двери, слегка наклонил голову.

— Увидимся чуть позже.

— Да, благодарю вас… Начальник.

Дживон исчезла за дверью, коротко, но искренне поблагодарив его взглядом, полным настоящей признательности.

А Джихёк тут же пришёл в движение.

— Иди сюда, Панги. Давай расчешемся.

Он переоделся в домашний спортивный костюм и вернулся с расчёской в руке.

— Мяу!

Панги с явным неудовольствием спрыгнул со стола и юркнул под него. Ясно было — кот собирался улизнуть.

— Тебе же к Дживон. Нельзя являться к ней неопрятным.

— Мяу…

Нахохлившись, Панги смиренно подставился под расчёску. Джихёк терпеливо вычесал шерсть, а затем внимательно осмотрел когти, чтобы ни один не оказался слишком острым. Коту это не нравилось, но он послушно терпел.

— Ты правда так любишь Кан Дживон?

— Няа.

— Ну да… неудивительно.

Ю Джихёк вспомнил, как Дживон улыбнулась, стоило только упомянуть Панги. Пусть это была не яркая, сияющая улыбка — но всё равно она была ослепительнее золотого заката.

— Ты у нас герой.

Он аккуратно обрезал один особо длинный коготок и улыбнулся. Такой мягкой улыбки он не показывал никому со времён университета.

— Даже не думал, что ты ещё помнишь. Но ты сразу её узнал…

— Мя-я-я.

Закончив процедуры, Панги сладко потянулся. Джихёк провёл ладонью от его головы до самого хвоста — неловко, но с явной нежностью.

— Ты хорошо её поддержи. Всё-таки она спасла тебе жизнь.

— Мяу, — ответил кот. И вправду — удивительно умный.

***

Минхван с самого рассвета пришёл на работу и, пройдя через пустую парковку, зашёл в лифт.

Уже который день подряд он делает это. Был настолько уставшим, что мог бы заснуть стоя, но всё же ему было лучше, чем ехать в лифте вместе с другими сотрудниками.

[9 этаж.]

Время, когда в офисе ещё никого нет. Минхван, как обычно, открыл дверь, но вздрогнул. Почему в это время в офисе горит свет?

— Доброе утро.

С самого дальнего места раздался голос Ю Джихёка. Пак Минхван с облегчением поприветствовал его в ответ.

— Доброе утро, начальник.

Теперь в первом отделе маркетинга единственным, кто смотрел на него прежним взглядом, был только Ю Джихёк. Что бы ни происходило, Ю Джихёк всегда смотрел на Пак Минхвана с тем же холодным и твёрдым взглядом, в который игла бы не вошла.

— Много работы? Раз вы пришли в такое время.

Про объём работы и так всё ясно. Минхван замялся, но ответил:

— Не так уж много. Просто проснулся рано, вот и пришёл.

— Последние дни вы всё время задерживаетесь.

— Потому что днём мне тяжело сосредоточиться.

После случая с приглашением на свадьбу Пак Минхван стал приходить пораньше и уходить поздно, чтобы как можно меньше пересекаться с другими. Ему также не хотелось сидеть вечером за ужином напротив Чон Сумин. Он собирался продолжать в том же духе, пока их с Чон Сумин не забудут.

— Раз уж вы пришли рано, тогда займитесь вот этим. Сейчас пришлю письмо.

Минхван кликнул на письмо, отправленное Ю Джихёком, и потерял дар речи. В письме было сплошь указания по работе и прикреплённые файлы — с первого взгляда понятно, что тут материал на сверхурочную.

Что за мучение вообще.

Было обидно и досадно. Но у Минхвана не хватило смелости возмутиться перед Ю Джихёком. И без того атмосфера в офисе портилась каждый раз, как он появлялся, — нужно было быть благодарным хотя бы за то, что ему дали работу.

Прошёл час-другой, и сотрудники начали входить по одному, здороваясь и занимая свои места.

— Доброе утро!

— Сегодня тоже вперёд!

－Хорошо выспались?
Пак Минхван сидел, как прозрачный человек, не поздоровавшись ни с кем. Даже если бы поздоровался, в ответ получил бы лишь краткое «привет» и взгляды, будто он мусор.

Сколько ещё мне это терпеть?

Наступило обеденное время, но Минхван не смог даже спуститься в столовую. Из-за Хи Ён, у которой были связи даже в других отделах, вся компания узнала о том, что произошло между Пак Минхваном и Чон Сумин.

Мужчины всеми силами избегали Минхвана, чтобы самим не попасть под раздачу, а женщины, как только собирались вместе, украдкой поглядывали на него и перешёптывались между собой.

Однако никто не осмеливался прямо ругаться на Минхвана или заговаривать с ним. Казалось, его считали взрывоопасной как бомба с дерьмом — лучше не трогать.

Когда Минхван с трудом переживал один тяжёлый день за другим и был уже на грани срыва, наконец-то наступили выходные.

***

Сумин, как и в будни, встала ближе к полудню. Всё же это было раньше, чем обычно — из кухни доносился аппетитный запах.

— Пахнет вкусно, мамочка.

Потирая глаза, она зашла на кухню. Чжаок мельком взглянула на неё, а затем вновь занялась делом.

— Это жареный абалон и суп из водорослей. Морепродукты надо есть почаще — говорят, тогда у ребёнка лучше работает мозг. Тебе ведь надо родить умного сына, как наш Минхван?

— Конечно. Даже если я такое не ем, если это сын моего оппы, он всё равно будет умный.

Сумин угодливо ответила, стараясь поддержать настроение Чжаок, и села за стол.

— Было бы на кого надеяться. Если бы ты не была его матерью, не пришлось бы переживать. Я просто боюсь, что он будет в тебя.

У Чжаок был талант говорить очень обидные вещи так, будто это ничего не значило.

— Пахнет вкусно. Что за закуски, мам?

Минхван, наконец выспавшийся, почесывая спину, вошёл на кухню. Чжаок тут же взяла обжаренного до золотистой корочки абалона и поставила на стол.

— Проснулся, сынок? Сегодня выходной — поешь и хорошенько отдохни. Ай-ай, посмотри на себя, совсем измождённый.

— А супа нет?

— Я сварила для сына любимый говяжий суп. Сейчас подогрею.

Сумин, ковыряя ложкой суп из морских водорослей с моллюсками, который ей совсем не нравился, подняла голову.

— Мамочка, я тоже хочу говяжий суп.

— Морепродукты полезны для мозга ребёнка. Ты ешь суп из водорослей.

Чжаок вмиг отрезала просьбу Сумин и положила большую порцию говяжьего супа только Минхвану.

Ненавижу это.

Сумин тихо прикусила нижнюю губу.

Физически ей было легко. Не нужно было ходить на работу или заниматься домашними делами.

Но Чжаок по любому поводу готовила «полезные блюда для сына», заставляла включать в комнате классическую музыку, которую Сумин в жизни толком не слушала — якобы для воспитания плода. Жуткие отвары из карпа и тонизирующие лекарства, которые нужно пить дважды в день, были настоящим мучением. Пак Минхван, который уходил рано утром и возвращался глубокой ночью, почти не показывался.

— Кстати, мамочка…

Сумин, пережёвывая абалона, мило улыбнулась.

— А когда вы собираетесь нам дать квартиру? Если хотим разъехаться сразу после свадьбы, то и так времени впритык. И мне как-то неловко просто так сидеть у вас на шее, даже если у меня уважительная причина — беременность. Вам ведь тоже тяжело…

В этот момент палочки для еды и у Чжаок, и у Минхвана одновременно остановились.